Кровь Достойных. Бастион Восточный - Алексей Петрович Гапоненко
Второе копьё отстало на долю секунды. Удар, вспышка и треск. Под свист вырывающегося пара, острые языки пламени прогрызли себе путь сквозь ледяную корку. Мгновение и щит лопается множеством корявых осколков, а заметно ослабевшее копьё продолжает путь, что непременно должен завершиться.
Раскрытый в крике клюв и расширившийся зрачок налитого кровью глаза чудовища. Бегущий человек и шесть векторов, сплетающихся на его руках. Победа или поражение. Жизнь или смерть.
Копьё настигло свою цель. Впилось в левое плечо огромной бестии, обдав пламенем и жаром. Ледяная корка, что заменяла той броню, разлетелась в дребезги, а двор накрыл чудовищный вой боли.
– «Быстрее! Ещё быстрее!» – мысленно подогнав себя, Орло оттолкнулся от земли, выпустив на волю всю накопившуюся злость и гнев. Яркая вспышка и поток пламени, разметавший комья земли и растопивший лёд в трёх метрах вокруг. Объятый пламенем воитель обернулся кометой, что врезалась в чудовище.
Удар, удар, удар – огненные кулаки прожигают броню врага, разливая жидкое пламя. Опасность сверху! Выкинув обе руки вперёд, Орло выстрелил струёй пламени, заодно откинув себя подальше. Огонь охватил живот бестии, а сверху упала глыба льда. Ха! Этим его не взять!
Усилие воли и два вектора сменяются семью огненными стрелами. Отскок влево и бег вокруг врага, пока тот занят пламенеющим градом. Правый бок открыт, корявая лапа торчит под небольшим углом вверх, совершенно не защищая, да и ледяная корка не такая уж толстая. Подойдёт.
Резко сместив центр тяжести, Пробудившийся бросил тело в кувырок, прямо в полёте создав и метнув ещё два копья. Под шипение оных в боку бестии вышел из кувырка с новым заклинанием наготове. Вскинуть руки вверх. Сосредоточится на токе Нигмы внутри. Давай же! Исполняй приказ! И Нигма ответила хозяину. Забурлила в крови, осветив золотые радужки глаз Пробудившегося.
Сила и власть вот что значит Нигма для них. А ещё ответственность и гордость, но это уже для него. Когда Орло стал таким? Он не помнил, слишком долго прожил на свете. Сначала в родном мире, потом здесь. Хорошо, что прежняя жизнь является ему лишь во снах. Последние годы всё чаще, но он смирился. Призраки прошлого всегда витают вокруг таких как он. Чтобы не говорили зазнавшиеся Лорды, он видит их насквозь. Здесь они гости, такие же, как и он сам, пусть предпочитают молчать об этом, но правду не скроешь.
Да, наверное, именно в этом его главное отличие от многих. Он хочет вернуть долг. Даже не так, он помнит о нём, в отличие от них. Сколько бы ни прожил здесь, чего бы ни добился и скольких бы не спас – он гость в Старсии, а Нигма лишь средство!
Шесть векторов взорвались мириадами золотых искр. Яркими светлячками зависли вокруг стоящего на одном колене воина. Медленно разгораясь и становясь ярче, поплыли вперёд. Птица-переросток почуяла опасность, отвлеклась от застрявшего в боку копья и подняла морду. Затёкший глаз остановился на плывущем облаке огней. Резко расширившийся зрачок, сузился до точки. Раскрыв клюв, птица-гигант исторгла громогласный клёкот и выпустила синий луч.
Чудовищная мощь, исторгнутая из самых потаённых глубин Низшего слуги, собралась в великолепный конструкт, но… на его беду, было одно но. Встретившись с первыми огоньками, луч задул их, как тушит свечи служка после молебна. Но чем дальше, тем сильнее тормозил конструкт. Прямо на глазу Низшего слуги его творение начало распадаться на составные части, пока не исчезло совсем, обратившись лёгкой сизой дымкой.
Половина. Ровно половина огней было потушено проклятым лучом великана. Чувствуя, как магия крови вытягивает из него все силы, старый воин сохранял над ней контроль, продолжая напитывать Нигмой, и улыбался. Капитан бастиона Восточный улыбался, глядя в лицо врагу. Тому, кто убил столько хороших людей, разрушил его дом и навис тенью войны над Империей, но так и не смог убить его самого.
– В этом мире достаточно гостей, тварёнышь! – цедил сквозь усмешку старик, пока гигантская бестия пятилась от него бешено вертя головой. Она боялась, он ясно видел это в поведении, в неуверенных шагах отступления, в дёргающемся глазе, дрожащей шкуре и клочьях шерсти, чудом сохранившимся на теле.
– Если и была причина, то это она, – мелкие огоньки вздрогнули, резко увеличиваясь в размере. Краткий миг и перед Пробудившимся висят десятки огненных шаров светло жёлтого цвета. Их яркого света хватило, чтобы осветить весь двор. Руины отбросили длинные тени, а в небо устремился луч летнего света, будто взошло второе солнце.
– Я не пущу в Старсию не одного ублюдка вроде тебя, – грустная улыбка сменилась жестоким оскалом. – Сдохни!
Огненные шары устремились в полёт, бомбардировав тушу отродья Бездны. Взрыв сменялся взрывом. Вспышка переходила в треск, вой и визг, лишь для того чтобы закончится очередным взрывом и так по кругу.
Три долгие секунды Низший слуга сопротивлялся магии капитана бастиона Восточного. Три яркие секунды, бегущие из деревни люди стояли, вскинув головы, и смотрели на удивительный луч света, бьющий ввысь. Три секунды, что должны были существовать, старик в серой мантии наблюдал за феерией доблести, пламени и света, стоя у края дороги и опираясь на корявый посох. Отведя взгляд, прикрыл глаза и кивнул собственным мыслям. Теперь всё будет как должно. Его вмешательство более не требуется. Дети разберутся сами.
***
Верус не останавливался ни на миг. Сорвавшись с места на поляне, чёрным вороном пролетел через лес, миновал деревню и, оказавшись на тракте, устремился к бастиону. Молодой Пробудившийся видел длинные столбы дыма, закручивающиеся змеями в вышине, и зарево пожара над крепостью. От того лишь сильнее напрягал переполненное Нигмой тело, набирая скорость с каждым шагом.
Восточный полыхал. Из деревни, прилегающей к нему, тянулись колоны бегущих людей. Протяжённые щупальца серых, безликих масс будущих бездомных и обездоленных, что хотели жить, а потому бежали. Кое-кто скакал на лошадях, виднелись и солдаты, но мало… слишком мало, что не могло не тревожить ум.
Случилось что-то страшное, но что хуже где-то там была Джулия. Раненая во время охоты на разбойника Кого, она просто не смогла бы сражаться в полную силу, не помогли бы и камни Скверны, что обязана была носить с собой как раз на такой случай.
Вот только она бы не сбежала. Нет, слишком горда, чтобы поступить так, когда столько жителей Империи нуждаются в её защите. Верус знал это, чувствовал сердцем