Медиатор Империи. Том 1 - Евгений Неволин

Его грубоватое лицо ни разу не было интеллигентное, да и взгляд у него оказался чересчур цепким, пронизывающим насквозь. Он прошел вперед, громко цокая каблуками по асфальту, остановился впереди своих людей, не спеша вынул из портсигара сигарету и прикурил, прикрывая огонек ладонью от ветра. В это время я быстро окинул взглядом еще двоих людей, стоящих рядом с ним, помимо уже знакомого Алексея. Какой-то болезненно худой мужик с темными синяками под ввалившимися глазами, одет он тоже в черное пальто, но заметно похуже качеством и поношенное, да и сам он был похож на обедневшего аристократа. И второй был чем-то похож на Алексея — такая же гора мышц и широкий разворот плеч, но без характерного тупого выражения на лице, что делало его куда более опасным противником.

— Порой люди наивно полагают, будто играют с козырями на руках, — голос мужчины был суховатым, изрядно прокуренным и немного хрипловатым, с какими-то свистящими нотками. Казалось, что говорит он слегка сквозь зубы и процеживаеи слова, словно ему неприятно само общение. — Будто бы они полностью контролируют ситуацию вокруг себя. Что ж, весьма печально, что мы потеряли сегодня семерых хороших людей, однако каким-то чудом груз заказчика всё же был спасен. — Он замолчал и глубоко затянулся, глядя мне прямо в глаза сквозь медленно струящийся сизый дым.

— Рад, что со мной хотя бы говорят, а не стреляют, — я растянул губы в улыбке, положил большие пальцы за пояс и бросил короткий взгляд на грузовики. Повернулся обратно к главному и задумчиво добавил: — Погибших, увы, уже никак не вернуть, однако такова уж эта жизнь, не так ли? Полная случайностей и непредвиденных обстоятельств.

На мой философский вопрос собеседник отреагировал лишь многозначительным молчанием и наклонил немного вбок голову, чтобы дым от сигареты не резал глаза. Тишина повисла такая, что стало слышно, как звучат сверчки в кустах.

— Кхм… Неужели в моих руках оказались вовсе не козыри, как я думал? — пройдя из стороны в сторону перед ним, я все-таки мысленно пожалел, что не повесил на пояс хотя бы пистолет, он бы придал мне сейчас чуть больше уверенности в себе. Я сложил руки на груди и задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку. — Уверен, следующий конвой будет охраняться уже куда лучше, чем этот. Но этот конкретный груз я и не думал прятать у себя в кармане. Не хочу говорить о себе в третьем лице, это глупо, однако этот вот парень, — я ткнул себя в грудь большим пальцем для наглядности, — смог провернуть всё в одиночку, без чьей-либо помощи. Твой человек, что лежит сейчас на дороге, зря решил угрожать тем единственным, кто чаще всего проезжает тут по ночам. А значит, вина за перестрелку лежит полностью на них.

Мужчина явно не торопился с ответом. Я слишком хорошо знал этот психологический прием — когда вот так специально выжидаешь несколько долгих секунд, собеседник начинает чувствовать себя крайне неуютно и обязательно попытается заполнить неловкую паузу хоть чем-нибудь. Я сам много раз успешно проворачивал такое со знакомыми и друзьями в прошлой жизни, и сейчас отчетливо ощущал на собственной шкуре ту же самую тактику.

Захотелось что-то срочно спросить, добавить, заполнить тишину словами, хотелось начать оправдываться или пытаться лихорадочно доказывать свою значимость. Но нет, я лишь растянул губы в наглой, самоуверенной улыбке, хотя в моих глазах сейчас отражалось напряжение и собранность. Мужчина пыхнул вверх новой порцией дыма, и уголки его тонких губ едва заметно вверх дернулись на миллиметр.

— Везение… это удел дураков и глупцов, кому не… хм, не повезло с ним познакомиться слишком рано, — он небрежно указал сигаретой на один из грузовиков, и на одном из его пальцев бросил тусклый блик тяжелый серебряный перстень с каким-то гербом. — На каждом грузовике есть по скрытому маячку, на всякий случай. Куда ты вообще думал спрятать весь этот огромный груз, а? — он криво ухмыльнулся, прошел несколько медленных, размеренных шагов вперед, снова выдерживая паузу. — Заставил уважаемых людей понервничать и побегать. Разозлил тех, кого злить не следовало бы. — он снова замолчал, будто намеренно давая мне возможность снова начать оправдываться.

Алексей стоял чуть поодаль с откровенно скучающим видом, свое оружие он уже опустил стволом вниз, но пара его товарищей оружие так и не опустили, и оно по-прежнему было направлено прямо в мою сторону.

— У меня такое впечатление, будто ты со мной сейчас торгуешься о чем-то, — догадался я наконец об истинной причине такого долгого и осторожного подхода, и мужчина улыбнулся чуть шире, показав желтоватые от табака зубы.

— В ходе сегодняшней неприятной стычки один грузовик был, увы, безвозвратно утерян. Верно? Иначе это всё будет выглядеть фарсом. — он пыхнул в воздух еще раз, смотря на меня с едва заметной полуулыбкой. Его люди тут же переглянулись между собой, и тот, что был в поношенном пальто, первым подал свой нервный голос:

— Мы что, просто так его отпустим после всего? — его вопрос был демонстративно проигнорирован всеми присутствующими, Алексей только молча покачал головой из стороны в сторону, будто бы даже он, со своим скудным умишком, понял куда больше остальных.

— Если кто-то узнает, что нас грабят одиночки, проблем будет… — Проворчал здоровяк, голос его оказался хрипловатым баритоном.

В словах больше не было никакого смысла, потому я молча повернулся к дальнему грузовику и запустил в него сразу два заклинания с раскрытых ладоней. Мужчина одобрительно хмыкнул, глядя на меня с новым выражением интереса, но комментировать вслух ничего не стал. Пламя Снежков, как я про себя решил назвать свои боевые творения, жадно поглотило кузов и кабину многотонной фуры, заставив металл стонать и трескаться.

Бандиты смотрели на это завораживающее зрелище выжидающе, но в глазах второго здоровяка я заметил немой вопрос — ему явно хотелось увидеть и весь мой арсенал заклинаний. Я же старательно делал вид, что просто не хочу демонстрировать ничего другого, и продолжал методично расстреливать грузовик своими Снежками. От лютого мороза металл начал громко хрустеть и трескаться, пока не начал осыпаться на асфальт мелким ледяным крошевом. Кабина ощутимо просела, ходовая часть с треском ушла вниз, и многотонная фура просто села на брюхо, превращаясь в груду бесполезного, замороженного хлама.

— Полагаю, сам груз тоже должен куда-то… исчезнуть? — утвердительно спросил я, на что мужик лишь равнодушно пожал плечами и коротко кивнул второму здоровяку:

— Иди за руль, Глеб, ты поведешь, — он