Борис Стругацкий - OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким
Дорогой Борис Натанович! Всю мою жизнь читаю Ваши книги, особенно люблю «Град Обреченный», «Отягощенные злом» и «Бессильные мира сего». Я композитор академического направления, автор симфоний, концертов, сонат, с успехом (надеюсь) исполняющихся во многих залах нашей страны и зарубежья. С моим творчеством можно ознакомиться на сайте AlexeyKurbatov.com. С детства у меня есть мечта – написать оперу на сюжет «Отягощенных злом». Скажите, как бы Вы отнеслись к этой идее? Возможно ли?
Алексей Курбатов <[email protected]> Россия - 09/14/11 16:16:15 MSK
Это безусловно лестное предложение. Большое спасибо! Но я ничего не смыслю в музыке и совершенно не способен представить себе, что это такое – опера по ОЗ. Конечно, я с удовольствием готов дать Вам соответствующее разрешение (если оно требуется, в чем я вовсе не уверен). Еще раз спасибо. Желаю удачи!
Здравствуйте, Борис Натанович... А меня вот умилил момент в «Обитаемом острове» – Максим режет палец, чистя картошку. Я, конечно, понимаю, у него дома «Полдень», и лазерные картофелечистки стоят на каждой кухне. И в жизни он ее не чистил никогда. Но он самый ловкий человек на планете. Из местных... Так как он умудрился? Это ляп?
konoplew <[email protected]> Сочи, Россия - 09/14/11 16:16:33 MSK
Отнюдь нет. Максим же у нас из породы «путешественников». Природа, джунгли, тундра, тайга. «Голые скалы – вот наш приют...» И тащат с собою «за тысячу килОметров», в особом дедовском парусиновом мешочке десяток картофелин, а при них – обязательно! – тоже дедовский на этот случай кинжальчик, с перламутровой ручкой, – незаменимый играть «в ножички» на диком пляже, потрошить рыбешку и, разумеется, картошечку чистить с морковочкой для ухи. Так что не надо! «У меня все ходы записаны!» (Из «Двенадцати стульев») «Все учтено могучим ураганом!» (Оттуда же)
Уважаемый Борис Натанович! Уж простите меня, но я так и не прояснил для себя – чем с потребительской точки зрения нуль-транспортировка лучше сигма-деритринитации? Разве последняя не приводит так же к мгновенному перемещению звездолета (или все-таки только со скоростью света)?
Галюк Юрий <[email protected]> Санкт-Петербург, Россия - 09/14/11 16:16:50 MSK
Я уже забыл все детали, но помню, что деритринитация была вначале, до, на самом первом этапе освоения Нуль-Т. Это, разумеется, уже была Нуль-Т, но годилась она только для переброски весьма специфических аппаратов узкого применения, желательно – автоматических, хотя и с экипажем уже тоже начинало тогда помаленьку получаться. Грубо говоря, деритринитация отличается от хорошо освоенной Нуль-Т, как полет на истребителе от левитации в исполнении самого Зекса (который, как известно, был непревзойденным – гениальным! – мастером этого вида перемещения в атмосфере).
Уважаемый Борис Натанович! Мне очень понравился вопрос про сигареты Франка, как и Ваш ответ про «авторский ляп». И очень захотелось подробностей из писательской кухни. А вот как авторы относятся к такому тщательному чтению? Случаи преднамеренного поиска блох опустим, и профессиональной работы редактора, пожалуй, тоже. Знают ли авторы все свои «ляпы» вот, например, как этот? Ну – или их большую часть. Были ли случаи в жизни (да хоть в этом интервью), когда Вы думали в духе «Эх! И в самом деле, как же это мы так!».
Андрей Гвинта <[email protected]> Одесса, Украина - 09/14/11 16:17:08 MSK
Да сколько угодно! Ляп – это самая простая штука на свете. По-моему, сколько-нибудь обширных текстов без ляпов вообще не существует в литературе. Конечно, большинство из них возникает по авторскому недосмотру. На странице 11 написано «карова», а на странице 25 у него выходной люк на субмарине открывается ВНУТРЬ. В первом лучае, конечно, просто описка, а во втором дело посерьезнее: не подумал, «абыкакнул», просмотрел. «ТщательнЕЕ, надо, сударь мой. ТщательнЕЕ!» Хуже всего – ляпы от невежества или полуграмотности. До сих пор краснею, когда вспоминаю, как вышла наша «Страна багровых туч», мы толком порадоваться не успели, как подвалило в редакцию ядовитейшее читательское письмо: «У вас там в названии работы Дауге – полдюжины французских слов всего – наляпано 13 (!) грамматических ошибок». Взбешенный главред вызвал на ковер несчастного АНа (который оказался вообще без вины виноват: он ведь был у нас специалистом по английскому и японскому, а французский текст составил самоуверенный БН, взявший к этому моменту четыре урока французского у частного преподавателя). Срам был ужасающий! Пришлось нам писать въедливому читателю какую-то жалкую чушь: авторы-де таким вот образом пытались продемонстрировать изменения, возникшие-де во французской грамматике к началу 21-го века. Кошмар! Вот это был ляп так ляп, – всем ляпам ляп. (Во втором издании СБТ он, конечно, был исправлен: безукоризненно точный текст составил тесть АНа, вообще-то знаменитый китаист, но и во французском, можно сказать, профессионал.)
Уважаемый Борис Натанович, были ли Вы с братом знакомы с творчеством американского писателя Филипа Фармера? В середине прошлого века он написал серию книг «Мир реки». Герои, жители Земли разных стран и веков, оказываются после смерти на другой планете. Все они говорят на одном языке, сначала не понимают, что умерли, и время от времени то одному, то другому из них являются правители этого мира (боги) в капюшонах и дают разные полезные советы. Собственно, это всё сходство с «Градом Обреченным». Оно случайно?
Альфия <[email protected] > Уфа, Россия - 09/14/11 16:17:13 MSK
Я, помнится, читал что-то из «Мира реки». Сколько-нибудь сильного впечатления роман этот у меня не оставил. Так что вряд ли знакомство с ним сыграло хоть какую-то роль в написании ГО. ГО вообще очень «самобытная» вещь: уж очень много времни мы на этот роман угрохали: долго обдумывали, долго писали...
Уважаемый Борис Натанович! Ниже просто для информации, хотя, конечно, интересно было бы получить от Вас комментарий. В интервью, данном Станиславом Лемом испанцам в начале 2004 г., речь зашла о Ф.Дике. На вопрос, какие еще авторы научной фантастики Лему были интересны, Лем ответил: «Дик, по-моему, был оригинальнее всех». Далее интервьюер сказал, что было время, когда имя Лема ставили рядом с Брэдбери и Азимовым, и задал вопрос, как Лем относится к Брэдбери, Кларку и Азимову, Лем ответил: «Никак. Я думаю, что русские, братья Аркадий и Борис Стругацкие, лучше».