Старая нищенка - Александра Александровна Сергеева

– Суди тебя бог, – одними губами прокляла старая нищенка паршивца оборотня.

– Бардадым! – в азарте покрыл шестёрку королём Медный лоб.

Дубовое кресло с грохотом улетело прочь. Акун Гора в мгновение ока подскочил и облачился в огненный доспех. Тина вдруг очутилась вместе с креслом в самом дальнем углу просторных покоев. Даже не почувствовала, какая сила её туда перенесла.

Вылетевший из карты трёхглавый пёс был размером с быка. В каждую раззявленную пасть старую нищенку можно запихнуть целиком. Пустые белые глаза светятся. И эта туша всей своей массой ударила в высокий щит, полыхающий огнём. Которым, стоя вполоборота, успел прикрыться отчаянный варяг. Он лишь слегка пошатнулся, налегая на щит левым плечом. И рыча бешеным зверем.

Обжигаясь и воя от боли, пёс продолжал напирать, норовя откусить врагу голову. Меч с тошнотворным хрустом вошёл в среднюю пасть. Острое навершие шлема вонзилось в шею правой башки. Левая не могла дотянуться до врага и раскатисто выла, брызжа слюной.

Правая голова с трудом соскочила с острия шлема – за это время аркуд сменил меч на топор и дважды хряснул им по средней башке. На закуску разок словила и левая. Пёс тяжко неуклюже отпрянул, сотрясая стены оглушительным визгливым рёвом. Отскочил назад – чуть ли не под ноги Тины. Его полоска жизни просела на четверть.

Чудовище встряхнулось, готовясь к новому прыжку. Но тут его правая башка обернулась к оторопевшей Тине. Нешто на коленях старой нищенки приподнял головёнку и шевельнул куцым ухом.

– Бе-е-е-е-е, – лениво проблеял он, зевнул и снова улёгся.

Этого хватило, чтобы адский пёс забыл о существовании посторонних. Он бросился на врага, что дразнил его, крутя огромным мечом будто хворостиной. Проводив глазами вихляющуюся задницу с раздвоенным хвостом, Тина спросила:

– Ич, а почему Медный лоб никак не реагирует на потерю удачи? Я, как-никак, десять пунктов отняла. А ему хоть бы хны. Как заговорённый.

– Мяв, – презрительно вякнул маленький паршивец и демонстративно закрыл мордаху всеми шестью руками.

Варяг тем временем устроил корриду. Раза три молниеносно уворачивался от несущегося на него пса. А вдогонку отвешивал тому пинка пылающим сапогом – каждый пинок отнимал по сотне хитов собачьей жизни. Делать ему паршивцу нечего – напряжённо следила за поединком Тина. Всё никак не наиграется. Трёхглавая тварь триста пятидесятого уровня, хаю триста двадцать восьмого не соперник: прикончит в два счёта. Особенно в таких доспехах. Даже не беря в расчёт все предметы на увеличение характеристик, умений и прочего. Уж этого добра у кланлида должно быть понапихано везде. Но мы лёгких путей не ищем.

Акун Гора принял на щит очередной удар… заметно подросшей туши. И упёрся покрепче ногами, удерживая тварь. А топором кромсал сразу две лязгающие над головой морды. Наконец, он выбил ещё две четверти хитов жизни подранка. Просело и его собственное здоровье. Тина опомнилась и бросила на внука лечение. Глянула на ополовиненную полоску маны и заполнила её до краёв. Лишь с медленно убывающей бодростью ей ничего не поделать.

Варяг поднатужился и пихнул пса щитом. Назад не откинул, но отвоевал чуток свободного пространства. Огромный щит в секунду сменился на другой: небольшой, круглый, весь утыканный длинными шипами. И тут Акун Гора принялся лупить по искромсанным мордам поочерёдно щитом и топором. С невероятной быстротой и ловкостью. С громоподобным рычанием. Не позволяя ни одной пасти даже коснуться себя.

С каждым шагом опытный варяг всё напирал и напирал на отступающую тварь.  Притиснул её к столу – тот даже не дрогнул, словно рос прямо из земли. Наконец, аркуд на мгновение отступил, сменив малый щит на прежний большой. И одновременно потонув в синей ауре, при взгляде на которую наворачивались слёзы. Оглушительно рыкнув, Акун Гора всем телом ударил в подранка. Опрокинул того на стол, прижал щитом, навалился сверху.

Надо же – расслабилась Тина, мостясь поудобней – а она и не заметила, как Митенька стал, что называется, матёрым мужиком. Когда успел? Заканчивал бы уже быстрей: от нестерпимого шума раскалывалась голова. Зато на хозяина дома любо-дорого посмотреть.

Поначалу-то поганец аж подпрыгивал в кресле, с нетерпением ожидая желанной развязки. Потом скуксился, досадливо дёргая себя за жидкую бородёнку. А когда на стол грохнулась призванная им тварь, в мгновение ока отважно юркнул под стол. И закрылся какой-то оранжево посверкивающей аурой.

  Митюша рубил одну голову распластанного пса за другой. Тина отвернулась. Зрелище омерзительное – пускай это всего лишь игра. Пускай тут всё не взаправду, собственным ощущениям этого не объяснить.

Наконец, безобразная бойня закончилась. Тина нехотя посмотрела на место схватки и чуть не выругалась. Картёжники сидели на своём месте, как ни в чём не бывало. Вся сметённая на пол посуда, все разбросанные по полу раздавленные яства пропали. В покоях чистота, тишь да благодать. Митенька в одной рубахе. И преспокойно глядит на того, кто буквально только что пытался его убить. Словно Тине это всё привиделось.

– Заходи, – напомнил гость, чей настал черёд, и опрокинул в себя сразу три склянки зелья.

– Семёрка! – лихо хлопнул по столу Медный лоб.

– Глаза протри, – с ядовитой усмешечкой предложил аркуд.

Хозяин глянул на свою собственную карту и обалдел.

– Козырная восьмёрка, – с дичайшим удовольствием прокомментировал Митенька. – Бить нечем. Забираю.

Медный лоб внимательно осмотрел следующую карту, прежде чем выбросить её на стол:

– Семёрка!

– Козырная девятка, – зевнув, возразил Митенька. – Забираю.

Хозяин проводил козырь-перевёртыш наливающимися кровью глазами.

– Даже не думай, – ласково предупредил Акун Гора. – Башку снесу.

– Рылом не вышел! – прохрипел Медный лоб, сминая в руке карты.

– Возможно, – легко согласился кланлид велетов. – Зато могу дать наводку своим ребятам. Они свалятся сюда через несколько секунд. А это время я продержусь.

– Твоя работа?! – обернувшись, прорычал волк, уставившись на безмятежно посапывающего Нешто.

Не открывая глаз, тот помахал оборотню спаниелевым ухом:

– Карр!

– Смеяться надо мной?!.. Аоу-у-у!

И волк без сил шлёпнулся на хвост. Медные когти пробороздили массивные подлокотники кресла.

– Ну, зачем же так убиваться? – примирительно пробормотала Тина. – Серьёзный мужчина, а ведёшь себя, как вздорный мальчишка.

Волк медленно повернул к ней голову, выпучившись на старую нищенку, как на что-то невиданное.

– Что ты, в самом деле, так упираешься? – продолжила урезонивать его Тина. – Всё равно будет так, как предначертано. И предначертано нам. Что уж тут впустую выкаблучиваться? Зарубят