Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана

Со временем создатель Ойкумены был вынужден признать, что ничего хорошего из его затеи не вышло. Его подопечная не выдержала даже щадящей индивидуальной подготовки. Тогда он задался целью отточить навыки Геммы во владении магией, которая дала бы ей возможность обрести бессмертие, хоть и без могущества богини. К его сожалению, она и здесь не выказала особого таланта. Ну а самое скверное заключалось в том, что Гемма, несмотря на все его усилия, утеряла внутренний стержень. Как все слабые натуры она бросалась из одной крайности в другую и легко переходила от душевной доброты к необоснованной жестокости.

Звенящая тишина заставила Аспида очнуться от невесёлых мыслей. Он поморщился, поняв, что его настигла головная боль любого творца, а именно, чем больше усилий вкладывается в исправление неудавшегося создания, тем больше всё идёт наперекосяк.

— Почему ты замолчала? — поинтересовался он.

— Ты не слушаешь меня! — прошептала Царица вампиров и её лицо исказила гримаса отчаяния. — Будь ты проклят! Ты отнял у меня последнюю радость и тем окончательно убил мою душу!

— Это неправда, Гемма, — произнёс бог с сожалением в голосе. — Как пресловутую лошадь я могу привести тебя к источнику, но не могу заставить пить. Ведь даже самому ничтожному обладателю души дано право на выбор. Как это ни прискорбно признавать, но ты моя неудача. Несмотря на все мои старания, трудности тебя не закалили, а лишь обозлили. Затем ты начала искать обходные пути. Помнишь свою подленькую радость, когда тебе показалось, что ты сумела захватить меня в плен? С этого началось твоё падение. Но я, в надежде на чудо, всё же дал тебе ещё один шанс. Все эти годы я был рядом с тобой и, вопреки правилам, старался помочь, но ты меня не слушала. Это было горькое зрелище, видеть, как ты теряешь человеческий облик и превращаешься в чудовище. Говоришь, это я отнял у тебя последнюю радость? Нет, Гемма, ты отняла её сама у себя. К твоей ничтожной душонке прилипло слишком много грязи. Именно она не даёт твоему голосу подняться до прежних высот.

Аспид сел — цепи больше его не держали — и коснулся губ Царицы вампиров.

— Прости! Твои уста оскверняют чистоту молитвы. Я снова вынужден запретить тебе произносить святые слова.

— Вот как? — с яростью воскликнула Царица вампиров. — Почему ты преследуешь меня? Что тебе нужно?

— Твой голос, — честно признался Аспид.

Ярость испарилась, и на лицо Царицы вампиров легла тень безысходности. Она будто погасла изнутри. Осталась лишь скорбная оболочка, утомлённой жизнью древней старухи.

— Похоже, ты не лжёшь. Ещё до побега я слышала о твоём театре. Так и знала, что голос — это моё проклятие.

— Голос далеко не всё, гораздо важней сам инструмент, — заметил бог.

— Выходит, я не оправдала твоих надежд, — проскрипела Царица вампиров совсем не музыкальным голосом. — Что теперь меня ждёт? — забеспокоилась она.

— Почему ты спрашиваешь?

— Судя по твоим словам, ты по-прежнему мой хозяин, а быть бесправной рабой то ещё удовольствие.

— Хочешь свободы? Пожалуйста.

К Царице вампиров поплыла золотая руна и, коснувшись её руки, исчезла вместе с браслетом из волос Аспида.

— Отныне ты свободна.

— Сейчас проверим, — Царица вампиров прислушалась к себе. — Верно, привязки больше нет. Что ж, спасибо за столь щедрый подарок. Уж лучше поздно, чем никогда. Кстати, почему запаздывает обещанный Армагеддон?

— К счастью, даже для нас, богов, в мире случаются чудеса, — усмехнулся Аспид.

— Жаль. А я уж было вознамерилась умереть в компании бога, — язвительно отозвалась Царица вампиров и поднялась с плиты. — Ладно, ты продолжай валяться, а у меня дел по горло. Нужно пользоваться моментом, пока ведьмы не опомнились.

— Барьер! — спохватился Аспид.

— Ага! Был и сплыл. Не суетись, божок! Мои передовые отряды уже хозяйничают в Эдайне. Так что поздно пить боржоми.

— Гемма! — окликнул Аспид Царицу вампиров, и она застыла на месте, ожидая, что он скажет.

— Я буду ждать. Для тебя всегда открыты двери моего храма.

Царица вампиров не выдержала и обернулась.

— Странные вы существа боги, — сказала она, пристально глядя на Аспида. — Ведь вы не менее жестоки и себялюбивы, чем я, но почему-то я у вас числюсь исчадием ада, а себя вы к ним не причисляете. Ответь, божок, чем ты лучше меня?

Аспид припомнил, какие реки крови льются на аренах Сияющего двора, прежде чем соискатели обретут вожделенную божественность, и внутренне усмехнулся. «Нет, дорогуша, мы значительно хуже, чем ты. Тем не менее наша человечность не умерла, и мы чётко разделяем, что есть добро и зло. Именно поэтому мы боги, а не сумасшедшие убийцы, как ты».

— Ничем, — ответил он со смиренным вздохом.

— Тогда кто дал тебе право судить меня? Ведь я даже не принадлежу к твоей вселенной! — возмутилась Царица вампиров.

— Твой создатель продал тебя мне, и пока договор в силе, ты по-прежнему моё имущество, — хищно улыбнулся Аспид.

— Я так и думала, что есть подвох, — понимающе кивнула Царица вампиров и на её лице появилось вопросительное выражение. — Но ты же не возьмёшь свои слова обратно?

— Нет. Ты свободна, таково моё желание.

— Вот и замечательно.

— Постой! – сказал Аспид, видя, что она собирается уйти. — Пойми, ничто не даётся даром. Прежде чем обрести божественный статус, каждый из нас проходит через такие испытания, перед которыми твои беды кажутся детскими забавами. Грань между добром и злом тонка, и лишь тот безошибочно её находит, кто потерял надежду увидеть свет. Ты понимаешь?

— Возможно, — пожала плечами Царица вампиров. — К сожалению, у каждого свой предел душевной прочности. Я свой лимит уже исчерпала.

— Гемма, у души нет предела.

— Пустые слова. Во всяком случае, для меня.

Царица вампиров легко взбежала по лестнице, и люк крипты с грохотом упал на место. Тем не менее пленник не спешил покинуть место своего заключения. Пребывая в глубоком раздумье о случившемся, он снова улёгся на плите.

Цепи зашевелились и, немного поколебавшись, заняли привычное место.

Оказавшись вновь прикованным к плите, Аспид не обратил на это внимания, — ведь боги вездесущие существа и их нельзя запереть в