Академия Равессар - Ксения Кано

Дариан пересёк дальнюю линию. Свет мигнул.

Сайлас прошёл следом.

Я уже собиралась спросить Эрвина о книге, когда впереди с грохотом опустилась решётка.

Дариан обернулся.

Сайлас успел отступить, и тяжёлые прутья ударили в камень перед его сапогами.

Мы остановились.

— Не идите дальше, — сказал Эрвин.

За спиной лязгнул металл.

Вторая решётка перекрыла вход.

Эннар развернулся к ней, взялся за прутья.

— Здесь тоже перекрыло.

У меня похолодели пальцы.

Сайлас просунул руку между прутьями снаружи.

— Ничего не трогайте. Мы позовём…

Над решёткой вспыхнуло красное сияние.

Он отдёрнул руку.

Тонкий свет прошёл по полу, поднялся по стенам, соединяя вмурованные пластины. Воздух загудел.

— От решётки! — крикнул Дариан.

Первая вспышка ударила в то место, где стоял Эрвин.

Он толкнул меня в сторону.

Я врезалась плечом в стену. Камень за спиной раскололся, брызнув острой крошкой.

Торен выронил книгу и поднял руки.

Перед нами раскрылся щит.

Вторая вспышка ударила в него и расползлась по поверхности белыми жилками.

— Это не блокировка, — выдохнул он.

Над входом раздвинулась узкая крышка.

Я увидела внутри поворотную металлическую оправу.

Она медленно повернулась к нам.

— Вниз!

Эннар схватил меня за куртку.

Мы упали за выступ у основания колонны. Над головой прошёл режущий свет, оставив в стене длинную борозду.

Торен отступал к нам, удерживая щит. С каждым ударом его руки вздрагивали.

— Оно нас отслеживает!

Эрвин бросил сумку в сторону.

Оправа даже не повернулась.

Следующий удар пришёлся в щит напротив груди Торена.

Его отбросило на шаг.

За решёткой кричали близнецы. Сайлас бил по наружной пластине, Дариан уже исчез из поля зрения.

Я потянулась к силе.

Браслеты ответили резкой болью.

Ничего.

Ни привычного отклика, ни возможности хотя бы поддержать чужую защиту.

Торен стоял передо мной, открыто используя дар, и никого не волновал запрет.

Я не могла сделать даже этого.

У дальней стены вспыхнула вторая оправа.

— Сбоку! — крикнул Эрвин.

Эннар резко развернулся.

Каменная плита у наших ног поднялась ребром, ломаясь по шву. Удар пришёлся в неё. Обломки осыпали волосы, щёку обожгло.

Эннар прижал ладонь к полу.

Второй участок камня вздулся, образуя низкую преграду.

— Надолго не хватит, — сказал он сквозь зубы.

Торен подошёл ближе, закрывая оставшийся просвет щитом.

Нам пришлось сгрудиться между стеной и поднятыми плитами.

Впереди решётка. Позади решётка.

Наверху медленно поворачивалась оправа.

Я знала это чувство.

Дверь в отцовском кабинете не открывалась.

Я дёргала ручку, хотя уже понимала, что дело не в замке.

Дверь была заблокирована кем-то снаружи.

Мать стояла между мной и входом из галереи. Её рукав был разорван, волосы выбились из заколок.

— Отойди от двери.

Я не слушалась.

Отец лежал возле стола.

Ещё несколько мгновений назад он стоял. Я видела, как поднялась его рука, как вспыхнула защита, и была уверена, что теперь всё закончится.

Потом что-то ударило в свет.

Он повернулся ко мне — словно хотел сказать, куда бежать.

Не успел.

Я видела кровь на полу, но не могла соединить её с ним.

Отец не мог лежать так.

— Посмотри на меня, — сказала мать.

Я повернулась.

Она обхватила моё лицо ладонями.

— Сейчас ты пойдёшь за мной. Что бы ни произошло, не останавливайся.

— Папа…

Её пальцы дрогнули.

За спиной снова ударили в защиту.

Камень раскололся у самого уха.

Я дёрнулась.

Эрвин держал меня за плечо.

— Ния. Смотри сюда.

Я видела его рот, но голос будто приходил издалека.

Торен ругнулся.

Щит перед нами потемнел в центре.

— Не выдержу ещё один такой.

Снаружи ударили по решётке. По прутьям пробежали искры.

— Назад от середины! — крикнул Сайлас.

Он был там.

По другую сторону.

Почему он там, а мы здесь?

Я подняла голову.

Оправа над входом повернулась.

Эннар толкнул меня вниз.

Его локоть ударил по ключице, и я упала на бок. Вспышка прошла через верхний край щита.

Торен закричал.

Сначала я увидела руку.

Он прижимал её к плечу, пытаясь закрыть рану, из которой кровь выходила слишком быстро. Защитное поле смялось и исчезло.

Эннар подхватил его прежде, чем тот упал на меня.

— Держи!

Эрвин потянул Торена за ворот в укрытие.

Я оказалась возле его ног.

Ткань на груди расползалась тёмным.

Кровь попала мне на пальцы.

Я смотрела на неё.

Нужно было прижать.

Я знала.

Найти ткань. Зажать рану. Не дать ему двигаться.

Мама тоже пыталась закрыть кровь ладонью.

Она упала на колени возле боковой двери.

Мы почти дошли.

Я помнила это «почти» лучше самой дороги.

Её рука соскользнула с моего плеча. Я обернулась, не понимая, почему она остановилась.

На светлой ткани под рёбрами растекалось пятно.

Мама посмотрела вниз — удивлённо, словно испорченная одежда была единственной неприятностью.

Потом подняла глаза на меня.

— Иди.

Я опустилась рядом.

— Я помогу.

Сила не складывалась.

Я звала её, пыталась удержать, но всё рассыпалось