Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана
— Госпожа, к нам движется крупный воинский отряд, а вместе с ним идут обозлённые горожане из Нима.
— Уверена, что к нам?
— Да, — глухо ответила заместительница.
— Тогда какого рогатого ты стоишь? Живо готовь всех к эвакуации!
— Куда?! Все подходы к обители заблокированы!
— Не паникуй! Мы воспользуемся потайным ходом.
— А он у нас есть?
— Само собой! Живо собирай воспитанниц и веди их к Совиной башне.
— Слава богам!
Посветлев лицом, заместительница вылетела из библиотеки и вскоре ничего не понимающие разновозрастные девочки, ведомые наставницами, потянулись к высокой башне из известняка, получившей название из-за множества гнездящихся там сов.
Проведя спешное совещание, старшие ведьмы бросились по местам.
Вскоре грохнул сильнейший взрыв, и ворота ведовской обители рухнули, несмотря на магическую подпитку. Воины хлынули во внутренний двор, а следом за ними устремились орущие горожане, вооруженные чем попало. Под напором толпы цепочка ведьм в одинаковых серых балахонах отступила к основному зданию, но не запаниковала, несмотря на понесённые потери. С сосредоточенным видом они сцепили руки, и амулеты на их груди вспыхнули невыносимым блеском. На расстоянии руки перед ними выросла прозрачная, но непреодолимая стена. Правда, иногда удачно заговорённое оружие пробивало бреши в их шеренге, но место мёртвой или сильно раненой ведьмы тут же занимала другая, а когда замены не было, близстоящие сцепляли руки между собой. На спокойных лицах, которым голубой огонь амулетов придавал нечеловеческое выражение, читалась одинаковая решимость держаться до последнего.
Видя такое мужество, некоторые из здравомыслящих горожан опомнились и потихоньку попятились к выходу, сильно жалея, что поддались на провокацию христианских проповедников.
Пока часть ведьм сдерживала напор озверевшей толпы, хмурые наставницы поспешно выводили воспитанниц через потайной ход. К счастью, его нигде не завалило – извилистый и длинный он вёл из обители к ближайшим холмам. К несчастью, среди незваных пришельцев вскоре появились отцы-иезуиты. Они быстро расправились с защитницами, а затем потайной ход, в спешке плохо замаскированный, обнаружил один из горожан, который нечаянно нажал на скрытый рычаг. Так что не успели беглянки выбраться наружу, как сзади замелькал свет факелов, и зазвучали возбуждённые голоса преследователей.
Приказав остальным бежать к выходу, настоятельница осталась, не слушая ничьих уговоров. Она дождалась, когда покажутся первые преследователи и звенящим от напряжения голосом выкрикнула:
— Скажите, люди, что мы сделали вам плохого? Разве не мы лечили вас? Разве не мы дарили вашим полям урожай, а стадам обильный приплод?
— Проклятая ведьма! Вы лечили болезни, которые сами же насылали!
— Сука! — взвизгнул истерический женский голос. — Нечего присваивать себе чужие заслуги! Это мы ухаживали за полями и растили скотину, пока вы плясали на своих шабашах!
— Вот-вот! Не счесть, сколько мужиков увели из семей! Правильно пастыри говорят, что вы порождения Сатаны!..
— Сжечь пожирательницу детей!
— Смерть ведьме!
— Смерть! — зарычала возбуждённая толпа и, подначиваемая зачинщиками, подалась вперёд.
С горестным выражением на лице настоятельница покачала головой.
— Опомнитесь, глупцы! Однажды вы пожалеете, да будет поздно…
— Хватайте её! Она заговаривает нам зубы, чтобы мы не догнали остальных! — пробасил мужской голос.
— И не догоните! — выкрикнула настоятельница. Подняв амулет над головой, она размеренно запела.
Воздух сгустился и загудел от чудовищной концентрации магической энергии, а затем огненным вихрем рванулся к попятившейся толпе. Стиснув зубы и стараясь окончательно не потерять себя, слыша безумные крики о помощи заживо горящих людей, настоятельница развернулась к выходу, но прямо под лопатку ей ударила арбалетная стрела. Мечтая о скорой смерти, она рухнула на землю, остро пахнущую сыростью и плесенью, и мысленно потянулась к Верховной ведьме.
«Адель, это Марга, если можешь, спаси моих учениц!..»
«Ведьма, где вы находитесь?» — вдруг отозвался незнакомый мужской голос.
«Ведовская обитель у Нима… умоляю… кто бы вы ни были, спасите моих девочек».
«Это близко, мы постараемся, — пообещал незнакомец. — Держи связь, и мы вас найдём».
«Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах».
Мысли о смерти оказались преждевременными. Настоятельнице повезло. По счастливому стечению обстоятельств остриё стрелы натолкнулось на сползшую заколку в её растрепавшихся волосах, и она отделалась лишь обширным синяком. Не зная, куда спрятать амулет, она сорвала его со шнурка и сунула в рот. Только она успела его проглотить, как чьи-то руки грубо вздёрнули её на ноги и поволокли обратно к обители. К счастью или нет, но это оказались воины, а не озверевшие горожане, которые растерзали бы её на месте.
Не обращая внимания на сыплющиеся оскорбления, настоятельница осматривалась по сторонам, и с трудом удерживалась от рыданий. Столетние древесные великаны превратились в обгоревшие чудовища, а бережно хранимый дом, в котором она провела немалую часть своей жизни, превратился в груду жалких развалин. При виде плетей любимых роз, которые до сих пор корчились в огне, она была готова заплакать, но тут её взгляд натолкнулся на неподвижное тело в знакомом балахоне, и перед её глазами поплыла кровавая пелена. Отозвавшийся на призыв амулет вызвал пожар в животе и настоятельница, скорчившись от боли, зашептала наговор. Но сильный рывок ошейника не дал ей наслать предсмертное проклятье на своих врагов.
— Без глупостей, ведьма! — предупредил прихрамывающий иезуит, заметив безумное выражение её лица. — А то перед тем как сжечь, отдадим вас на потеху толпе.
«О, боги!» — настоятельница сморгнула пелену перед глазами и огляделась по сторонам. Посреди площадки для игр горожане сооружали эшафот. Судя по количеству торчащих столбов, кандидаток на сожжение было ровно тринадцать. «Счастливое ведьмино число», — грустно подумала она и её мысли лихорадочно заметались в поисках выхода. Но иезуиты были предусмотрительны. Окружающие пленниц воины не выпускали из рук заговорённое оружие и охранные амулеты; вдобавок железные ошейники на шеях не давали ведьмам сменить облик. Поняв, что сбежать невозможно, расстроенная настоятельница плюнула в лицо зазевавшемуся проповеднику, который шёл рядом с ней и без особого пыла уговаривал её покаяться в грехах. Толстяк резво отскочил и разразился ругательствами, не слишком-то приличествующими его сану.
— Что ты там лепечешь, мерзавец? Какое покаяние? Вашему кровавому божку? Да никогда в жизни!.. Да, я ведьма и горжусь этим!
Вдруг в её голове раздался нетерпеливый мужской голос:
«Ведьма, кончай свою антихристианскую пропаганду! Мы видим вашу обитель. Куда нам дальше идти?»
«Видите сдвоенный холм?»
«Д-да!»
«Обходите его с правой стороны. Когда увидите камень в виде птичьей головы, поищите под ним пещеру, девочки должны быть там».
«Хорошо, — немного поколебавшись, незнакомец