Восемнадцать - Андрей Готлибович Шопперт
Сейчас Касьян после заутрени сидел на лавке возле входа в хоромину и ждал Святослава Ворона. Специально никому вопросов не задавал, поддерживал интригу.
Второй вывод, что приходил на ум от использования синего пламени — это, что мгновенно он не действует. Всех юродивых в Ростове выловили, вымыли, подстригли, пропарили, дали противогельминтных средств и облучил после этого, одетых в пожертвованное боярами платье, нищих, Коська синим пламенем. Сейчас все пятеро сидят по комнатам в гостевом доме отдельно друг от друга и воют там. Сдуру попробовали вместе разместить, так они такую драку устроили, что боярские рубахи и портки вновь в рваньё превратились.
Так вот, за неделю адекватнее товарищи не стали. Ну, хотя разное время, но Гришенька вот уже точно седьмой день пошёл, как был вымыт и к князю за опыты доставлен. Принимала его лысая голова всего семнадцать секунд волшебное синие пламя. Не дебил конченный, но и не продвинутый мастер над монетой.
— Княже, пришёл я. Вот он я.
Коська задумался и не заметил, как появился бывший ратник.
— Хорошо. Присядь вот тут, — Коська уступил Ворону место, поднял его голову и уставился в глаза. Ну, вроде лучше? — Говори. Как чувствуешь себя?
— Десна чешутся…
— Ну, так и должно быть. Это зубы выпавшие режутся, скоро все будут на месте. А с глазами что? Ты ощущаешь разницу?
— Вроде лучше, княже, благодарствую.
— Дай, ещё раз попробую.
Нет, синее пламя не потекло.
— И что мне делать, Касьян Иванович?
— Угум. Что делать?
— Я может назад к монасям пойду. Рыбу буду ловить…
Стал переминаться с ноги на ногу Ворон. Нет, страшно всё же на него смотреть.
— Сейчас подойди к Фоме, ну парень такой курносый из хельгов. Он тебе ещё три минуты лекарской энергии выдаст. Чтобы зубы росли быстрее и зрени… тьфу. В общем, подойди. Скажи, что я велел. И потом раз в седмицу, вот так же после заутрени, подходи, будем наблюдать тебя, есть улучшение или нет.
Кланяясь, вой бывший ушёл.
Не пожалел Коська синей энергии для жены и тёщи. Хотел и в сына Сашку чуток влить, но передумал. Пусть немного подрастёт. Кроме того, всех партизан осчастливил и двух Афанасиев — главных бояр княжества.
Теперь думал. Не, и до этого думал, только ни тогда, ни сейчас яснее с этим чёртовым синем пламенем не становилось.
Между тем пришли разные интересные новости из Москвы, купцы прибывшие лечить зубы в санаторий «Здоровые премоляры», принесли, Дмитрий Свет Иванович Донской додавил таки ситуацию до почти нормального результата. Коська, правда, на его месте поступил бы более решительно. Вот именно из-за «человеколюбия» этого товарища Русь и нахапала после его смерти столько бед. Иван Владимирович Пронский был разбит под Переяславлем-Рязанским — это так сейчас Рязань называется. После того, как настоящую Рязань спалил Батый, её на старом месте так и не отстроили, перенесли чуть севернее.
Так вот, разбили Дмитрий Донской и Владимир Храбрый Великого князя Рязанского под Рязанью новой и… повесили? На кол посадили? Четвертовали? Конями порвали? Ну, хоть ослепили, как деда Дмитрия Донского ослепят? Нет. Ему попеняли и отправили княжить в своё Пронское княжество. Это небольшой осколок Рязанского Великого княжества. И даже выкуп не взяли за пограбленные селища и деревеньки у Коломны и Серпухова.
— Ступай Иван Владимирович, и больше не шали.
А ведь он ордынцев грабить Москву привёл… С… сволочь.
А И. О. Великого князя Рязанского поставили… не то слово. Только царь он же хан может ярлык дать. Предложили, наверное, вот правильное слово, второму сыну Олега Рязанского, тому самому, что прятался от Ивана Пронского в Москве — Родославу Ольговичу, княжить в Рязанском княжестве.
Жену же Олега Рязанского Ефросинью Ольгердовну — дочь Великого князя Ольгерда отправили во Псков к брату Андрею Ольгердовичу, тамошнему наместнику.
Ну, политика — это политика. Пусть у Донского потом голова болит. Этот Пронский князь не успокоится. Опять весной в Орду рванёт за ярлыком и войском.
В Реальной истории в 1408 году, вернувшись из Орды с ханским ярлыком на отчину и дедину, Иван Владимирович напал с ордынцами на Переяславль-Рязанский, выгнал из него Фёдора Ольговича и сел на обоих княжениях, рязанском и пронском.
Коська хотел съездить в Москву и объяснить это Дмитрию Ивановичу, но передумал. Не будет его слушать Великий князь. Ну, да это ладно. А плохо ли, если ещё раз Тохтамыш сюда несколько тысяч пошлёт? Слона надо есть по кусочкам. Пусть присылает кусочки. Надо только спасибо сказать.
Добрый день уважаемые читатели, кому произведение нравится, не забывайте нажимать на сердечко. Вам не тяжело, а автору приятно. Награды тоже приветствуются.
С уважением. Андрей Шопперт.
Глава 12
Событие тридцать четвёртое
— По закону божескому, как предками заповедано было, — Афанасий Горбатый, перекрестился, повернувшись к красному углу, где чернели закопчённые иконы.
Коська глянул и вспомнил, что хотел же найти в Москве Андрея Рублёва и Феофана Грека, если те уже там есть и привлечь в Ростов. Пусть тут творят. Заодно подлечить обоих.
— Афанасий Иванович, ты тень на плетень не наводи, есть бумага, где чёрным по белому законы нашего княжества написаны? Которую мать, её, прочитать можно⁈ Судебник или как он там назывался Ярослава Мудрого?
— Правды Ярослава. Не знаю, княже. Потом ещё приняли «Правду Ярославичей» — сынов и внуков оного. Если в монастырях поискать? Токмо в котором не знаю.
— Поищите. Давай так. Разделим для начала обязанности. Чего все с жалобами разными никчёмными ко мне прутся. Время у меня не рези… ай, и без того ничего не успеваю. Давай как-то вычленим… и на три…