Бог из Пустоты - Алексей Петрович Гапоненко

– Какая наглость, Стиви. Всю свою жизнь молился, не требуя ответов, а теперь как заговорил! Лицемерие, человек – вот что это! – голос монстра раздался прямо за ухом, оборвав на полуслове. Я почувствовал открытую угрозу в его словах.

– Как ты смеешь сравнивать себя с Ним? Я не молюсь тебе, ты – проклятье… – устало вздохнув, закончил, – но мне, правда, нужны ответы.

– Ответы? Но ты обвиняешь меня! Смеешь угрожать, хотя сам – всего лишь мешок с костями и парой извилин, – демон насмехался, и я понимал это. Что, в сущности, я смог бы сделать? Но сдаваться было нельзя. Даже Древо говорило об этом, поэтому как мог, сконцентрировался на голосе и с нажимом продолжил:

– Ты – вирус и если я умру, то и ты тоже, – главный мой козырь.

– Как страшно! Ты прав, как я мог забыть. Ведь я не жил эпохи назад и не видел, как зажигается свет звёзд, что давно погасли. Человек, умерь своё эго, ты выглядишь как идиот, а пахнешь и того хуже.

– Что? – совершенно опешив от переполненной пафосом речи, я едва не поперхнулся, услышав её конец. За короткий миг ощутил невыносимую тяжесть веков, прожитых этим существом. Вирус? Теперь это слово казалось мелким издевательством. – Как зажигались звёзды? Если бы ты не свалился на церковь…

– Ты был бы мёртв. Или думаешь, чудеса случаются просто так?

– О чём ты?

– Не важно, забудь. Что касается парня. Я его не тронул, но не думай, что испугался тебя, или что ты себе на воображал? А стоп, я ведь знаю всё, что ты думаешь, – противный рык парадировал мою собственную манеру речи, заполняя голову. Тварь почти всегда насмехалась. Мои чувства и страдания вовсе не трогали её, вызывая лишь гогот или поддёвки. Но я не обращал внимания. Я услышал главное, Джери жив. Демон действительно пощадил его.

– Не радуйся так сильно. Я выполнил твоё жалкое желание, но не для того, чтобы порадовать. Это хороший пример, чтобы объяснить тебе твой собственный мир, святоша.

Я не понимал, о чём он говорил, что именно собирался объяснить. Сплошные загадки, оставалось только слушать.

– Вот и правильно, – явно согласился с моими мыслями. Манера отвечать на всё, что вертелось в моей голове, сильно сбивала с толку, но я старался изо всех сил. Мне нужно было понять.

– Ты, конечно же, считаешь себя праведником. Спас собрата от жуткого монстра, вот только ты не думаешь наперёд, Стив. Что, по-твоему, случилось с ним после? Я сумел вытащить тебя, но не убил всех. Не было ни времени, ни сил. Так скажи мне, праведник, что сделают с этим существом твои сородичи в голубых шкурах? Ведь он имел непосредственный контакт с нами. Думаешь, всё будет хорошо, обезьянка? Джери будет рад, что выжил? Поблагодарит тебя при встрече. Уверен в этом?

Слова, раздающиеся в черепной коробке, складывались в предложения. Их смысл медленно проникал в меня, закручиваясь причудливыми спиралями мыслей. Одна цепляла другую, та ещё одну, пока не выстроились в ужасный вывод:

– Жульен будет изучать его. Пытать также, как меня. Боже, что я натворил?!

– Всё же понял, отлично! – довольный собой голос, начинал нервировать. – Добро, зло, все эти определения устарели ещё в предыдущем световом цикле! Забудь об этом! Прислушайся, человек!

– Нет!!! Ты специально делаешь это! Не верю! Я… я… я поступил правильно! Хотел помочь ему, не думал, что…

– Вот именно! Ты не думал, Стив. Никогда не думаешь! В этом и состоит вся проблема. Ты выблевал все наши запасы, а ведь твоё тело совсем не подготовлено. Моя истинная форма слишком сложна, ваша эволюция так далека, что просто не способна поддерживать меня. Если рассчитываешь, что каждый раз, когда твоей заднице будет грозить очередной раскалённый дрын, буду спасать тебя в истинной форме, то ошибаешься. Ваша атмосфера, давление и даже излучение звезды – всё это не подходит мне. Нужны тонкие настройки, изменения, возможно, мутации. Много работы, Стив, а пока энергия улетает в трубу каждую секунду, что дышу вашим воздухом в истинном теле… – резко оборвав речь, голос чудовища растворился, словно потеряв связь со мной.

Не успел удивиться этому, как грудь пронзила острая боль. Она пульсировала всё сильнее, ясно давая понять, что это вовсе не муки совести. Осторожно прикоснувшись к груди, вдруг понял, что на мне какая-то незнакомая майка. Она была так сильно растянута, что казалась безразмерной, а её некогда голубой цвет приобрёл болотный оттенок. Кроме того, на мне так же были грязные джинсы. Не понимая, откуда на вся эта одежда, прислушался к ощущениям в груди.

Рёбра страшно болели, каждый вздох отдавался покалыванием внутри. Пытаясь отыскать в памяти хоть что-то, совершенно случайно наткнулся на нужный момент. Монстр говорил о ранении. Кажется, даже огнестрельном. Неужели его… то есть меня ранили, то есть… Чёрт!

– Да, Стив, у них были автоматы, а я вовсе не неуязвим, – серый кошмар ответил, как всегда, неожиданно. – Благодаря тебе у нас больше нет питательной органики, так что тебе как-то придётся решать эту проблему. Энергии осталось совсем мало, нужна срочная дозаправка.

– О чём ты? Энергия? Ты про еду?

– Энергия, калории, питательные вещества, жизненная сила, выбирай название, что больше нравится.

Вспомнив жуткие укусы на бездыханном теле, почувствовал, как к горлу подкатывает ком.

– Ты – чудовище! Пожирал их, Боже, меня сейчас вырвет.

– Стой, идиот! – нервный крик и сразу за ним ехидное шипение – Может ещё чуть-чуть осталось…

Услышав такое, окончательно сдался. Желудок подпрыгнул к горлу, и мне пришлось спешно подниматься, к мусорному баку. Когда закончил, порождение вируса, всё ещё хохотало в голове. Да-да, он подшутил надо мной, специально сказав эту мерзость.

Одна мысль о кусочках, что могли остаться в желудке, чуть было опять не сыграла со мной злую шутку, но в тот раз сдержался. Было не привычно, размышлять о таких вещах, но всё же.

– «Если мои догадки верны, то он захватил моё тело и сумел изменить по собственному подобию. Боже, какая жуть…»

Придерживаясь за бетонную стену, отошёл от бака. Голова ещё кружилась, но в целом всё было в порядке, голос кошмара молчал. Постаравшись выкинуть из головы, серого гада, осмотрелся.

Узкий переулок, не более десяти метров. Я стоял ближе к краю, от улицы отделял лишь чёртов бак с журналом. С другой