Академия отважных - Настя О

Но дракошка, как и всегда, смерила меня недовольным взглядом.

– Всему свое время. Скоро все узнаешь, Риса Ко-Эн. У нас есть занятие поважнее.

Мне показалось, что она как-то слишком затянула произношение моей фамилии, как будто хотела изменить ее на драконий манер. Но я не придала этому значения, поскольку все равно ничего не понимала в интригах и хитросплетениях. Я была уверена в одном: Королева знала, что делала.

– Какое же? – доверяя ей, как самой себе, спросила я.

Она посмотрела на меня, как на неразумное дитя:

– Платье, конечно! Мы же пойдем очаровывать драконов, Риса! Все, кто остался в Инфлане и имеют драконью кровь в первом и втором поколении, будут обязаны явиться и предстать пред очами своих предков. А мы наделаем там отличного шума! Все, как любит Королева.

– А ты точно моя душа? – впервые за все время нашего с ней сосуществования задумалась я. – Сколько смотрю на тебя, никак не могу найти ничего похожего по характеру.

– Я – Королева, лучшая версия тебя! – тут же нашлась самая настоящая Проныра, придавая себе невозмутимый вид.

Но было поздно. Она успела посеять в моей душе зерно сомнения. И теперь я начинала сомневаться в том, кем именно являлась Королева на самом деле. Хотя, в любом случае, она точно желала мне добра. Стоило ли докапываться до ее истинной природы?

Бросив взгляд в сторону Андервуда, я увидела, что он задумчиво рассматривает свиток, который достал изнутри конверта.

– Потом посмотрим, – небрежно бросила мне Королева, а, услышав звон колокола, стала торопить на выход. – Быстрее, быстрее к мадам Огюстин! Нам нужно договориться о том, что завтра пойдем выбирать тебе платье!

Мы действительно могли беспрепятственно пойти в приемную, поскольку занятие у профессора Андервуда было последним. Положив драконий конверт в рюкзак, я вышла из аудитории после звука колокола. Габриэль Андервуд продолжал оставаться молчаливым и задумчивым.

Секретарь ректора была приятно удивлена предложением Королевы. Конечно, она сразу же согласилась сопровождать нас, но ненавязчиво уточнила, на какие средства мы собираемся покупать платье.

Королева была непреклонна. Она заявила, что все расходы оплатит сам король. Когда я сделала круглые глаза, намекнув, что у кого-то от таких планов может слипнуться попа, мне невозмутимо ответили, что когда мы вернемся от мадам Огюстин, нас будут ждать гости, и она все устроит. Мне оставалось только смириться. С каждым днем этот драконий ребенок становился все более и более настойчивым.

Мы еще некоторое время пообщались с мадам Огюстин. Как оказалось, не зря. Когда мы с Королевой вернулись на чердак, немного всклокоченный Деймон уже поджидал нас. В ответ на мой немой вопрос он пояснил:

— Кто-то додумался пропустить сюда непонятных женщин, которые утверждали, что они — присланные воздушными драконами портнихи. Пришлось объяснить им, что у нас Академия Ричарда Первого, а не место для организации невинных женских посиделок.

— Нет, вы посмотрите, каков прохвост! — недовольно воскликнула Королева. — Везде успел этот А-Э-как-его-там!

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

Пока Королева собиралась с мыслями, я коротко рассказала Деймону о появлении воздушного дракона на уроке профессора Андервуда.

— Если бы ты приняла платье, сшитое его портнихами, это бы автоматически означало начало его ухаживаний, — хмуро ответил за Королеву молодой человек. — Мне совсем не нравится то, с каким напором вернулись драконы. Как будто они и сами были не рады проклятью, которое наложили.

— Рады или нет — это их проблемы и ничьи больше! — гневно отозвалась Королева. — А мы наших детей в обиду не дадим!

В это время на плече Деймона возник Огонек и принял такой же воинственный вид, что и моя дракошка. По всему выходило, что он полностью согласен с ее словами. Жаль только, что все еще не решался говорить. Но он все равно был прекрасен.

— Открывай дверь, Риса, — тем временем оживилась моя Проныра. — К нам пожаловали высокие гости.

Конечно, на чердак мы зашли вместе с Деймоном. И очень вовремя: стоило входной двери закрыться, как пространство тут же разрезал королевский портал. Из него вышел все такой же хмурый маг Торвин, а затем показался сам Ричард Первый. Завидев меня, он тут же оказался рядом и принял скорбный вид.

— Сестра, я прошу у тебя прощения. Но этих драконов было не остановить.

— Воздушник — твоих рук дело? — тут же взяла его в оборот Королева, наглости которой можно было позавидовать.

Что уж и говорить, разошлась!

— Они заявились во дворец и начали давить на то, что я родственник главного виновника. Что они вернутся обратно, если я не буду содействовать.

— А ты и поверил, — вздохнула Королева. — Эх, ты! А еще король.

— Как с бабушкой разговариваю, честно говоря, — признался Ричард.

— Такую бабушку еще заслужить надо, — осадила его Проныра. — Неужели ты до сих пор не понял, что мы нужны драконам не меньше, чем они нам?

– Вы знаете, уважаемая, я не имел чести общаться ни с одним из чистокровных драконов, кроме Габриэля, – с некоторым возмущением произнёс Ричард Первый. – А он, насколько я могу судить, отличается от остальных своей душевностью!

– Хороший дракон, – внезапно похвалила Андервуда-старшего Королева. – Хорошо воспитал сына.

Я невольно подалась в сторону Деймона, и, увидев моё движение, Ричард с удивлением спросил:

– Дорогая сестра, мне не кажется, что ты проявляешь симпатию к младшему Андервуду?

– Не кажется, Ваше Величество, – невозмутимо ответил за меня Деймон, беря меня за руку. – Я буду просить у вас руки Аллерисы.

– Что за дела творятся в моём королевстве без моего ведома! – воскликнул король, однако его недовольство было напускным. – Значит, можно сразу отклонять несколько предложений руки и сердца, которые поступили от драконов. Я пока ещё твой единственный опекун в Инфлане. Пусть подавятся!

– Что, уже налетели? – хохотнула Королева, и на сцену вышло новое действующее лицо – Сумрак.

Он возник из воздуха и уселся на шее Ричарда:

– Воздушник противный. А-Э-как-его-там… – поморщился мелкий дракончик.

Королева по-новому взглянула на него:

– Что успел узнать?

Сумрак отрицательно покачал головой:

– Ничего особенного. Делегация, которая заседает во дворце, между собой планами не делится. Как будто