Пробуждение пульса - Ксен Б. Корвин

Оно того не стоило. Без Софии вообще ничто не имело смысла. А если София выживет… Зора поживёт у неё. Возможно, даже наконец примет предложение стать соседками.

А если нет… Нет, об этом Зора думать не станет. Она была совершенно не готова даже приближаться к подобным мыслям.

С новой решимостью она крепче сжала одежду и направилась в ванную.

Полчаса спустя она уже приняла душ, оделась и слегка подкрасилась. Зора редко выходила из квартиры без макияжа, воспринимая его как своеобразную броню. Но тратить ещё полчаса на нанесение трёх слоёв чёрного кайала ей совершенно не хотелось.

По дороге в больницу, где лежала София, Зоре пришлось дважды пересаживаться: сначала с трамвая на метро, затем с метро на автобус.

Она думала, что готова увидеть Софию. В конце концов, она ведь видела её вчера, разве нет? Но стоило переступить порог палаты, как у неё всё оборвалось внутри. Монитор размеренно пищал в такт медленному сердцебиению подруги, а от её тела к аппарату тянулись трубки и провода. Вместо того чтобы успокаивать, всё это оборудование лишь делало состояние Софии ещё более пугающе реальным. Ещё более тяжёлым.

— Зора, дорогая. — Елена поднялась со стула возле кровати Софии, подошла к ней и нежно поцеловала в щёку. — Рада тебя видеть. С ней всё в порядке, состояние такое же, как вчера.

С трудом оторвав взгляд от хрупкой фигуры Софии, Зора посмотрела на её мать.

— Температура?

Елена покачала головой.

— Со вчерашней ночи не поднималась. Ей дают сильные антибиотики и противовоспалительные препараты. Благодаря им состояние остаётся стабильным.

— Вы настояли на дополнительных обследованиях? Потребовали выяснить, что с ней происходит?

Несмотря на усталость, отразившуюся на её лице, Елена сумела слабо улыбнуться.

— Ты же знаешь, что настояли. Рикардо сейчас наверху, разговаривает с директором больницы.

Зора кивнула. От таких настойчивых людей, как родители Софии, она и не ожидала ничего другого.

— Ей сделали какие-нибудь новые анализы?

Лицо Елены омрачилось.

— В больнице — нет. Но сегодня утром приходил детектив. Сразу после твоего звонка. Он потребовал взять у Софии образцы крови. Сказал, что это связано с расследованием.

Значит, полиция наконец-то взялась за дело. Возможно, стоит позвонить той женщине-детективу, которая её допрашивала. Вдруг она согласится чем-нибудь поделиться.

— Это хорошо, — пробормотала Зора. — Значит, они относятся к делу серьёзно. — Она подошла к Софии и вздрогнула, заметив, как сильно впали её щёки и какие глубокие тени залегли под глазами.

С бешено колотящимся сердцем Зора протянула руку. Положив ладонь на грудь Софии, она закрыла глаза и сосредоточилась. Врождённое чутьё, которым она обладала с детства, пробудилось и потянулось вперёд, словно невидимые пальцы. Она проникла своим восприятием в тело Софии, пытаясь найти ответ.

То, что она почувствовала, оказалось словно ударом под дых. Зоре пришлось приложить все усилия, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица.

София умирала. И дело было не только в ране на плече. Весь её организм отказывал, органы и системы разрушались с пугающей скоростью.

Зора открыла глаза. Теперь она внимательно посмотрела на подругу. Взяла её за руку, наслаждаясь теплом, которое ещё сохранялось в ней. Жизнью, которая всё ещё теплилась в её теле. В мыслях зародилось безмолвное обещание. Обещание сделать всё, абсолютно всё, что было в её силах, лишь бы София осталась жива.

Но времени у неё почти не осталось.

Осторожно опустив руку Софии на кровать, Зора повернулась к Елене.

— Мне нужно кое-что сделать. Провести собственное расследование.

Глаза Елены вспыхнули.

— Я знаю. Действуй, девочка моя. Если кто и способен докопаться до истины, так это ты.

Зора склонила голову набок, не в силах скрыть недоверие.

— Почему вы так в меня верите? Я ведь за всю жизнь не сделала ничего значительного.

Елена резко приподняла бровь, словно адвокат, оценивающий упрямого свидетеля.

— Зора, милая. Ты выжила. И продолжаешь выживать. — Елена шагнула ближе и обхватила её лицо ладонями. — Внутри тебя горит огонь, который ты никому не позволяешь увидеть. Ты постоянно пытаешься его спрятать, но я его вижу. И София тоже. Именно поэтому она не даёт тебе спуску.

Зора фыркнула, а затем шмыгнула носом.

Елена улыбнулась, и в её глазах заблестели невыплаканные слёзы.

— Она видит, на что ты способна. Мы все видим. — Она указала на дверь. — Иди. У тебя есть дело. А мы будем здесь.

На мгновение Зора позволила себе опустить защиту и крепко, порывисто обняла Елену.

— Я позвоню.

И ушла.

Кальман не брал трубку. Опять. Она набрала его номер, выходя из больницы, а потом ещё раз, пока ждала автобус, который должен был отвезти её через мост в сторону «Хемасин Биофарма».

— Ну дава-а-ай, ублюдок, — пробормотала она в телефон, когда двери автобуса со скрипом открылись.

— И вам доброе утро, мисс Хайнар. — Его голос снова прозвучал раздражённым рычанием, и Зора невольно расплылась в улыбке. Из-за шума оживлённого города она даже не услышала, как он ответил на звонок.

— О! Доброе утро, Спящая красавица! — Зора побрела по почти пустому автобусу и выбрала место поудобнее.

Из-за повисшей тишины она решила, что он сбросил вызов.

— Спящая красавица? — Ей казалось, что его голос уже не может звучать ещё более раздражённо, но, оказывается, может.

Зора получала небывалое удовольствие, действуя на нервы самому богатому — и, вероятно, самому ворчливому — мужчине в городе.

— Что, не нравится новое прозвище? Уже почти полдень, Фекете. Я в автобусе, еду к вашему исследовательскому центру.

Он снова ответил далеко не сразу.

— Я собирался вам позвонить. Желательно после того, как оденусь и приму душ.

От этой картины в голове возникли всевозможные непристойные мысли, в которые ей совершенно не хотелось углубляться.

— Время идёт, Спящая красавица.