Академия отважных - Настя О

Я неуверенно кивнула. Мне сейчас было не до того, чтобы привлекать внимание к себе. Когда Андервуд и Нотрингем скрылись из виду, я почувствовала, как ноги подкашиваются, и направилась к чердаку. По дороге мне встретились несколько товарищей Деймона, но я не слышала, что они говорили. Мне нужно было спрятаться от всего мира. Крэм ведь мог убить меня!

Когда эта мысль поразила меня, я не знала, что делать. До сегодняшнего дня все мои проблемы казались незначительными. Даже то, что Делара меня недолюбливала, казалось неважным. Крэм ведь не был таким уж отмороженным парнем!

Я успела только добраться до чердака, закрыть дверь и сползти по стене рядом с ней. Королева благоразумно спряталась, давая мне возможность прийти в себя. А потом в мою комнату ворвался настоящий вихрь, закружившийся вокруг меня, и сжал в объятиях. От них стало одновременно и жарко, и спокойно.

Деймон Андервуд был не похож на самого себя. Его глаза горели золотым огнем, из одежды остались только штаны и распахнутая рубашка, из-за которой я ощутила его теплую напряженную грудь под пальцами. Я вздрогнула от этого ощущения и, не отрываясь от Деймона, подняла лицо, чтобы видеть молодого человека:

— Что с тобой произошло?

— Мне Ольгерд по портальной связи сказал, что Нотрингем спрятал тебя за огненным барьером. В академии никто, кроме нашей семьи, не может их снимать. Почему ты не сказала, что Крэм к тебе приставал? — взревел он, с силой встряхнув меня.

Мне совсем не было страшно. Я смотрела на Деймона снизу вверх и с надеждой понимала: он действительно волновался за меня. За такую непутевую девчонку, как я!

— Как ты так быстро оказался в академии, Деймон? Крэм сказал, что у тебя дела снаружи.

— Я… обратился в дракона, когда понял, что тебе может угрожать опасность, — ответил Андервуд, немного смущаясь. — Но это не дает тебе никакого права игнорировать мои вопросы! — тут же нашелся он. — Почему ты не сказала про Крэма, Риса?

— Он же родственник Делары, — пояснила я, ощущая, как объятия Деймона становятся теснее. — А семья Делары подавала королю прошение о том, чтобы разрешить ваш союз. Зачем тебе были нужны проблемы с Нотрингемами?

Андервуд на мгновение прикрыл глаза. Когда я снова увидела их, радужную оболочку равномерно покрывало жидкое золотое пламя. Это было очень красиво. Непередаваемо. Я так сильно засмотрелась, что пропустила момент, когда Деймон заговорил снова.

— Почему все всегда думают, что знают лучше меня? — прошипел он не хуже любого змея. — Почему ты решаешь за меня то, что я должен был решить сам?

Я не заметила, как с каждым словом он наклонялся все ближе и ближе. А потом взял и поцеловал меня.

Губы Деймона были горячими и мягкими. Я вздрогнула от его неожиданного напора, но быстро расслабилась. Я никогда раньше не целовалась и боялась, что Деймон будет смеяться надо мной. Однако ничего подобного не произошло. Напротив, когда я несмело подняла руку и обняла его за шею, я услышала довольный рокот в его груди. Я раскрыла губы навстречу ему и погрузилась в целый океан новых ощущений. Постепенно мой разум уступал место чувствам, и это было самым прекрасным решением, которое я когда-либо принимала.

Я словно растворялась в этом поцелуе, как будто мы с Деймоном были вместе не в первый раз, а каждый день дарили друг другу нежность. Андервуд оказался чутким и внимательным и не делал ничего, что могло бы испугать меня. Он крепко сжимал меня в объятиях и целовал так, что я видела звезды перед глазами. Не знаю, когда бы мы смогли оторваться друг от друга, если бы не произошло кое-что еще.

Над академией прогремел гром. Деймон удержал меня в руках, но прекратил поцелуй и бережно прижал к своей груди. Мы сидели на полу чердака у приоткрытой двери и смотрели, как в окне разразилась настоящая буря. Откуда она взялась — было известно только богам. Деймон помог мне подняться, и мы вместе подошли к окну.

Всё небо было испещрено странными фиолетовыми молниями. Тучи набежали в мгновение ока, и мне стало гораздо спокойнее, когда Деймон вновь обнял меня.

— Не волнуйся, — шепнул он, — это магическая буря. У нее есть источник, и он уже начал успокаиваться. Мне придется покинуть тебя, чтобы разобраться в этом, но я обещаю вернуться сразу же, как только смогу. Ты дождешься меня, Риса?

Я оторвалась от Деймона и заглянула в его глаза.

— Конечно, — ответила я.

— И, пожалуйста, ничего больше не скрывай от меня. Я буду рядом не только из-за того, что так решил король.

Я несмело улыбнулась, кивнув в знак согласия. Молодой человек начал отходить к двери.

— Деймон? — прошептала я, дожидаясь, когда он обернется и вопросительно посмотрит на меня. — Можно?

— Что? — еле заметно улыбнулся Андервуд, и его суровость перестала меня пугать.

Я без слов подошла к нему и снова обняла.

— Я буду тебя ждать.

— Хорошо, — ответил Андервуд и удалился.

Когда за ним закрылась дверь, я почувствовала, как у меня пылают щеки. Я целовалась с парнем впервые в жизни! И не с каким-нибудь парнем, а с президентом студсовета! Лучшим студентом академии! Человеком, чей дед был влюблен в мою маму и из-за этого несправедливо наказан!

Догадка молнией прострелила моё сознание. Как говорил Ричард Первый о том проклятье, что наложили водные драконы на всех, кого считали виновными в смерти Аллерии? Вторую ипостась нельзя будет вернуть, пока не найдется дочь Аллерии и не свершится справедливость.

Дочь Аллерии нашлась. Это я. Сегодня Деймон смог превратиться в дракона. Значило ли это, что справедливость, которой требовали водные драконы, свершилась? Тогда каким образом это произошло?

Я вспомнила рассказ Деймона о том, что он прилетел сюда в образе дракона. Он смог перевоплотиться, когда услышал от Ольгерда, что я нахожусь в беде. Вот оно!

Носитель проклятья, Гараэль, не пришел на помощь Аллерии, когда она оказалась в беде. У него уже была семья, и это было логично — быть рядом с женой и ребенком, а не лететь на помощь женщине, которая предпочла другого. Я была на стороне Гараэля. А вот водные драконы думали иначе. Налицо была их высокомерность. Их дочь была словно