Дом Льда и Теней - Шеррилин Кеньон

— Что?

— Я сейчас не пытаюсь затащить вас в постель, дорогая. Я уже отклонил полдюжины выгодных предложений весело провести ночь. Я предлагаю вам безопасное место, где вы сможете поспать до утра. Можете занять кровать. Я лягу на полу… в другом конце комнаты и буду спать в одежде.

— Зачем вам это?

Он стиснул зубы, когда нахлынули воспоминания. Но, как всегда, подавил их с непоколебимой решимостью. Его прошлое никогда не будет управлять им. Он не желал быть скованным этим грузом.

— Я видел ужасы того, что происходит с теми, у кого нет защитников. Я всего лишь хищник для тех, кто способен дать отпор с таким же мастерством или даже лучше. Верьте мне или нет — мне всё равно. Но если вы будете ночевать на улицах, стражники схватят вас, и исход будет печальным.

Гизела не знала, почему поверила этим словам. Доверие было ей так же чуждо, как любовь или доброта. Она не верила ни в одно из этих понятий.

Совсем.

У неё не было причин доверять ему. Да, он спас её, но это ничего не значило. Она жила при дворе Миры, где царило лицемерие. За услугу всегда требовалась ответная услуга, а потом тот, кому ты помог, без всякой причины предавал тебя.

Единственное, чему она доверяла в этой жизни, — это тому, что кто-то в любой момент может наброситься на неё. И часто без всякой причины.

«Не делай этого».

Но где ещё можно было переночевать? Конюшня не была бы безопасным местом. Любой мог прийти или уйти оттуда — и часто так и происходило. Она побывала во всех пяти гостиницах этого места, и ни одна не согласилась сдать комнату «такой, как она».

Завтра ей нужно было отправиться на Остров Зарока, чтобы начать поиски апбасвера. Для этого требовалась ясная голова, а значит — хороший ночной сон.

Но как она могла спать в одной комнате с этим мужчиной?

«Ты поступала и похуже».

Верно. И было бы неплохо поспать в кровати после целой недели в дороге, когда приходилось спать во влажных кустах, стараясь оставаться начеку и опасаясь нападения. В самом деле, ей было необходимо безопасное и комфортное место для ночлега.

Хорошо. Она будет настороже и проследит, чтобы он сдержал своё слово.

— Очень хорошо. Спасибо. За всё.

Он склонил голову, затем протянул руку, указывая на первую гостиницу, которую она посетила — «Фиолетовая лошадь». Ещё одно странное название, но кто она такая, чтобы судить.

Благодарная за его неожиданную доброту, она направилась туда.

Он пристроился рядом с ней, словно знал, что ей не нравится, когда кто-то находится у неё за спиной. Или, возможно, сделал это, чтобы успокоить её. Гизела заметила, что он держал руки скрещёнными на груди — подальше от своего оружия.

Но самым очевидным признаком была его неторопливая походка. Или, точнее, размеренная — это слово подходило лучше всего. У него была походка настоящего воина: плавная, уверенная и более сексуальная, чем ей хотелось бы признавать. Это был мужчина, уверенный в себе и своём месте в мире.

Тот, кто жаждал хорошей драки и не боялся поражения.

В нём также ощущалась утончённость. Это говорило о том, что он проводил при дворе столько же времени, сколько и она. Что совершенно не вязалось с его властным воинственным обликом. Большинство воинов являлись ко двору только по вызову и уходили, как только могли. Из-за сплетен и лицемерия они обычно избегали его любой ценой.

Однако она достаточно часто общалась с придворными, чтобы заметить: он обладал тем же аристократическим воспитанием, что и любой дворянин.

Это подтвердилось, когда они добрались до гостиницы и он открыл ей дверь, пропуская её первой. Он определённо прошёл формальное обучение этикету.

Когда они пересекли почти пустой зал таверны и направились к лестнице, их окликнул резкий голос:

— Эй! Что вы делаете?

Её спутник остановился и взглянул на огра, которого она приняла за хозяина этого места.

— Направляюсь в свою комнату.

— Мы здесь не принимаем таких, как она. Пусть она немедленно выметается отсюда.

Её спутника окутала смертоносная аура — такая, которую она даже не могла описать. В его теле и выражении лица почти ничего не изменилось, лишь едва уловимая жёсткость… но это было безошибочно узнаваемо.

И пугающе.

Хозяин гостиницы заметно сглотнул.

— Я… э-э… то есть, мы обычно не принимаем таких, как она. Но для вас, милорд… Просто держите её подальше от глаз других гостей, милорд… п-пожалуйста.

Не говоря ни слова, он мягко взял её за локоть и проводил к лестнице.

— Почему вас все так боятся? — спросила она.

Судя по едва заметному подёргиванию губ, его вопрос позабавил.

— Я страшное существо. Разве вы не заметили?

С этим трудно было поспорить.

— Дело не в этом. Есть кое-что о вас, что они знают… и я чувствую, что тоже должна это знать.

Он приподнял бровь, словно оспаривая её утверждение.

— Я не спорю — вы умеете вселять ужас. Но их реакция… это нечто большее. Кто вы на самом деле?

— Сегодня вечером я буду вашим соседом по комнате. Это всё, что вам нужно знать.

Он остановился у второй двери слева и открыл её.

Гизела вошла внутрь и замерла. Кровать была гигантской — скорее подходящей для огра или тролля — и вся усыпана подушками. Но беспокоило её не это.

В комнате уже был ещё один обитатель, закутанный в чёрный плащ с капюшоном, украшенный тяжёлой золотой вышивкой. Судя по всему, это были алхимические символы. Она едва не врезалась в него.

Из складок плаща высунулись две руки в доспехах, чтобы опустить капюшон.

Её первой мыслью было, что он родом из Тенмару — северного королевства, населённого ёкаями, тэнгу и они. Но у него были эльфийские уши. У жителей Тенмару обычно были рога или другие признаки, отличающие их от людей, фей и эльфов. Единственное, чего, насколько ей было известно, у них никогда не было, — это заострённых ушей.

С другой стороны, его доспехи определённо принадлежали армии Тенмару, как и черты лица. Тёмные, глубоко посаженные глаза были по-своему очаровательны, а лицо — столь же совершенным, как у её неизвестного спутника.

— Вы пришли посмотреть на роджи-но-акуна? — спросил он с сильным акцентом.

Его вопрос заставил её нахмуриться.

— Мне не знаком этот термин.

— Уличный демон, — произнёс Заудин у неё за спиной,