Кассандра Дженкинс - Оковы Древнего Н-Зота
— Грим-Батол был вашим домом долгие годы. Вы видите, во что превратилась крепость. Вы можете жить здесь сами по себе, но можете покинуть ее вместе со мной. Сумеречные драконы чувствуют магию немного хуже, чем синие, но гораздо лучше остальных драконов Азерота. Вы можете стать членами Синей стаи и обрести новый дом. Им станет Нексус.
Их лидер сомневался, Калесгос это хорошо видел. Он не получил отказ сразу же, что говорило в пользу этого одноглазого дракона. Он всерьез озабочен участью своих драконов. Нетерпеливо перебирали крыльями остальные, поглядывая то на Калесгоса, то на лидера.
— Меня зовут Эйерус, — наконец сказал сумеречный дракон.
Но сам Грим-Батол не дал ему озвучить принятое решение. Камни заскрежетали под ногами Калесгоса. Вместе с остальными драконами он тут же поднялся в воздух, растерянно озираясь по сторонам. Каменная кладка пола дрожала, в считанные секунды ее исполосовали трещины, и камни рухнули вниз, во тьму.
Калесгос ощутил жажду магии. Потустороннюю, чужую, инородную жажду. Она исходила снизу, оттуда, куда рушились и сползали камни, и эта сила поднималась, стремилась к нему. Магия Калесгоса пробудила его, раздразнила веками сдерживаемый голод.
Вот куда делись все твари, внезапно понял Калесгос, убрались подобру-поздорову, едва ощутив Аспекта Магии. Трещины бежали все выше. Накренилась одна из стен, за которой бушевали пожары. Обрушились вниз деревянные перекрытия и разлетелись искрами горящие полотна стягов с молотом и драконьими крыльями в центре. Обвалился обвитый плющом проход в подземелье Н-Зота.
— Эйерус! — крикнул Калесгос. — Решайся!
Одноглазый дракон обернулся на окрик.
Черная, невероятно длинная змея взметнулась вверх из расщелины в полу. Сумеречный Эйерус не увидел ее. Укус пришелся в пустую глазницу. Крылья Эйеруса замерли. Обвитый черной змеей, он рухнул в пропасть.
Калесгос инстинктивно поднялся выше, но удары крыльев разносили искры и раскаленный пожарами воздух. Огонь тянулся все выше, насколько хватало глаз. Огромный Грим-Батол будет гореть невероятно долго, подумал Калесгос. Одному только Н-Зоту известно, какие еще твари скрываются в этих стенах.
Или под их ногами.
Сначала был визг. Тонкий, оглушающий, нарастающий. Затем были змеи. Десятки черных лент разом взмыли из темноты на ужасающую, недоступную для них высоту. Калесгос понял, что отрезан от остальных сумеречных драконов, которые, оставшись без лидера, сбились вместе. Змеи впивались желтыми клыками в крылья, хвосты, шеи, выхватывали жертв и тянули их вниз.
Калесгос ощущал на себе пристальное внимание дюжины глаз, будто каждый камень в кладке Грим-Батола остановил свой взгляд на нем, как на сосредоточии всей магии внутри крепости. Снежный ком то появлялся, то исчезал на его лапах. Интуиция подсказывала, что любое заклинание только ухудшит положение. Но глядеть на жестокую расправу он не мог.
Змей сковал лед, они рассыпались черными осколками, освобождая драконов. Сумеречные бросились вон, исчезнув за всполохами пламени в уцелевших проходах крепости.
Калесгос расстрелял тьму под его крыльями ледяными стрелами. Затем с помощью снежного бурана сковал разлом толстым слоем искрящего льда. Несколько сумеречных драконов в нерешительности обернулись.
— Вы можете покинуть Грим-Батол вместе со мной! — крикнул им Калесгос.
Треск льда стал ему ответом. Какие настырные змеи. Калесгос увидел, как развернулись и умчались на всех порах сумеречные драконы. Затем он поглядел вниз.
Сама тьма, ломая лед, двигалась к нему навстречу. Черный мрак извивался и визжал дюжиной тонких змей, что были лишь частью того огромного и неведомого, что разламывало мощенную булыжниками улицу, поднимаясь во весь рост из подземелий.
Грим-Батол содрогнулся от глухого низкого рокота, пронесшегося под землей. И Калесгос вместе с ним. Тварь шла на магию. Он ощущал разъяренное стрелами любопытство, хотя и не понимал, как.
Калесгос никогда не видел Гранатового Редута, но был Аспектом Магии. Теперь он мог перемещаться в неизвестную, доселе невиданную местность, стоило лишь подумать об этом.
В ушах еще звенело от визга. Тишина оглушила сильнее грохота рушащейся крепости. Калесгос увидел небеса, застланные крыльями драконов. Их чешуя была всех оттенков синего.
— Наш Лидер здесь!
— Да славится Аспект Магии!
Королева Алекстраза стояла внизу, в облике эльфийки, окруженная Старейшинами Синей Стаи. Калесгос узнал лазурного Фреймоса и индиговую Ксенегосу. У него не хватало сил, чтобы удивляться этому. Он опустился на землю и сменил облик. Не говоря ни слова, опустился на одно колено перед Королевой. Ощутил, как Алекстраза легко коснулась его плеча и прошептала:
— Четвертый… Остался пятый.
***Пережитый в долгую ночь кошмар вернулся. Теперь наяву. Шатер, лорд Фордринг и стоявший рядом с ним орк померкли, до Алекстразы не доносилось ни звука, хотя она видела, что лорд Серебряного Рассвета обращался к ней. Алекстраза отказывалась верить в происходящее, до самого последнего мига. Пока вновь не оказалась в Драконьем Чертоге из ее кошмара.
За окнами не искрились сугробы и не висело в небе низкое северное солнце. Мир охватила предсмертная агония, и сердце Хранительницы Жизни разрывалось от пиршества смерти за этими стенами.
Высшая эльфийка с огненно-рыжими волосами, поджав губы, с отчаянной решимостью глядела в спину уходившим мужчинам. Один из них был человеком, второй — высшим эльфом. Алекстраза не успевала разглядеть их, как и в прошлый раз, она появлялась здесь слишком поздно, когда разговор между ними тремя был кончен.
Алекстраза вжалась в камни, горячие из-за пожаров, надеясь, что та другая Алекстраза не заметит ее, что на сей раз виденный ею кошмар изменится, пойдет по другому пути.
Кошмар действительно изменился, поняла Алекстраза. Возможно, она видит всего лишь сон? И нужно проснуться? Алекстраза из видения не обратилась к ней, не остановила свой взгляд на ней, как сделала это в прошлый раз. Она прошла мимо, шелестя длинной юбкой, на ходу перекинулась в дракона и взмыла в озаренное пожарами небо. Алекстраза едва дышала. Она осталась одна, в чужом непохожем Драконьем Чертоге, не принадлежавшем ей. Мгновения шли, никто не появлялся, ничего не менялось, но и кошмар не кончался. Алекстраза не знала, как долго она простояла там одна. Возможно, вечность, а может всего несколько минут. Она поняла, что ожидала от нее эта искаженная реальность.
Алекстраза отлепилась от стены и взмыла следом за своим двойником. Хранительница Жизни застыла в небе, словно поджидая ее. Она не сводила с нее взгляда. Алекстраза поравнялась с ней, и красная драконница устремилась вдаль, уверенная, что Алекстраза последует за ней. Ничего другого не оставалось.