Месть и любовь травницы - Эмма Серсанд

Я смотрела на его спину и думала о том, что, возможно, в этой жизни он будет не моим врагом.

Когда я вошла в покои господина, он уже ждал меня, сидел на краю кровати, нетерпеливо теребя пояс халата.

Увидев меня, он поднялся, и я заметила, как жадно скользнул его взгляд по моей фигуре.

— Линь Сюэ, — он подошёл ко мне, взял за руку. — Я ждал тебя.

Я склонила голову и мягко, почти незаметно высвободила руку, опускаясь на колени.

— Господин, — сказала я тихо. — Позвольте ничтожной говорить.

Он нахмурился, недовольный тем, что его прервали.

— Говори.

— Я взяла с собой травы на сегодня, но они лишь облегчают боль на короткий срок. Но мне хотелось бы приготовить для вас кое-что особенное.

Он заинтересованно подался вперёд.

— Что именно?

Я подняла на него глаза, делая самый невинный и доверчивый взгляд.

— Я хочу приготовить для вас эликсир. Это рецепт из самых редких книг моего отца, он укрепляет мужскую силу, продлевает жизнь и делает тело неуязвимым для болезней. Он поможет вам не испытывать боль как минимум неделю, а может быть и месяц.

Я притворно вздохнула, вкладывая в этот вздох всю свою печаль.

— Но для него нужны редкие травы, которые я, ничтожная служанка господина, не имею средств купить.

Он смотрел на меня с недоверием, но я видела, что его заинтересовало.

— Ты не врёшь? — спросил он, прищурившись.

— Я никогда не вру господину, — ответила я, склоняя голову. — Я всего лишь деревенская девушка, которая умеет работать с травами. Но если вы не верите мне, я могу ничего не делать. Я просто... я хотела вас порадовать.

Он помолчал, изучая меня, потом медленно улыбнулся.

— Хорошо. Я дам тебе столько серебра сколько нужно, но если ты обманешь меня...

— Я не обману, господин, — перебила я, делая вид, что испугалась. — Я клянусь своей жизнью.

Он кивнул, и я почувствовала, как напряжение покинуло комнату. Он сел на кровать и махнул рукой.

— Тогда иди. Готовь свои травы на сегодня, утром я распоряжусь об остальном.

Я поклонилась до земли и, пятясь, отошла к маленькой жаровне на столике в стороне.

Господин Пэй наблюдал за мной с кровати, опершись спиной о резное изголовье, и в его глазах горело предвкушение.

Я достала глиняную пиалу и начала медленно, почти ритуально раскладывать травы из мешочка на маленьком столике.

Каждое движение было выверенным, плавным, я знала, что он смотрит не столько на мои руки, сколько на изгиб моей шеи, на то, как спадает край халата с плеча, когда я наклоняюсь.

— Что ты делаешь? — спросил он, и голос его стал чуть хриплым.

— Сейчас я заварю для вас чай, господин, — ответила я, не поворачивая головы. — В нём будут травы, которые снимут боль в ноге на несколько часов, а потом, когда я куплю нужные ингредиенты, смогу приготовить эликсир, который сделает вас сильнее молодого тигра.

Он усмехнулся, и я услышала в этой усмешке удовольствие.

Я взяла щепотку сухих листьев, бросила их в пиалу, добавила коренья и залила кипятком из маленького медного чайника, стоявшего тут же, на жаровне.

Пар поднялся вверх, и комната наполнилась горьковатым, пряным ароматом.

— Господин, — я поднялась с колен и, держа пиалу обеими руками, подошла к нему. — Выпейте. Это согреет вас и успокоит боль.

Он взял пиалу, но не отпил, а посмотрел на меня поверх края, в его взгляде была жадность, что бывает у мужчины к женщине, или у ребёнка, который хочет съесть сладость целиком, не поделившись.

— Ты красивая, Линь Сюэ, — сказал он. — Намного красивее, чем я запомнил в первый раз.

— Я просто рада, что могу угодить господину, — ответила я, опуская ресницы.

Он усмехнулся и сделал глоток, потом ещё один. Я видела, как он расслабился, как опустились его плечи, как чуть заметно разгладилась морщинка на лбу, боль отступала.

— Вкусный чай, — сказал он, отставляя пиалу. — Горьковатый, но приятный.

— Я рада, что вам нравится, господин.

Я взяла пиалу из его рук, поставила на столик и повернулась к нему.

Он смотрел на меня, и я видела, что в его взгляде уже нет той острой, жадной потребности, вместо неё появилась мягкая, тёплая заинтересованность, как у человека, который не торопится, которому хорошо и спокойно.

Он протянул руку и коснулся моей щеки, пальцы в это раз были тёплыми и почти нежными.

— Подойди ближе, — приказал он.

Я шагнула вперёд, и он взял меня за руку, притягивая к себе, я не сопротивлялась, позволяя ему усадить меня на край кровати.

Он смотрел на меня с той же неторопливой, расслабленной нежностью, и я знала, что это действие травы уже начало своё дело.

Пальцы скользнули по моей руке вверх, к плечу, и я почувствовала, как он осторожно тянет край моего халата, обнажая кожу.

Я не отстранилась, не замерла, напротив, поддалась этому движению, позволяя ткани соскользнуть с плеча и открыть ключицы, бледно сияющие в свете масляной лампы.

— Твоя кожа... — прошептал он, и голос его стал глубже, хрипловатым от желания. — Она словно светится в темноте.

— Это просто лунный свет из окна, господин, — ответила я тихо, улыбаясь уголками губ.

Он наклонился, прикасаясь губами к моему плечу и я почувствовала его дыхание.

Я позволила себе выдохнуть тихо, расслабленно, будто мне было хорошо.

Его рука скользнула с плеча на спину, поглаживая, и он притянул меня еще ближе, я положила ладонь ему на грудь, чувствуя, как бьётся его сердце под тонкой тканью