Бог из Пустоты - Алексей Петрович Гапоненко
– [Гадкое, значит? Древобог намного чернее меня, мартышка. Жаль, что тебе это невдомёк…]
Чувствуя небывалую одухотворённость, я прокричал в Пустоту:
– Тот стих был испытанием? Зачем ты испытываешь меня? Ты, правда, Бог?! Почему ты выбрал меня?!
– Дитя, – одно единственное слово, произнесённое неописуемой сущностью, поразило меня в самое сердце. В нём было столько любви, тепла и заботы, что мне почудилось, будто слышу шёпот матери. – Ответы ждут впереди. Терпение – это добродетель, помни и не забывай. Твоя вера стоит на кону, не разочаруй меня. Слишком много пустых попыток, бесчисленные промахи. Мириады канувших в вечность и ни одного достойного. Может быть, им будешь ты, а может, и нет. Терпение… помни…
– [Хватит!]
***
Я протянул руку, попытался ухватиться за ускользающее видение. Хотел удержать голос, понять его, проникнуться и разделить веру, но жестокая реальность обрушилась тёмным переулком и каплями дождя на лице.
Запрокинув голову, устало взглянул на серые тучи в прорезях неба между небоскрёбами. Холодные капли падали на лицо, разбиваясь серебряными брызгами. В них всё ещё чудились далёкие звёзды, но магия видения окончательно растворилась, так же быстро, как опавшие листья, смытые грязевым потоком.
Накатившая грусть заставила печально улыбнуться, но некому было утешить. Я сидел на сыром асфальте, между домами совершенно один. Рядом стоял переполненный бак, из-под крышки которого торчала глянцевая страница: журнал с видом на остров твоей мечты. Крупный шрифт обещал невиданные наслаждения, стоило лишь зайти на нужный сервер, и виртуал утянет тебя к голубой воде и белому песку.
Дурацкая страница с её обещаниями неожиданно вызвала уколол в груди. Мой мир не был похож на неё, в нём не было места пляжам и пальмам. До метеорита я всего раз был в отпуске и провёл его с родителями. Как в детстве, гулял с отцом по парку, помогал матери по хозяйству и хоронил Чарли.
Пса мне подарили на шестой день рождения. Помню, как радовался тогда, это был один из самых ярких и лучших дней детства. С ним могла соперничать разве что поездка на озеро с отцом. Сами подумайте, лодка, водная гладь, жареные на костре сосиски и две удочки. Но я отвлёкся, ведь речь о Чарли.
Я любил играть с ним, выгуливал перед школой и вечером вместе с отцом, а иногда и с матерью. Чарли – двухцветный бигль с белой грудью, коричневыми ушами и спиной. Он всегда был весёлым, любил гоняться за мной по парку или таскать палки. Кажется, этому трюку его научил отец. Как же я тогда был счастлив…
Чарли умер неожиданно, у него не было никаких болезней или опухолей. Ничего что могло стать причиной, однако его не стало. Взяв отпуск, я тем же вечером приехал к родителям. Слёзы навернулись, стоило только взглянуть на замотанное в полотенце тельце. Из-под цветастой ткани торчал лишь кончик белого хвоста и коричневое ухо.
Ночью с отцом пошли в парк: я нёс переноску, укрытую полотенцем, он – лопату. Скрываясь под покровом темноты, мы смогли пробраться на территорию незамеченными. Хорошо, что людей в парк ходило не много и они не обращали на нас внимание.
Найдя подходящее место, отдельно стоящее дерево с большими кустами вокруг, приступили к работе. Чарли никогда не был большим псом, поэтому могила оказалось до смешного миниатюрной. Словно издёвка надо мной, живое существо, подарившее столько радости в жизни, удостоилось крохотной ямы в земле. Это оказалось его единственной наградой. Стоя у могилы, не плакал, слёзы закончились, уступив место тупой боли в груди. Пожалуй, это был первый раз в жизни, когда я на самом деле не понимал Бога…
Те воспоминания резко вырвали меня из оцепенения. Одна смерть напомнила о других. Злосчастная цепочка возникла в голове, опрокидывая на меня лица лаборантов. Их крики, боль и тускнеющий свет глаз, повисли тяжким бременем, но я ещё мог сопротивляться.
– «Я не уступлю монстру! Это он убил их всех, и мне нужно сделать всё, чтобы помешать ему в следующий раз, а пока нужно понять, где нахожусь. Кто знает, как далеко монстр сумел сбежать от лаборатории. Может быть, она прямо тут – за углом, а охранники уже прочёсывают местность в поисках беглеца…»
Тут-то и вспомнил о Джери. Яркая вспышка прозрения, на секунду ослепила, а когда сумел взять себя в руки, то понял, что плачу. Слёзы сами собой катились из глаз.
– Что? Почему? – не понимая, что происходит, начал вытирать их, но они не прекращались. Не было никаких всхлипов или чего-то подобного. Из глаз тихо сочилась солёная влага, а на душе становилось всё тяжелее. Уже через пару секунд едва сдерживался, чтобы не закричать. Чувства парня, в чью душу я насильно залез, поднимались из глубины. Всплывая мазутными облаками, они морали мир вокруг.
Сознание начало метаться, пытаясь разобраться, кто же я на самом деле. Стив, поражённый инопланетным вирусом, или лаборант Джери, увидевший, как его любимой отрывают голову.
– Марта…
Наваждение продлилось не долго, но даже десяти секунд такой муки хватило, чтобы полностью выбить из колеи. Если раньше просто ощущал себя помнящим жизнь Большого Ди или старшей помощницы Марека, то в этот раз всё было иначе. Я сам сделал это. Мне нужно было узнать правду, и я наплевал на парня. Взял то, что хотел, и вот расплата. Вместо знаний, сохранил лишь боль расколотого сердца. Теперь я точно понимал, почему он не пытался убежать от меня. Джери вообще не хотел жить, он был разрушен изнутри тем, что увидел. Его воля оказалась слаба, и он сдался. Да, и кто бы не сдался, оказавшись на его месте?
Осознав всё это, кое-как сумел отделить себя от него и вернуть контроль над сознанием. Тяжело дыша, прислонился к холодной стене. Больше всего на свете хотелось просто забыть всё это, но не мог. Только не теперь, когда столько жизней лежали на плечах.
– Ты… ты ведь слышишь меня? – тихо прошептал я. Сам не знаю, зачем. Наверно хотел знать наверняка. Мне нужны были ответы, а другого способа узнать их, не знал. – Ответь