Борис Карлов - Снова на Луне

— Да, знаете ли, за последнее время немножко разучился. А теперь вспомнил.

— Стало быть, вы раньше умели?

Незнайка сделал движение, которое можно было растолковать как угодно, и сменил тему:

— Что-то я не вижу Винтика и Шпунтика; не знаете, куда они запропастились?

— Конечно знаю. Господин Винтик на карусели, а господин Шпунтик разгуливает на ходулях. На ходулях вы тоже раньше ходили?

Мимо них проскользнула Синеглазка, и Незнайке показалось, что она чем-то расстроена и специально не смотрит в их сторону.

— Знаете, — сказал он Снежинке, — я пойду ещё немножко покатаюсь.

— Что ж, покатайтесь немножко. А то я вижу, что некоторым очень завидно из-за того, что я с вами разговариваю.

Снежинка поднялась и, состроив презрительную гримасу, направилась к лоткам с угощениями. Незнайка удивлённо посмотрел ей вслед, а потом догнал Синеглазку и поехал рядом. Они постепенно разговорились, и обоим очень хотелось взяться за руки, но Синеглазка ждала, когда это первым сделает Незнайка, а тот, понятное дело, трусил.

Шпунтик действительно увлёкся хождением на ходулях. Это оказалось вовсе не так трудно, как представлялось со стороны. Не прошло и десяти минут, как он уже уверенно ходил, стоял и даже подпрыгивал на высоких деревянных рейках с приколоченными для ног брусками. Шпунтик сам по себе был низеньким коротышкой, поэтому хождение на ходулях доставляло ему особенное удовольствие.

— Посторонись, мелочь пузатая! — кричал он, вышагивая за пределы специально отведённой площадки.

В конце концов он увяз в снегу и решил, что для первого раза достаточно.

Незадолго до полуночи музыка стихла, катание прекратилось, все разошлись, сбились стайками и стали дожидаться боя часов и фейерверка. Незнайка, Синеглазка, Снежинка, Стрелка, Винтик и Шпунтик тоже уселись вместе, тесно прижавшись, на одной лавочке. Неожиданно позади раздался знакомый голос:

— Так-так-так… Всем хорошо, всем весело, и никто не ждёт заплутавших в лесу одиноких путников…

Обернувшись, все так и ахнули от удивления.

— Клюква! — закричала Стрелка и вскочила с места.

Клюковка-Огонёк обняла подругу, и они расцеловались.

— Знайка?.. — не веря собственным глазам, выдохнули разом Незнайка, Винтик и Шпунтик, но тут же подскочили и, скинув маски, радостно закричали и запрыгали вокруг него:

— Знайка! Знайка!

Знайка смущённо поправил очки и сказал:

— Здорово, братцы. Решил вот посмотреть, как вы тут… и вообще…

В этот момент из динамиков раздался бой часов и со всех сторон ударил, вспыхнул, зашипел и закружился фейерверк — рассыпающиеся вихри огненных искр на вертушках.

— Ура-а-а!!! — закричали все разом, бросились обниматься и поздравлять друг дружку с наступившим Новым годом.

Незнайка тоже сгоряча обнял Синеглазку и, неожиданно для себя, поцеловал.

— Что вы делаете! — испуганно прошептала она и отстранилась. — Никогда так больше не делайте, это нехорошо. Обещаете?

Незнайка неопределённо пожал плечами.

— И перестаньте глупо улыбаться! — рассердилась вдруг Синеглазка. — Вы, наверное, делаете так со всеми, чтобы после рассказывать.

— Нет, честное слово, я никогда раньше… Вы мне правда очень нравитесь.

— Хорошо, так и быть, я вам поверю. Вы мне тоже нравитесь. Только не думайте задирать нос, я вовсе не собираюсь бегать за вами, как другие.

— А я и не думаю, — искренне заверил её Незнайка.

После того как отшумел фейерверк, снова заиграла музыка и всё пришло в движение.

Знайка и Огонёк где-то раздобыли маски, но прежде, чем они успели обернуться чёрным вороном и рыжей лисичкой, некоторые смогли заметить на лице Знайки выразительные следы от помады, в точности такой, какой подкрасила себе губы Огонёк. Они подобрали себе коньки, вышли на лёд и закружились вокруг дворца.

Знайка хорошо катался; жители Цветочного города частенько видели, как он, стремительно и в то же время плавно, уверенно взмахивая руками, несётся на беговых коньках, погружённый в свои мысли.

Но сегодня он был не один, под руку его держала рыжая лисичка, которую он минуту назад впервые назвал по имени, вместо обычного «дорогая коллега».

Даже строгая Медуница важно и не спеша скользила по кругу в сопровождении двух нянечек. И хотя она предупреждала всех о «неизбежном травматизме, к которому приводят подобные мероприятия», всё же не смогла отказать себе в удовольствии покататься. Тем более что, по её предварительным наблюдениям, малышей здесь было всего трое и вели они себя вполне прилично. Осмелев, Медуница закатилась под арку дворца, остановилась и, задрав голову, стала разглядывать украшенную игрушками и обвитую электрической гирляндой ёлку. Тут ей показалось, что внизу, под ёлкой, в густых колючих лапах что-то шевелится. Она приблизилась, раздвинула ветки, нагнулась, вглядываясь через очки в полумрак, и сказала неуверенно:

— Кто здесь?..

В ответ послышалось глухое ворчание, а в следующее мгновение у самого её носа возникла плюшевая медвежья морда.

— Ррр-рр-рр-ррр!- — грозно сказала морда.

Несколько секунд Медуница смотрела на неё, широко раскрыв глаза, а затем, взмахнув руками, с пронзительным криком «Медведь! Медведь!» упала навзничь и с необычайной быстротой на четвереньках выбежала из замка.

Её подняли на ноги и окружили.

Чувствуя, что шутка не совсем удалась, Шпунтик вылез из-под ёлки и сел на лавочку в стороне, дожидаясь, что будет дальше.

Докторша держалась за левую руку и беспрестанно охала. Запястье распухло и болело; необходимо было срочно отвезти её в больницу и наложить тугую повязку.

Винтик подогнал «Метелицу» прямо на лёд катка, Медуницу и нянечек усадили в кабину, и снегоход тотчас сорвался с места.

В это время в больнице, как мы помним, коротал время один-единственный пациент по имени Шурупчик. Его палата стараниями нянечек и посетителей была украшена пахучими еловыми ветками и бумажными гирляндами, а стол и тумбочка были забиты угощениями. В данный момент Шурупчик лежал на койке и смотрел праздничную программу по телевидению.

Заслышав гудение приближающегося снегохода, он вскочил с кровати и выбежал на порог, чтобы встретить Винтика и похвастать ему усовершенствованиями, которые он придумал и воплотил здесь за истёкшие сутки.

Однако поначалу вместо Винтика он увидел вылезавшую из кабины Медуницу, которую с двух сторон заботливо поддерживали нянечки и которая немедленно ему закричала:

— Больной, что вы себе позволяете! Сейчас же вернитесь в палату, вам противопоказан холод!