Кровь Достойных. Бастион Восточный - Алексей Петрович Гапоненко
Медленно, но верно острая синеватая корка расползалась от чудовища, что явилось из Эйко’Ульчерис больше часа назад. Всё это время капитан Орло вместе с лучшими солдатами и офицерами сражался с ней, но битва была далека от завершения.
С каждой минутой его потери росли. Сначала два полных отряда стражи, сметённые длинными лапами монстра, затем офицер Зойд и трое его бойцов, обращённые в лёд первой волной холода. За ними были Закирий, Роман, братья Лёха и Андрюха, чуть-чуть не дослужившиеся до офицерских манжет и погибшие, пытаясь сдержать тварь каменными стенами и шипами, но в итоге без затей раздавленные её ногой; Пётр, Светлана, отряд пропавшего ночью Маркуса, умудрившийся забрать вместе с собой железное крыло и левый глаз монстра.
Одной из последних стала Сербо. Он пытался спасти её, но не сумел. Один из трёх серых шаров проскользнул-таки между возведёнными им щитами и попал прямо в неё. Офицера отбросило в руины конюшен, но у капитана ещё теплилась надежда, что та жива, просто оглушена или что-то навроде, но минуты безжалостно шли вперёд, а она так и не вернулась в бой.
Спустя час от начала сражения, бестия нанесла удар по башне бастиона, буквально сровняв ту с землёй, заодно похоронив под обломками десяток лучников, занявших, как они думали, удачную позицию. Он ответил градом огненных стрел, что отогнали проклятую птицу к стене, дав возможность выжившим, перегруппироваться и возвести новые щиты.
Следующие полчаса битвы стали самыми напряжёнными. Враг наступал, запуская в них серые шары, обстреливая зелёными и синими лучами, что выедали воздушные и огненные щиты на раз, атаковал, всем телом бросаясь на них с разбега, а один раз даже взлетел, чем застал бойцов врасплох, если бы не Орло остатки отряда Сербо отправились вслед за своим офицером.
Но сколько бы не длилось сражение, перевес в силе оставался за чудовищем. Да они наносили ему урон, оторвали крыло, и одну из длинных лап. Прожгли бок и размозжили левую стопу, вот только враг всё ещё стоял и активно сражался, а вокруг росла гора трупов. Один за одним его люди: хорошие, преданные солдаты падали на потрескавшуюся, перепаханную заклинаниями землю, а внутри росла, осталось.
Он не был молод. Не хотелось признавать, но ещё десять лет назад, да что там пять! Пять лет назад он обратил бы гадину пеплом и смешал с конским навозом, но сейчас, сегодня мог лишь сдерживать и не давать чинить разрушения и смерть безнаказанно.
Но что по-настоящему злило старого Пробудившегося, так это невозможность вызвать подкрепление. Проклятая Богами тварь разрушила комнату перехода, что обустроили монахи давным-давно. Случайно или нет, он не знал, но синий луч разрезал стену бастиона, а вместе с ней и всё восточное крыло, где располагалась заветная комната.
Как же он жалел об этом. Всего лишь миг и посланный им глашатай сообщил бы Императору о случившемся. Он даже успел отправить такого, ещё до того, как вступил в бой, а теперь терялся в догадках успел ли паренёк добраться до комнаты, совершил ли переход или остался лежать на обломках восточного крыла вместе с другими погибшими?
***
Верус тяжело дышал, стоя на коленях над убитым культистом. Верный меч, прослуживший меньше полугода, был обломан чуть ниже середины и валялся рядом, а из брызжущей кровью раны торчал кинжал. Опираясь о его рукоять, мужчина пытался восстановить дыхание.
Сражение оказалось сложней, чем мог представить. Крикливые культисты быстро закончились, сменившись прокажёнными трупами, наполненными Скверной. Он бил их, резал и жёг на пару со Сказочником, но в какой-то момент отдался сражению без остатка. Опомнился мечник, уже сожрав камень Скверны. Глупо, но что поделать.
Обычная случайность, если подумать. Кровь из рассеченного плеча попала на мешок с камнями. Недолгий миг и сердце бешено стучит, разгоняя свежую Нигму по венам, а лицо юного Сказочника застывает в пяти метрах правее. Сложно сказать какие эмоции тот испытал. Верус мог лишь гадать, однако то, что произошло после, поразило до глубины души уже его самого.
Ликапрод сбежал. Стоило камню Скверны растворится в крови Пробудившегося, а глазам блеснуть золотом, как копейщик начал отступать к опушке. Ничего не говоря и не объясняя, пятился от него, ловко маневрируя меж прокажёнными. Отходя всё дальше, внимательно следил за удивленным Верусом, пока не скрылся среди деревьев. А оставшийся в гордом одиночестве среди врагов мечник попросту не знал, что ему теперь делать.
Мысли разбежались в голове – не поймаешь, да ещё Нигма толкает в бой, а в груди просыпается демон. С одной стороны он попался, его секрет раскрыт, а маска обычного охотника за камнями Скверны трещит по швам, с другой Ликапрод простой сказочник и брехун, кто будет его слушать? Или… нет, он не должен так думать, нужно остановить его! Если о нём узнают в бастионе… узнает капитан. Ему уже не сбежать…
Раз за разом прогоняя в голове одни и те же вопросы, Пробудившийся успокоил дыхание и открыл глаза. Сражение завершилось. Он убил всех, кроме сбежавшего Сказочника разве что. Лагерь культистов догорал впереди, а за спиной полыхал лес, подожженный огненным шаром, что бросил в кучку прокажённых. Тишина опустилась на поляну, лишь трещали ветви и кости, пожираемые пламенем.
Опустив взгляд, ещё раз посмотрел на искажённое мукой лицо мужчины, убитого последним. Сместив взгляд на рукоять кинжала и собственные руки, напряг мышцы и выдернул клинок из тела.
Всё. На этом всё. Нужно возвращаться, здесь ему делать больше нечего. А вот в бастионе… нужно найти Ликапрода. Он ещё не решил, что сделает с ним, но для начала Сказочника нужно найти, а там посмотрим. Но одно точно, действовать нужно быстро. Пока длинный язык не довёл до греха.
Встав в полный рост, мечник развернулся к горящему лесу. Высокое пламя отразилось в единственном глазе Пробудившегося, второй скрывал крепкий рог, опоясывающий голову. Моргнув, глаз прищурился, пряча золотую радужку и позволяя рассмотреть странное свечение в небе. Что это? Обострившееся под действием Нигмы зрение позволяло ему видеть, как… горят небеса? Какого беса творится? Погодите, ведь в той стороне… бастион.
– Боги и твари… – устало похрустел шеей охотник, в конце ещё и языком цокнув. – Этот день вообще закончится? – Пробудившийся шагнул вперёд и пропал, оставив после себя лишь глубокий след в покрытой пеплом почве.
***
Резкий взмах длинной лапы и крепкий