Замок над морем - Галина Дмитриевна Гончарова

Или можно будет попробовать?

Обдумаем потом.

– Хорошо, монтьер, что вы позволили мне ехать в карете одной. Эта глупышка так утомляет своей болтовней.

Таламир мурлыкнул что-то неразборчивое.

– Она восхищается вами. Монтьер, вы герой девичьих грез…

Мужчина перевернулся на спину и опять сграбастал жену в охапку. Кажется, она немного перестаралась с массажем…

* * *

Алаис лежала, смотрела в стену и обдумывала свой план. И складывался он все четче и яснее. Да, именно так она и поступит. Сбежит, как можно скорее…

Прости, дорогой супруг, мне тебя жаль, но себя – больше. А с кем размножиться, ты всегда найдешь.

Семейство Даверт

Эрико Даверт ехал домой.

Ему было грустно, ничего не хотелось, да и на душе кошки скребли.

Домой…

Отец…

Сочетание этих двух слов ввергало в откровенную тоску. Эттан Даверт наводил на Эрико не просто ужас – нечто неописуемое. Эрико дико завидовал брату, который не просто понимал отца, а поддерживал и мог найти с ним общий язык. Сам же Эрико под хищным взглядом Эттана чувствовал себя просто ничтожеством. Слизняком, неясно зачем спустившимся с капустного листа. Слизняком, которого сейчас раздавят ногой с особым цинизмом и жестокостью.

Эрико завидовал и Лусии – единственная девочка в семье, к ней особое отношение. И даже Родригу.

Средний из братьев был человеком непрошибаемым в силу природной дубоватости. Не дурак, но некие тонкие струны души в нем попросту отсутствовали. Если на его глазах блестели слезы, значит, он ел лук. Или прищемил палец дверью. И точка.

Эрико мог восхищаться женской красотой – от Родригу не дождаться больше чем «Шикарные титьки!» или «Какая задница!». Нечто вдохновенное ему недоступно, а потому хорошего воина из него не получилось. Тупо повторять за Луисом рисунок боя он способен, сымпровизировать – нет. Торговец? Да тем более.

Как выразился Эттан – таким Ардену и служить. Исполнительный, туповатый, не стремящийся на первые роли… Родригу решил, что это комплимент, и закивал. Эттан только головой покачал, но что тут скажешь?

Иронии Родригу тоже не понимал. Она лежала за пределами его разума.

А вот Эрико приходилось плохо. Он страдал.

Родригу никто не нужен. Лу опекает мать, Луиса любит – ну, как может, но все же любит отец, а он один. Совсем один…

И Эрико искал тепла где мог. Например, по женским постелям – количество сердец, разбитых им, не поддавалось точным подсчетам. Сотня?

Три сотни?

Какая разница! Это все равно не заменит семейного тепла!

Вот сейчас он доедет домой, отчитается перед отцом – хотя сегодня все не так плохо. Вложения в корабль «Синяя чайка» принесли неплохую прибыль. Он ходил в Рандею и вернулся домой с грузом шкур. Теперь надо обдумать, что лучше – продать по себестоимости как шкуры или потратиться, договориться с меховщиками и пошить из них что-либо для благородных дам? Во втором случае доход будет больше, но и ждать его придется дольше, а вот что важнее сейчас отцу?

Количество денег или их оборот?

Если количество, то лучше подождать. Если наиболее быстрый оборот, то Эрико пустит меха в продажу.

Но кое-что оставит себе. Там есть такие соболя – просто нечто! На подарки любовницам вполне подойдут – не свои же деньги на них расходовать? А чуть-чуть от отца отщипнуть – авось не обеднеет!

Мысли лениво текли, когда дверь дома распахнулась – и почти под копыта коня Эрико бросилась прехорошенькая девушка.

– Помогите!!! Умоляю!!!

Эрико присмотрелся.

Девушка и впрямь была очаровательна. Золотые волосы, синие глаза, невинное свежее личико, алые губки… только вот голубенькое платье разорвано так, что видна нежная кожа груди, а на руке виднеются синяки.

– А ну стой! Ты куда, дрянь такая?!

Вслед за девушкой из двери вылетел здоровущий расхристанный мужик. Эрико невольно тронул лошадь так, чтобы она заслонила незнакомку.

– В чем дело, любезнейший?

Мужик сделал шаг, другой…

– А тебе чего надо, парень?! А ну проваливай! Моя дочь – я ее уму-разуму учить и буду!

– Прошу вас, монтьер!

В стремя вцепились тонкие пальцы. Синие глаза взглянули с такой мольбой, что у Эрико захолонуло сердце.

– Ты чего дочь бьешь, а?

– Мое то дело…

– Отец, умоляю! Не вынуждайте меня выходить замуж за Фереса! Он старый! Он страшный! У него дети старше меня!

– Молчи, дура! Кому ты еще нужна – без приданого!

Эрико все стало ясно.

Подлое сословие, что тут еще скажешь? Папаша присмотрел дочке жениха, как водится повыгоднее, а что малышке не нужен старый пень в три раза старше ее, даже и не подумал. Дочка принялась умолять, папаша взялся за розгу, ну а та метнулась на улицу.

Помочь, что ли?

Эрико оценивающим взглядом осмотрел девушку.

А хороша…

Просто восхитительно хороша! Пожалуй, на такую не жалко и денег потратить, не только время. На Яблочной улице стоит домик, в котором он давно селит своих пассий. Пора крошке Жанне отправляться обратно в деревню, а ее место займет эта малышка.

– А хоть бы и мне? – обронил Эрико.

Мужик его не слушал.

С недоброй гримасой он надвигался на девушку, и в руке его поблескивал ремень с пряжкой. Кажется, им и учили жизни малышку. Эрико облизнулся.

Это тоже можно будет попробовать – ему нравилось, когда женщина связана и беспомощна, нравилось ощущение своей власти над ней, нравилось, что только он может подарить боль или наслаждение…

Интересно, какова синеглазка в страсти? Стонет она или кричит, как смотрит, как стискивает мужские плечи… каждая женщина была для Эрико открытием, которое не могло надоесть. Какое-то время – точно. А там подворачивалась новая девушка и новое открытие.

Но это потом, а сейчас…

– Прочь пошел!

Эрико от души огрел мужика плеткой. Тот аж ахнул от неожиданности и выпустил девушку, которая уже не цеплялась за стремя, а просто смотрела на Эрико громадными глазами.

– Тьер, за что?!

– А ну пусти ее…

От неожиданности мужик разжал руки. Эрико наклонился с коня к очаровательнице и мягко спросил:

– Ты поедешь со мной?

Девушка прислушалась к его словам. Словно не понимая, о чем он говорит. Склонила головку, став при этом невероятно милой.

– Монтьер?

– Ты поедешь со мной? Я небогат, но крышу над головой тебе предложить могу. Все лучше, чем замуж за старого урода.

Синие глаза блеснули.

– Да, монтьер!

Эрико протянул руку. На его запястье сжались тонкие пальчики, и он одним движением поднял девушку в седло. Вот так…

К нему прижалось гибкое тело, под тонкой тканью вздымалась и опадала пышная