Уговор света и тьмы - Дарья Весна

Так или иначе — ребята на постах тоже ничего не заметили. А время упорно подкрадывалось к полуночи. Луна была яркой, как никогда. Если бы не собирающаяся гроза — светила бы вовсю.

Интересно, чем там занимаются Лея с Эдо, если, по словам эльфа, собирались учиться обращаться с Создателем погоды? Не ссорятся ли они часом — вон какое хмурое небо. Хотя нет, настроение на погоде отражается только у стихийного мага, Лея же управляет погодой через Создателя, а не напрямую. Пытаются утащить друг у друга тучки? Или столкнулись ручонками над столицей — молнии полетели?

Васил покривился. А вот такого ему точно не нужно. Остаётся надеяться, что это только его скверные фантазии и к реальности они никакого отношения не имеют.

* * *

Когда Император коснулся гладкой поверхности двери в Северную башню, полночь стояла на пороге.

— Надо же! Ты всё-таки нашёл способ запереть её в комнате? — неприятный скрипучий голос мог принадлежать только одному существу.

И это существо стояло напротив окна первого этажа, почти прозрачное в лунном свете, мелькающем через круговерть туч.

Император спокойно рассматривал нежить.

Чем дальше от дня последней трапезы, тем больше умертвие похоже на себя, всё ближе к своему истинному обличию. И сейчас перед ним был невысокий старик, с длинными седыми космами. Но без всякого намёка на бороду. На узком лице змеилась презрительная улыбка. Руки с длинными когтями сжимались и разжимались в предвкушении. Нежить была голодна, и ей не терпелось впиться когтями в живую плоть.

Васил спокойно зашёл в башню и закрыл за собой дверь.

— Ты мне не нужен, уходи, — прошипел Иванн. — Давай сюда девчонку.

— Тебя прислал мой отец? — спокойно спросил Васил, уже подтягивая заготовленную нить заклинания.

— Я не на посылках у князя Тьмы, — хохотнуло умертвие.

— Тогда почему пытаешься забрать то, что принадлежит его сыну?

— Я собираюсь забрать её, чтобы она никогда не принадлежала тебе! — осклабился Мерсье.

— Чтобы она никогда не принадлежала мне? — неверяще переспросил Васил. — Но если не мой отец, то кто? Кто пытается отобрать у меня Лею? — последние слова он старался произнести настолько ровным тоном, насколько мог.

Сейчас ему приходилось пускать в ход всё хладнокровие, что у него было и отточенные годами навыки ведения бесед с личностями, на которых больше всего охота набросится — с врагами.

— Нельзя отобрать то, что тебе не принадлежит. Он не хочет отдавать её тебе, — сверкнул глазами Иванн.

— Главное, чтобы она сама этого хотела, — отрезал Васил. — Быть со мной.

— Кого же волнует, чего хочет какая-то девчонка? — скабрезно ухмыльнулся Иванн. — Кто сильнее, тот берёт!

— Нет, она сама выбирает, — спокойно сказал Император.

— А если она выберет не тебя? Отпустишь? — съехидничало умертвие.

— Да, — нервно и быстро сглотнул Васил. — Как бы там ни было, если Лея захочет — отпущу.

— Давно таким добреньким стал? — усмехнулся Мерсье.

— Нет, недавно. С тех пор, как встретил её, — твёрдо ответил Васил.

— Не слишком ли быстро ты образумился? — поинтересовался Иванн.

Нападать он пока не пытался, даже руки были опущены. Острые когти замерли, словно не они минуту назад норовили поскорее вцепиться в живую плоть.

— Слишком много совершил ошибок. И до и после встречи с ней, — внезапно признал Васил со спокойной душой.

— А если ты снова сделаешь слишком много ошибок, и она тебя не простит? — прошипел Иванн.

— Мы все ошибаемся, это неизбежно. Но в таком случае, я буду надеяться, что она окажется умнее меня, — отмахнулся Васил, который для себя всё давно уже решил и осознал. Умертвию сейчас было нечем его зацепить. — Скажи, почему ты хочешь её убить? Нет никой третьей стороны, и не было никогда. Убить Лорелею — только твоя цель, иначе не разговаривали бы мы сейчас так долго. Это твоя цель или части тебя — одного из тех, кого ты поглотил за долгое время жизни. Маги не становятся умертвиями, но я ощущаю в тебе её, значит, однажды ты поглотил того, кто взял верх над сонмом прочих неживых, потому что оказался сильнее всех. Так кто ты теперь? И что тебе нужно от Лорелеи на самом деле? Назови своё имя, я знаю, ты ещё не забыл его.

Умертвие только сверкнуло белесыми глазами и наконец-то кинулось на Васила. Император вытянул руку, создавая магическую преграду между собой и нежитью. Сколько ни бился Мерсье, он не смог её одолеть.

Кривые когти потянулись к Императору, и умертвие снова попыталось вытянуть магию из чародея. Но у него ничего не вышло, магия вливалась в него безумным потоком и в тот же миг утекала обратно. В отчаянии Иванн взвыл. Но ни единого звука не донеслось из башни. Звуконепроницаемые чары Кифор навёл здесь ещё вчера.

Васил стараясь не расслабляться, швырнул Мерсье на пол, когда тот немного утихомирился. Первая задумка сработала идеально.

— Как ты смог? Как ты смог не поддастся? — завыл-завопил, сорвавшийся Иванн.

Его злая сила дала сбой, а тёмные меньше всего любят проигрывать.

— Подключился к универсальному источнику магии — Моей земле, — усмехнулся Император. — Видишь ли, я маг земли, а у меня её о-очень много. И сегодня она откликнулась охотно, как никогда.

Иванн дёрнулся. Даже такое древнее умертвие не может знать всех тайн чужих царств.

Князья Василийские всегда были магами земли, пусть и не афишировали это свойство. Придя на новую территорию, они начали приручать её — сначала очистив от скверны, потом привязав ритуалом, затем защищая и расширяя свои границы. Но Васил никогда раньше так хорошо не чувствовал и часть Карпатии. Присоединённый край всегда подчинялся лишь в тяжёлую годину, пусть и неохотно, но сегодня его сила легла в руки, как заговорённая. А как бы ни тянуло умертвия магию, столько ему не переварить. Вся украденная им у Васила магия тут же уходила обратно в землю, а потом снова послушно текла в руки Императора.

— Так Кто Ты на Самом Деле? — держа руки наизготовку, спросил Васил. — Как твоё имя?

— Меня зовут… Эдо, — зло бросил тёмный маг.

Императору на какое-то мгновение показалось, что умертвие просто-напросто издевается. Но псевдо-Иванн продолжил своё злое покаяние.

— Эдолеар Тёмный, — представился он, наконец, полностью.

Васил криво улыбнулся. Не очень-то хотелось обращаться к врагу, называя его именем лучшего друга.

— И какое же отношение ты имеешь к Эдолиэлю? — почти бесстрастно поинтересовался Император.

— Прямое. Он мой внук, — осклабился Эдолеар Тёмный. — И ты не поверишь, я слежу за его жизнью.

— И что же тебе нужно от моего придворного мага? — всё так же ровно вопросил Васил, не ведясь на уловки тёмного.

— Она твой придворный маг лишь временно. Уверен, когда Эдолиэль предложит девчонке выбор, она выберет не тебя! То, что может предложить ей Светлый лес бесценно. Вечная жизнь, тайные знания, друзья, которые понимают с полуслова. И свободу… свободу быть собой.

— Не слишком ли ты хорошо знаешь девушку, которую увидел в замке впервые? — поинтересовался Васил.

— Мне ли не знать, что она почувствовала, получив мои мечи, — прищурился бывший эльф. — И да, я слишком долго жил на этом свете, чтобы не научиться читать чужие души. Или ставить заклинание на кровного родственника, глазами которого незаметно можно увидеть многое.

— Тогда почему? Почему ты хочешь убить её? — нахмурился Император.

— Я никогда не хотел убить её, только взять немного магии. А, ну ещё рассчитывал, что она сбежит из этого места, куда глаза глядят. Я бы и подсказал куда.

— Тогда ты понимаешь: Лея в безопасности, с Эдолиэлем, и сбегать никуда не собирается. Ты проиграл, — уверенно сказал Васил, внутренне готовясь, что умертвие вот-вот сорвётся и нападёт.

— Нет, я просто пришёл убить тебя. И она станет свободна в своем выборе.

— Тогда попробуй убить меня, — не стал тянуть Васил.

Тот, кого некогда называли Эдолеаром Тёмным, улыбнулся тонкими губами, но вместо того, чтобы броситься на противника и попытаться разорвать острыми когтями, внезапно материализовал в руках тонкий клинок, напитанный безмятежным светом.

Васил спокойно призвал родовой клинок. Синяя, неслышно звенящая для всех кроме владельца, сталь легла ему в руки. Император ожидал и такого поворота — его клинок был специально зачарован на борьбу с нечистью. Светлого клинка