Повелитель чудовищ - Сергей Александрович Плотников

бы Альби не сказал. Я еще хотел его расспросить, у всех ли миров Империи есть луны или что-то похожее на них — дико интересный вопрос, потому что еще в детстве я читал версию, что, мол, биосфера не может сформироваться на планете, если у нее нет близкого спутника, «берущего на себя» удары метеоритов! Однако позиция на резво бегущем по волнам глиссере, где палуба накренена, и приходится держаться за веревки, чтобы не упасть, не слишком располагает к беседам. Мы все не только крепко держались, но и привязали себя к скобам на палубе, а также надели спасательные жилеты. Да, все, даже некроманты, потому что обстоятельства бывают разные: даже для них лишняя плавучесть может означать разницу между окончательной гибелью и спасением. Кроме того, Игнис подняла такой сильный ветер, что он очень сильно шумел в ушах, мешая разговаривать. Не самая лучшая обстановка для научно-популярной лекции по астрономии!

Я был занят тем, что постоянно подпитывал Игнис и себя магией Жизни. Наши спутники замерли молчаливыми истуканами, не обращая внимания ни на холодные брызги, ни на усталость. Я в очередной раз «на полшишечки» позавидовал некромантам: все-таки связь с планом Смерти — невообразимо полезная способность! Хотя добиться того, чтобы решать те же проблемы с выносливостью и долгожительством чисто магией Жизни, не теряя преимуществ живого тела, но приобретая преимущества немертвого — вот это тоже достойная задача! Когда (если, чтоб не сглазить) решу проблему магического омоложения, именно в этом направлении и буду двигаться.

Интересно, кстати, о чем они думают в такие часы вынужденного ожидания — их-то физические нужды тела не отвлекают? Надо будет спросить у Элсина, если не забуду.

И у Ройги тоже надо будет спросить. Подозреваю, ответы окажутся совершенно разными!

Нет, серьезно, что она тут забыла⁈ И почему безропотно отправилась с Рюдином, даже не попыталась меня разыскать? Не в первый же день Рюдин ее потянул на платформу! Наверняка она прибыла с очередным открытием портала больше двух недель назад — и все это время шифровалась? Очень на нее не похоже!

Лично я чего только не передумал за эти часы безумной гонки по почти спокойному морю под звездным небом! И планы на будущее строил, и всякие анатомические заморочки вспоминал, и даже выученные в школе когда-то наизусть стихи пытался восстановить… хотя в голове больше всплывали слова земных песен, которые никогда больше не услышу.

Наконец, когда над морем начал заниматься серый рассвет, Альби объявил, что мы, по всей видимости, прибыли.

— Где-то здесь и должна быть девятая платформа, — растерянно сказал он. — Но я ничего не вижу. Может, если нырнуть…

Да, не было видно ничего — ни обломков, ни пятен от разлитых жидкостей, ни остова опорной конструкции, торчащей над волнами. Пустота и волны.

— Выпускаем птиц и рыб, — решил я. — Пусть ищут. Игнис, а ты можешь поводить глиссер кругами?

— Не вопрос, — сказала Воздушница. — Я бы вообще предложила отцепить парус да подняться с ним в воздух, как с крылом. Вот только вы тут будете совсем беспомощны без меня, и увижу я меньше, чем орел.

Орел, баклан и две чайки нарезали в небе широкие круги, мы медленно двигались по тем же траекториям. Тянулись минуты — долгие, как часы. Или уже часы? Одна из рыб Альби вдруг ткнулась в борт лодки, держа что-то в пасти.

Я вспомнил рассказ — эти химеры могут разве что отрывать куски, целиком ничего принести не способны.

Химеролог перегнулся через борт и забрал у рыбы ее добычу. Показал нам.

Это была рука в некромантском черном. Женская рука. Ройга?..

— Пропитки консервантом нет, эта женщина была живой перед смертью, — сказал Элсин, приняв конечность и внимательно ее обнюхивая. — Не Ройга.

— Да, кажется, узнаю форму ногтей и ладони, — вздохнул Альби. — Это Дейра Клун из дежурной смены, Рюдин как раз планировал ее сменить. Надо нырнуть и проверить — вдруг там где-то и голова есть?

— Долго, — покачал головой Элсин. — Рука пробыла под водой никак не меньше полусуток. Она в неподходящей кондиции для долгосрочной анимации — я бы не взялся. Если и голова в таком же состоянии, спасать там уже нечего. Или у вас другое мнение, коллега?

Альби молча покачал головой.

Игнис, тоже ни слова не говоря, начала разворачивать глиссер.

Больше мы некромантских останков не нашли, и вообще ничего и никого — даже обломков. То ли гигантский осьминог знатно пообедал, то ли создал гигантский водный шлейф, который словно ковшом утянул за собой все останки платформы и корабля.

Солнце между тем поднималось все выше. Человеку, который провел ночь на воде в открытом море, прямо сейчас, должно быть, несладко. Усталость, жажда, солнечные ожоги…

— По-моему, это уже бесполезно, — проговорил Альби. — Мы проверили пятно радиусом примерно километров тридцать от местоположения платформы. При текущей скорости ветров… Вряд ли за истекшее время обломки или люди могли отдрейфовать дальше!

Я хмуро поглядел на него и ничего не сказал. Игнис бросила один взгляд на мое лицо и усилила ветер — глиссер побежал резвее.

— Орел что-то нашел, — вдруг сказал Элсин. — Игнис, правь во-он туда.

Игнис уже и без его слов заметила, что птица намертво зависла над одним и тем же местом на морской глади. Поддала ходу. Скоро темное пятно на воде стало заметно и с глиссера, а еще чуть погодя даже мы с Игнис, обычные люди, разобрали обломок дерева и держащиеся за него руки. Человек! Но странной формы какой-то, как будто горбун… Горбунья!

К тому моменту я уже не то чтобы не надеялся — я запрещал себе как надеяться, так и отчаиваться в равной степени. Поэтому когда глиссер впритирку подошел к корабельному обломку и мы с Альби (Элсин оказался с другой стороны глиссера) в четыре руки втянули на палубу Оллу, я особенно ничего не чувствовал. Даже облегчения. После бессонной ночи и всех тревог мне трудно было понять, на каком я свете.

Тем более, девушка выглядела очень странно, нереально. К ее шее за спиной было что-то прикручено — что-то, замотанное в черное кружево.

— Голова! — хрипло простонала Олла. — Голова! Я ее намочила!

— Бредит, что ли? — удивленно проговорила Игнис.

Альби протянул Олле флягу с водой — но она ее оттолкнула.

— Голова! — страшным голосом проговорила девушка. — Голова… привязана… проверьте! Цела? — и начала дергать черный узел у себя на шее.

Тут только я сообразил, что странный ком у нее на загривке — это голова. Черное кружево натянулось, обрисовывая чей-то профиль.

Кстати. Я видел это кружево. Да и