Первый Предтеча 6 - Элиан Тарс

— И? — поторопил его Свят.

— С ними пусто. Ни торговых точек, ни складов. Отжимать нечего — разве что небольшое имение в лесу. Ну или несколько квартир в городе.

Клин внезапно подался вперёд, и его трость стукнула об пол.

— Командир, разрешите прямо⁈ — выпалил он и, дождавшись моего кивка, продолжил: — Всё это понятно, но вчерашний ночной враг нам больше всего крови попил. На него надо выходить.

— Выходить как? — огрызнулся Святогор. — Тебя, что ли, послать? Ты до сортира с палкой сегодня выходить разве что можешь да карту рисовать в такой позе, о которой я при госпоже даже говорить не стал!

Вяз коротко хрюкнул, глядя в ноутбук.

Я дал им отсмеяться. К тому же в словах Свята чувствовалась реальная злость на врага, которого мы не можем прибить здесь и сейчас.

Да чего уж, которого мы вообще не можем обнаружить.

— Ты прав, Свят, — сказал я. — Но и Клин прав в главном. Надо выходить на них самим. Но даже в Брагино расширяться для нас сейчас проблемно: чем больше территорий возьмем, тем сложнее их будет держать. Враг и так уже этим пользуется. Несмотря на скорость роста нашей гвардии, для дальнейших свершений нам категорически не хватает людей. Охрана объектов, тревожные группы, группы сопровождения для важных персон и ценных грузов… И, конечно же, постоянно готовый к бою костяк гвардии. Я не говорю уже о том, что в идеале ещё и выделять смены для выполнения заказов на монстров…

— Я работаю над этим, — в сторону пробурчал Святогор.

— Знаю, что работаешь, дружище, — чуть смягчив тон, произнес я. — И работаешь превосходно — считай, за месяц, гвардия из нас четверых превратилась в небольшое войско, способное на равных сражаться с любым дворянским родом. Но, похоже, не только дворяне точат на нас зуб, но и те, кто повыше. И ладно бы кто-то один… Этих «повыше» тоже становится больше и больше едва ли не с каждым днем.

— Стало быть, воевать сейчас не будем? — осторожно уточнил Клин.

— Война войной, — ответил я. — Но чем чёрт не шутит!

Я достал телефон, положил его на середину стола и включил громкую связь.

Браунштейн ответил через пару секунд:

— Антон Игоревич! Что-то ещё хотите обсудить?

— Виктор Валерьевич, вы у нас на громкой. Здесь Святогор, Клин и Вяз.

— Слушаю чрезвычайно внимательно! — голос юриста стал предельно собранным.

— В данный момент мы в состоянии войны с четырьмя родами, — начал я. — С тремя активная фаза была буквально только что, а с Бестужевым она уже подостыла. Но не суть — главное, приготовьте, пожалуйста, и разошлите всем четверым требование о капитуляции.

В трубке зашуршало — Браунштейн, похоже, пододвинул к себе бумагу и взял ручку.

— Условия? — деловито проговорил он.

Совместно с Вязом мы начали диктовать Браунштейну перечень имущества Бестужева и брагинских дворян, которое нам может быть полезно. С Крапивина решили требовать деньгами, и сумму я велел прикинуть самому Браунштейну напару с Цицероном, считая весь ущерб и умножая его на три.

— Записал, сделаю, — проговорил юрист, а затем, выдержав небольшую паузу, добавил: — Но смею заметить, при всём уважении, Антон Игоревич… вас пошлют.

— Пошлют, командир, — подтвердил Клин.

— Точно пошлют, — кивнул Вяз, не отрываясь от экрана.

— Пошлют нахер, — веско сказал Святогор.

— Вот тогда и повоюем, — резюмировал я.

* * *

Вечером Мирослава ждала меня в беседке, как полагается, с двумя кружками какао.

— Долго вы, — сказала она и подвинула мне кружку.

— Позволь, я не буду пересказывать тебе подробности собрания, — устало вздохнул я. — Не для того я велел тебе не вмешиваться. Незачем грузить тебя информацией сверх меры.

— Я вообще-то только за! — усмехнулась Мира, забралась под плед с ногами и раскрыла свой блокнот.

Раскрыла — и тут же нахмурилась, будто он только что её оскорбил.

— Я бы тоже предпочла тебя не грузить, Анхарт, — проговорила девушка. — Но один раз всё-таки напомню. У нас платёжи в СПС… По графику ближайший взнос по «Егерю» и по земле надо закрывать в этом месяце.

— Это на моём контроле, — заверил я её.

— Но что меня реально напрягает, — продолжила она. — От школы нет ответа. Первое сентября на носу…

— Вообще не ответили? — удивился я.

— Угу, — пробурчала она. — Я отправила предложение о попечительстве, потом продублировала на имя директора, потом позвонила. Секретарь сказала, что письмо получено и находится на рассмотрении.

— А до сентября осталось чуть больше недели… — задумался я.

— Именно! Времени в обрез. И знаешь, что меня больше всего нервирует? Школа у них ведь в самом деле разваливается! У них там крупнейший недобор — будь в этом уверен — мы с Виктором Валерьевичем выясняли. Условия я предложила более чем щедрые. Может, подвох ищут? Не верят, что какой-то род готов за обычное обучение детей своих Слуг школу под протекторат брать и полноценный ремонт делать?

Она замолчала и сердито уставилась в темноту.

Я поставил кружку и накрыл её ладонь своей.

Мира вздрогнула и удивленно уставилась на меня.

— Давай лучше отдохнём, — мягко произнес я.

— Я… — пробормотала она, но я не дал ей закончить:

— Если понадобится, я поговорю с директором школы лично, — сказал я и кивнул за реку. — Смотри, какая Луна красивая.

— Красивая, — смущенно пробурчала девушка.

— Но ты красивее.

— А? — опешила она, резко повернувшись ко мне.

— Кстати. — Я взял кружку и отпил. — Ты решила, в чём завтра пойдёшь на званый ужин?

Ночью меня разбудил звук двигателя — кто-то выезжал из деревни аж в три часа!

После предыдущей нелёгкой ночи такие звуки мной воспринимались особенно остро, так что я сразу нащупал телефон под подушкой и набрал одну из комбинаций быстрого вызова.

— Клин, что за выезд? — прохрипел я.

— Всё штатно, командир, — немного сонно ответил заместитель главы гвардии. — Госпоже Браунштейн срочно потребовался арбуз. Виктор Валерьевич поднял Цицерона, Цицерон — Святогора, Святогор дежурного, а дежурный меня.