Первый Предтеча 6 - Элиан Тарс

— Кое-какие законные справки и я могу навести, — кивнул Браунштейн.

— Буду признателен, — ответил я.

На кухне повисла задумчивая тишина.

— Первый, моя очередь выговориться, — заявил Свят, убедившись, что прошлая тема временно иссякла.

— Давай, — кивнул я.

— Одиннадцать человек с рассвета не отходят от горшков дальше двадцати шагов, — серьезным тоном произнес он. — Так что часть смены сегодня держит оборону не там, где я планировал. Ёрш вообще перебрался в деревенский туалет с вещами. Говорит, экономит время.

— Подниму вопрос о свежести продуктов на кухне, — деловито проговорила Мира и чиркнула что-то в свой блокнот.

— Дело не в еде, Мирослава Сергеевна, — покачал головой Святогор и тяжело посмотрел на меня. — Дело в «Пойле номер один» от главы рода. Кто пил по два глотка, тому днища посрывало! Кто пил один, в основном держится. Думаете, вы Клина за всё утро просто так ни разу не встретили? Эту карту боёв он вообще-то на толчке рисовал!

— Принял, — кивнул я. — Доработаю рецептуру.

Свят удивлённо покосился на меня единственным глазом.

— Я его готовил на самый чёрный день, — пожал я плечами. — Целью было максимально быстрое усвоение веществ, и пока что я смог подобрать только такой состав.

— И что там не так? — поинтересовалась Мирослава.

— Разгонный компонент. Я ставил спиртовую вытяжку горечавки, чтобы состав быстрее пошёл в кровь. Теперь, после итогов эксперимента, эту сторону можно будет доработать. Эх… но тогда явно эффект снизится.

— Тогда не надо ничего менять, — заключил Свят. — Лучше просто сделать менее лютую версию для времён не столь чёрных. А этот ты, Первый, не меняй и банку ты не выкидывай. Мужики после неё дрались как звери! Просто имей в виду, что в гвардии «Пойлу номер один» другое название придумали, — он покосился на единственную девушка в нашей компании и закончил: — Но озвучивать его при Мирославе Сергеевне я не буду.

На кухне обсудили ещё несколько хозяйственных вопросов. Потом Браунштейн ушёл к машине — ему нужно было сделать важный звонок, а Святогор направился к казармам. Мира осталась дописывать в блокнот новые задачи и время от времени сверялась с телефоном.

А я пил чай — остатки того самого чая, которым Петрович поил нас с Игошей в первые дни у него на квартире. Сейчас те деньки вспоминались даже с некоторой ностальгией. У меня не было ни гвардии, ни своего дома, ни Руха, ни Миры…

О чём я ей меланхолично и поведал.

— … То есть вы. Втроём. Отбивались от стаи буревестников под Белкино? — удивилась она, когда я закончил.

— И добивали их Вожака в лесу, — кивнул я. — Игоша тогда вообще впервые проявил свой Дар, а руки у Петровича были в два раза тоньше, чем сейчас.

— Рисковая команда, — покачала головой она, но рассказ ей явно понравился. — А как вы встретили Святогора? Ты как-то упоминал, что на Сенном рынке, но…

В этот момент у Мирославы зазвонил телефон.

— Дуга, — сказала она, глянув на экран, и положила аппарат на стол между нами. — Говори, ты на громкой.

— Мирослава Сергеевна, — виновато начал Дуга. — Святогору уже доложился, он велел вам продублировать. С шаурмечной нашей беда…

— Ты про то, что её расстреляли ночью? — уточнила Мира.

— Хуже. Мастера сбежали.

Во дворе что-то звякнуло — это Лапа, тащивший вдоль стены какие-то доски, опустил их на землю и невзначай придвинулся к нашему раскрытому окну.

— Ларёк-то, конечно, обстреляли, но вертел целый, — продолжил Дуга. — Деньги в кассе на месте. Мастера забрали только свои ножи и фартуки. На работу не вышли, телефоны с утра выключены.

— Испугались, — резюмировал я.

— Антон Игоревич! — услышал мой голос Дуга. — Тоже так думаем. Не то увидели, во что их пенаты враги превратили, не то просто ночных боёв напугались.

— Дуга, что есть на них? — спросила Мира. — Имена и фамилии, прописки?

— Поищем, — ответил Дуга. — Но ежели сбежали… может, и не захотят возвращаться.

— Если эти не объявятся, откроем вакансии и наберём новых работников, — сказала Мира перед тем, как отключиться. — Держи в курсе.

После этих слов стоящий за окном Лапа сделал кислое лицо, потупился и произнес:

— Разрешите?

— Говори, — хмыкнул я, все это время наблюдая его мучения.

— Я знаю, где искать, — твердо произнес здоровяк.

— Рассказывай, — велел я.

— Старшего Мурат Ильясович зовут, а второй племянник его, Селим, — доложил Лапа. — Лаваш они берут в пекарне на Сенном, каждое утро с семи. У вас, наверное, даже где-то в документах это отражено. Пекарь у них свояк. Если сорвались ночью, то явно к свояку своему.

— Откуда такие подробности? — удивлённо посмотрел я на Лапу.

— Так я ж в очереди стоял, ваше благородие, — пожал он огромными плечами.

— Всего пару раз, — заметил я.

— Четыре, — гордо ответил Лапа. — Вкусно готовят, заразы. Разговорился один раз, пытался понять, как они такой баланс находят между вкусом, прожаркой и наполнением, ну вот и выяснил. Как по мне, со сменой мастеров весь трафик обвалится. Я много где в городе шаурму пробовал — так нигде готовить не умеют. Надо этих возвращать.

— Есть идеи? — хмыкнул я.

— Если вы позволите… — приосанился Лапа. — Я сам съезжу до их свояка, и быстро на них выйду. Мозги им на место вправлю.

— Скажи, что оклад поднимаем в полтора раза, — быстро сообразила Мира. — Аванс на руки, простой тоже оплатим. Я закажу установку тревожной кнопки и новое остекление.

— Дельно, — похвалил её я и снова повернулся к Лапе:. — Бери внедорожник и бойцов, и Святу доложись. И да… Твоя задача их убедить вернуться, а не перепугать до смерти.

— Верну специалистов, — заверил Лапа. — Сделаю всё в лучшем виде.

* * *

Игоша с Егором соорудили Генералу упряжку из двух ремней и брезентовой ленты, а Маша держала конец этой конструкции обеими руками и шла позади. Черепаха жевала лист лопуха и никуда не собиралась идти.

— Он не выгуливается! — пожаловалась Маша. — Ходит только куда сам