"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— Ага, — мрачно подтвердил Горнило. — Стоишь перед мужиком, который тебе по грудь, и ни хрена не можешь. Очень бодрит.

— Против любого одарённого абсольвиум работает безотказно, — закончил Апогей. — Чем выше Дар тем, сильнее влияние металла. И это достаточно неприятно. Я бы даже сказал больно. Но не во всех случаях. Боль причиняет абсольвиум в чистом виде, от него идет определенное излучение. Если капсула в башке инквизитора — боли нет, просто мы им ничего не можем сделать.

Воронцов помолчал немного, изучая внимательно мою физиономию. Наверное, вспомнил, что арка внизу не сработала.

— Это так сказать, просто для понимания ситуации, Витя. Ты спросил про инквизиторов — я ответил. Теперь снова повторю свой вопрос. В чём твоя сила? Так понимаю, они вычислили тебя ещё в интернате. Тот… как ты назвал? Бурый? Он скорее всего попал в замес случайно. Не может быть, чтобы на территории интерната было слишком много одарённых.

— А если они просто не уследили… — начал вдруг Бастион.

Однако Апогей не дал ему договорить.

— Не «если», — отрезал он. Видимо, Бастион ляпнул что-то не то.— Итак, Витя, как проявляется твой Дар? Что ты умеешь?

Это был самый скользкий и опасный момент. Мозгоед сказал, предводителю Девятки ни в коем случае не надо знать, что я телепат. Тогда кто? Первая мысль, которая пришла в голову, — Сиротин. Ну не он сам, конечно, а его способности. Не особо впечатляющая фигня — умение чувствовать пространство. Чисто теоретически Апогею нет толку от такого Дара.

Только собрался ответить, двери в зал открылись. Без стука, без предупреждения. Просто открылись.

В дверях стоял старик.

Ну как старик. Лет семьдесят, может, чуть больше. Невысокий, худощавый, в тёмном костюме. Седые волосы зачёсаны назад. Обычный дед, каких можно встретить на улице с десяток. Обычный, если бы не одна штука. Как только дедуля появился на пороге, мне в затылок будто воткнули иголки. Не могу сказать, что это было очень больно, но однозначно неприятно.

Дальше стало совсем интересно. Неожиданно все одарённые встали. Даже не так. Вскочили как ошпаренные. Кроме, пожалуй, Панацеи. Она поднялась неторопливо, с достоинством. А ещё супергероям Девятки явно было не по себе в присутствии деда.

Апогей резко перестал улыбаться. Он снова крепко сцепил зубы, словно пытался сдержать стон. У Горнила на лбу и на бритой башке выступил пот. Бастион побледнел и вроде бы даже слегка покачнулся, будто вот-вот отрубится. Панацея сжала пальцами край стола так, что мрамор тихонько затрещал.

И только Зубов оставался невозмутимо спокоен. Мы с ним так и сидели на месте, потому что не очень понимали, что происходит.

Секунд пять. Пока я не вгляделся в лицо старика повнимательнее.

«Раменский, — прошипел Мозгоед таким тоном, которого я от него не слышал даже в адрес Апогея. — Старая неубиваемая тварь. Посмотри на его руку. Правую».

Я опустил взгляд. Перстень. Широкий, без камня. Металл матовый, серый.

«Абсольвиум, — выплюнул телепат. — Только доработанный. У каждого члена Совета такая игрушка. Вот почему ни один из одаренных Авангарда не в состоянии свернуть шею старейшим. А им поверь хочется этого очень сильно».

Я еще больше присмотрелся к деду. Вернее, не совсем к нему. Хотел изучить его ауру. Так-то впервые лично встречаю одного из тех, кто заправляет Конфедерацией.

Дымка у старика была. Еще какая. Она клубилась и полыхала сильнее, чем у любого другого простеца. Но внутри неё что-то двигалось. Реально! Словно за мутными всполохами ауры прячется какое-то существо. Опасное.

Я мысленно потянулся вперёд, хотел нырнуть поглубже. Уже понятно, колечко из абсольвиума мне так же по хрену, как и арка.

Но тут же получил по мозгам. Будто кто-то изнутри черепа саданул кулаком в мой затылок, наотмашь и со всей дури. Хотя почему же кто-то. Вполне понятно кто. Мозгоед.

«НЕ ЛЕЗЬ!!! — рявкнул он так, что я чуть не оглох. — Никогда, слышишь, никогда не лезь Старейшему в башку без подготовки! У них там стоит такая защита, что ты обосрёшься! Понял меня, придурок⁈ И он сразу почувствует телепата. Потому что защиту из-за нас и сделали. Для остальных одарённых достаточно колечка».

Раменский выглядел совершенно невозмутимым. Стоял в дверях и разглядывал всех присутствующих с лёгким недоумением. Будто зашёл в свою комнату и увидел, как наглые тараканы пируют на кухонном столе.

«Черт… Он же наверное в курсе, что инквизиторы ищут меня».

«Он сто процентов в курсе, что инквизиторы ищут телепата. Но поиски пока на том этапе, когда Раменскому плевать на то, как этот телепат выглядит. Он еще не видел твоего личного дела, потому что его нет. Из интерната сбежали трое. В бункере вас тоже было трое. Но рассказать, кто именно использовал телепатию, некому. Четверых мы убили. Еще четверо…ммм… мягко говоря, вышли из строя и вообще не способны связно говорить. Не забывай, что Зубов и директор помогли еще нескольким пацанам сбежать. По факту идут поиски телепата и все. Но кто он — на данный момент не понятно. Вот если бы вас с Зубовым забрали из музея и проверили, тогда другое дело. Так что расслабься. Вспомни разговор Апогея с тем Завьяловым. Как думаешь, почему инквизитор отступил и позволили Апогею тебя забрать? Потому что он не уверен, что именно ты объект поиска. Главное сам не спались ».

— Я что-то не понял, — произнёс Раменский и сделал несколько шагов вперёд. — Разве на сегодня был запланирован совет Девятки? К тому же… — взгляд Старейшего прошёлся по Апогею, по Горниле, Бастиону и Панацее, — насколько вижу, тут не весь Авангард. Это что, междусобойчик для избранных?

Раменский прошёл к столу, остановился напротив Апогея. Теперь он смотрел только на него.

—