Уговор света и тьмы - Дарья Весна

— Но Иванн Мерсье не гном! А очень даже человек. Нет, ну человечешко, конечно, но уж точно не гном.

— Иванн Мерсье? — ухватился за новое имя Васил. — По какой-то странной причине, о нём ничего не было сказано в докладе моего начальника стражи. А на память он ещё никогда не жаловался. Кроме случая с одним загадочным ужином.

— Вот как? Случайно это не тот ужин, на котором состоялось явление упомянутого Иванна ко двору? Но каким образом Кифор мог о нём не знать? Без серьёзных на то причин в твоё отсутствие ко двору никого не допускают. Нам его представили честь по чести, как дальнего родственника графа Сеталя прибывшего к тебе с важным письмом. Думаю, те кому нужно в курсе, какую работу исполняет граф и почему он порой присылает с письмами самых разных людей. Правда, мне его выбор в этот раз показался странным, но возможно, он таким образом как раз отводил подозрения от визита Мерсье. Если его допустили ко двору, Кифор не мог не…

— И, тем не менее, он ничего про него не знает. Или забыл. Похоже, мне стоит поговорить с этим человеком-невидимкой, — хищно прищурился Император.

— Он не невидимка, а очень даже видимка — доставал всех кого ни попадя своей мелочной склочной натурой. Столько нехороших подробностей обо всех знает, сложно было не поверить, что это человек Сеталя. Собственно, после ужина, на котором его представили, мы и стали общаться с твоим придворным магом, — хитровато улыбнулся Эдо. — Добропорядочный гражданин Иванн сначала выложил всю подноготную маркиза, а потом двинул в массы чудесную идею, что Лорелея собирается тебя обольстить, соблазнить и женить на себе. Наговорил гадостей, начал набиваться в провожатые по замку.

Слушая эти слова, Васил мрачнел всё сильнее. Видимо, желание познакомиться с господином Мерсье стремительно усиливалось.

— Мало того, он вывалил тот же бред на герцогиню! — порадовал друга Эдолиэль.

— Может, его никто больше не видел, потому что незадачливый посланец уже покойник?

— Нет, увы. Он потом на каждом ужине небылицы рассказывал. Даже герцогиня молчала, ясное дело, есть что скрывать. А он остальных догрызал, — скривился эльф.

— А вы?

— А мы… Сам знаешь, Владу есть что скрывать, а просто набить гадскую морду в нишке я ему не мог, всё-таки человечешко Сеталя, а не кого-нибудь. Уж не знаю точно, о чём там условились Ло с герцогиней Велльской, но вечером герцогиня попросила нас присмотреть за девушкой и познакомить её с дочерьми. Хотя могу предположить, они договаривались научить Катрину и Мариону коварным магическим способам, с помощью которых холостых Императоров соблазняют. Старушка Антуанетта всё никак не привыкнет к мысли, что по законам Империи поженить столь близких родственников скверная идея.

Император только тихо вздохнул. Даже у него храбрости донести эту мысль до привыкшей к эфельманским обычаям герцогине не хватало. Лучше войной на Граббулина пойти.

— Так откуда ты узнал про синяки на шее у Ло? — как бы невзначай поинтересовался Эдо. — Она совершенно случайно носит платье с такой закрытой шеей…

— Ага, а если нет, то замазывает так, что сразу не заметишь, — рассеяно бормотнул Император всё ещё вспоминая захватнические планы герцогини Велльской.

— Ага… ага… — вкрадчиво и выжидающе поддакнул эльф. — И ты заметил, когда её раздел…

Васил возмущённо посмотрел на друга.

— Она напилась всякой дряни из моей лаборатории после того, как сняла Печати. И как только в лабораторию попала⁈ Пришлось срочно промывать желудок в ванной.

— Ага… и вот снимаешь ты с неё в ванной платье… — вкрадчиво начал эльф.

— Рубашку!– возразил Император.

— И во-о-от снимаешь ты с неё рубашку… — послушно исправился его хитрый друг.

— И окунаю головой в холодную ванную, чтобы привести в нормальное состояние и не позволить уснуть, — жёстко припечатал Император.

Но эльфа это не остановило.

— А потом берёшь на руки, достаешь из ванной…

— И обсушиваю заклинанием, чтобы не простыла! — нервно заявил Васил.

— А потом несёшь на руках, укладываешь на кровать… — подсказывал ему Эдо.

— Чтобы всё-таки выспалась и восстановила силы! Эдолиэль! Какого… — запнулся Император. — С чего вдруг ты решил начать лезть в мою жизнь?

— Это я начал лезть не в твою жизнь, — резонно возразил приятель.

— Тогда почему ты начал лезть в её жизнь?

— А ты почему-то не хочешь рассказывать, как всё было на самом деле. До конца, — резко припечатал эльф.

— До него не дошло! — рявкнул взбешённый Император.

— Знаю. Иначе ты бы уже не был моим другом, — быстро пробормотал эльф.

— Даже так? — с подозрением прищурился Васил.

— Она ещё может выбрать другую жизнь. У Леи достаточно эльфийской крови и силы, чтобы выбрать другую жизнь, — серьёзно, как никогда, посмотрел на друга эльф. — Но… не с тобой, понимаешь?

— Вы же не принимаете полукровок, — не понял Васил. — Считаете, что им не место среди эльфов.

— Принимаем. Когда можем найти и предложить выбор. Но после этого они уже становятся эльфами навсегда. Мы не принимаем тех, кто выбрал человеческий путь, — пояснил ему друг.

— Разве кто-то из её родителей этот выбор уже не сделал?

— Её отец скрылся в неизвестном направлении прежде, чем дал ответ, когда ему его предложили, — немного отрешённо рассказал Эдолиэль.

— Так ты его знал? — понял Васил.

— Его многие знали. Настолько талантливые музыканты редкость в этом мире, — грустно улыбнулся Эдо.

— И он променял свой талант на дочку карпатского купца? — ухватился за мучавший его вопрос Император.

— Любовь зла, а карпаты пользуются даже злом. Если придётся, — расплылся в настоящей улыбке эльф.

— Ну тогда у настолько талантливого музыканта это наследственная судьба — какой-то добрый эльф уже воспользовался этим злом, чтобы обольстить его мать.

Эдолиэль немного напрягся и даже побледнел. Васил ещё никогда не видел побледневших живых и здоровых эльфов, только разрумянившихся. Жизненной силы и энергии у светлого народа много больше, чем людей, чаще всего она у них на лице написана и только прибавляется, а не убывает. Наверное, друг сильно обиделся за сравнение с человеками-карпатами. Или наоборот — так проникся расположением к людям, что намёки на их неравенство с эльфами в его собственном представлении посчитал за обиду.

Императору стало немного неудобно перед другом за свои не самые лестные слова. Эльф вот принял полукровку, и даже более чем полукровку, Лорелею за свою. «Или она ему действительно понравилась?» — напрягся Васил. Тогда друг мог бы посчитать эти слова намёком, что он сам может стать для Леи таким же злом. Скверная ситуация — девушек они за время дружбы ещё не делили. И будущее, которое эльф желает предложить Лорелее, намного завиднее того, что предложит он сам. Нечеловек, который с порога попытался получить то, что обычно отдают по доброе воле.

— Васил, ты не понимаешь… дети у эльфов всегда рождаются по любви, — бесприютно-пришибленно сказал эльф. — Правда, с людьми эта любовь может быть слабее, чем между эльфами. Но она есть всегда. И мать Лорелеи любила её отца, и отец отца Лорелеи любил свою жену. Только совместное будущее у эльфа с человеком намного короче, чем у двух эльфов.

— Эд… — собрался что-то сказать Император, но передумал и только вымолвил: — Прости.

Эльф нахмурился и ничего на это не ответил. Словно не знал, что сказать.

— Лорелея не может ни тебе, ни мне — вообще никому рассказать, кто её попытался сначала задушить, а потом опутать тьмой, — наконец-то нашёл нужную тему Эдо. — Её надежно для этого зачаровали. Наверняка только круги в панике ходила и наворачивала — не знала кому, что и как сказать. Но раз нападение было не одно, а несколько, значит, продолжение не заставит себя ждать. Давай начнём с выяснения, кто ещё не помнит про господина Мерсье? И нужно Владигарда привлечь.

— Я сначала боялся, что это Влад, — признался Васил.

— Ни в коем случае. Неужели тебе было мало тех лет, что он жил под твоей опекой, чтобы понять — Влад не променяет человеческие жизни на сомнительное могущество от тёмной силы. Ему в «прошлой жизни» этого хватило, — покачал головой Эдо.

— Да, я уж вижу, что он по сути своей воин, а не пират. Хотя его батюшка и известен свой жестокостью. Но дети не всегда принимают путь родителей, даже если варятся в том же котле с начала жизни, — поморщился Васил.

Эльф не-поэльфийски ехидно улыбнулся его словам.

— Васил, тебя же в котле не варили? — лукаво поинтересовался он.

— Меня — нет. Других — сколько угодно, — почти спокойно сказал Император.

— Понравилось?

— Нет.