Душа человека. Том 1 - Анхель Блэк

– А если на улице стража? – спросил я.

– Будем надеяться, что они все еще заняты у Дворца Парламента, – ответил Стью.

Возможно, стража просто совершала обход и не заметила нас, поэтому они не спешили заходить в дом, прохаживаясь по внутреннему дворику. Но мы не стали проверять свои догадки, чтобы не терять времени.

– Быстрее, – шепнул вполоборота Джон, когда мы с Мэри замешкались на лестнице.

Нас снова встретила знакомая квартира владельца магазина. Стью и Уолтер прошли в гостиную, осторожно заглядывая в окна.

– Чисто, – прокомментировал обстановку командир, принявшись за щеколды на рамах. – Уолт, идешь ты, потом Джон, потом ловите Мэри, а затем спрыгнем мы.

Никто не спорил. Уолтер и Джон выбрались наружу без происшествий, и я было уже поверил в то, что наша удача к нам вернулась, но как только следом за ними с крыши спрыгнула Мэри, раздалось два выстрела. Их грохот пронесся эхом между стенами домов, заставляя сердце подскочить к самому горлу и мешая дышать.

– Именем Императора Морвина, вы аре… – договорить не успели, новый выстрел заставил человека захлебнуться словами.

Сверху мы не видели, что происходит в переулке. Стюарт зацепился за край крыши, свесился и спрыгнул. Он легко приземлился на ноги и увидел, что на звуки борьбы к площади мчится еще один патруль, и едет автомобиль.

– Быстрее! Слезай! – крикнул мне Стюарт.

Он вскинул револьвер и пальнул в стражников.

От паники я забыл про осторожность и, в отличие от своих товарищей, просто прыгнул вниз и чуть не взревел, когда левую ногу обожгло острой болью. Стюарт подхватил меня под локоть и рывком поднял с земли. Я вскрикнул, настолько было больно, и понял, что не смогу сделать даже шаг.

– Стью! Надо валить. – К нам подбежал Уолтер.

– Идти можешь? – Стюарт понял, что упал я крайне скверно.

– Нет, кажется, нет. – Каждая попытка поставить ногу и опереться на нее давала понять, что убежать я не смогу, и это место станет моим концом.

– Стью! – повысил голос Уолтер.

Патруль приближался, стражники кричали и собирались стрелять.

– Мы отобьемся. Их не так много, – сказал Стью.

Он уже хотел дать распоряжения, но тут мы все увидели черный автомобиль. Его корпус казался каким-то нереально блестящим, отполированным до зеркального блеска. Сначала я подумал, что это новое изобретение, о разработке которого еще весной писали теольские газеты и научные журналы. В сентябре, приехав на новый учебный год в университет, студенты технических факультетов говорили, что на автомобильном заводе братьев Кэрвилл уже начали собирать первые модели – машины, приводимые в движение Гармонией. Здесь же вместо голубого сияния сквозь решетку радиатора сочилось что-то черное и пугающее, будто в двигателе случилась поломка, но я понял, что это не дым, а черная энергия.

– Кто-то из важных шишек. Стью, надо бежать, – настаивал Уолтер. – Он сам виноват, что считал ворон.

– Нет! – рявкнул Стюарт.

– Уолтер прав, – наконец я принял для себя решение. – Уходите.

– Нет. Мы не бросаем…

– Уходите!!! – Я закричал, желая, чтобы они действительно ушли и чтобы я не успел достаточно испугаться. Отвернулся, глядя на стражников.

Мои товарищи побежали. За спиной я слышал голос Мэри. И чем громче она кричала, тем сильнее мои пальцы сжимали револьвер.

Последний раз я стрелял в университете на занятиях по обязательной военной подготовке. Получил выговор за то, что мои пальцы слишком изнежены музыкальными инструментами. Но тогда я и представить не мог, что мне придется стрелять по-настоящему, в людей, пусть и в тех, кого сильно ненавидел. Они предали свою страну, убивали мирных граждан, и им было все равно, кто перед ними. Поборов в себе последние сомнения, смирившись с судьбой, вскинул револьвер и выстрелил.

Промазал.

Пуля ушла куда-то вправо, но сдаваться я не собирался. Машина и люди приближались. Я прицелился еще раз, постарался унять трясущиеся руки, нажал на курок. Один из стражников закричал, повалившись на тротуар. Рядом с ним остановились двое других, пытаясь помочь. Еще несколько встали и начали готовить ружья, но пока не стреляли. Я нажал на курок еще раз, и удача решила улыбнуться мне перед смертью.

Они были уже близко. Из-за страха я не смог их сосчитать, выстрелил последний раз – попал.

– Бросай оружие! Именем Императора!

Мне казалось, что их было десятки и меня зажимают в полукруг. Они смотрели на меня, а я видел перед собой лица людей, убивших мою семью. Я ощутил холод спиной, вздрогнул. Оказалось, что вжался в стену дома, и только это позволило устоять на ногах. Лодыжка горела огнем боли и пульсировала. Перед глазами все смешалось до серо-белых, красных пятен: снег, улица, лица стражников.

– Именем Императора, назови свое имя!

Я молчал. Звуки голосов доносились будто из-под толщи воды. Страшно. Мне было суждено умереть из-за магазина с продуктами. Глупо бежать от судьбы.

– Назови свое имя, или я прикажу открыть огонь!

Я отыскал взглядом стражника, который говорил. Мужчина средних лет с погонами сержанта на плечах. В его глазах не было страха, лишь решимость и уверенность в своих действиях.

– Последний раз приказываю. Назови свое имя, или мы открываем огонь.

Я продолжал молчать, сжимая в руках револьвер и глядя на них. Страх пересилил все мыслимые и немыслимые границы в сознании. Казалось, это все не по-настоящему. Так не бывает в развитом обществе, чтобы средь бела дня в центре столицы убивали мирных граждан.

Так не бывает…

Сержант поднял руку, готовясь отдать приказ. Я зажмурился, и по щекам потекли горячие слезы, обжигая замерзшую кожу. Я ничего не мог изменить и не смог отомстить за семью.

– Не стрелять! – новый голос прорезал шквал мыслей в моей голове и криков стражников.

Напевный, мягкий, я бы сказал, бархатный. Открыв глаза, увидел мужчину в круглых темных очках, темном пальто и с такими же темными короткими волосами, уложенными воском, чтобы ни одна волосинка не позволила себе торчать над прической. Он шел от черного автомобиля, и стражники расступались перед ним.

Кто-то из аристократов? Или новый член парламента? Важная шишка, вспомнились слова Уолтера, раз разъезжает на таких изобретениях.

– Опустить оружие! – приказал незнакомец, и стражи подчинились.

Он прошел вперед, остановившись напротив меня, и уставился на мою ногу. Из-за очков я не мог знать, куда точно устремлен его взор, но понял, что не ошибся, по движению головы.

– Какая неудача, правда? – спросил он у меня.

Я смотрел, пытаясь понять, что в нем так настораживает. Хотелось выстрелить, броситься на него с голыми руками, если придется.

– Так-так, – мужчина улыбнулся, обнажая ровные белые зубы. – Ты немой? Или глухой?

Он