Племянница из провинции - Дина Зарубина
– Зеркало, дура! – Эллибет улыбнулась своему отражению. Великолепна, как всегда. – Проси!
Низкорослый и плюгавый чиновник извинился за вторжение и помеху отдыху блистательной принцессы.
– Простите, ваше высочество, вы сегодня не выезжали в город?
– Я? Нет. Я весь день провела в парке, он прекрасен.
Дон Меер мельком посмотрел на штатное кольцо-артефакт. Камень стал розовым. Впрочем, он и так знал, что принцесса лжет. Стража у ворот, лакеи в холле, садовник в парке, стайка фрейлин, как минимум пятнадцать человек видели, как принцесса выехала из дворца.
Только карету приказала оставить на набережной, а сама пересела в наемную. Кучер запираться и не подумал, он ничего противозаконного не совершил, ему платят, он везет. Мало ли что бывает, жена за мужем следит, муж за женой, невеста за женихом, ему-то какое дело?
– Не могли бы вы уточнить, все ли ваши служанки на месте?
Эллибет слегка приподнялась и хлопнула в ладоши.
Девушки впорхнули в комнату и дисциплинированно выстроились в шеренгу. Глаза в пол, руки на животе.
– Алья, кого-то нет? – Медовым голосом спросила Эллибет.
– Умоляю простить, ваше высочество! – бросилась на колени старшая. – Вы изволили отослать Рафию с поручением, она до сих пор не вернулась. Ее с обеда не видели!
– Ты ошибаешься, Алья. Я никуда ее не отправляла, – смоляная бровь чуть приподнялась. – Дон, моя служанка исчезла! Как это могло случиться? Разве мои девушки не в безопасности здесь, во дворце? Рафия такая юная, ей всего пятнадцать!
Врет, как сивый мерин. Впрочем, это не помешало дону Мееру низко поклониться и горячо заверить, что ее служанка непременно будет найдена. (или ее тело в мешке на излучине реки, как оно часто и бывает с болтливыми или неугодными слугами).
– Шинъяр!
– Что будет угодно приказать солнцеликой принцессе? – Сотник опустился на одно колено.
– Ты видел Рафию после обеда?
Шинъяр пересчитал глазами служанок.
– Нет, госпожа, я ее не видел.
– Ах, Шинъяр, девушка пропала, я беспокоюсь за нее!
– Я немедленно начну розыски, госпожа.
– Полагаю, нам будет удобнее искать вместе, уважаемый, – влез дон Меер. – С вашего позволения, ваше высочество.
Принцесса милостиво склонила голову.
30
Не спалось. Я извертелась на огромном полигоне, которое тут ошибочно называли кроватью. Следовало признать, что меня купили с потрохами. Эта мысль не давала мне покоя.
Принцы обещали государственную ренту, равную графскому доходу, сохранение частной жизни, раз уж мне так приспичило, но взамен я обязана стать настоящей женой Даэнира и оставаться ею минимум десять лет. Появляться в столице два раза в год, на Перелом года и Праздник Урожая, посетить бал и прием. Хорошо, хоть рожать не требовали. Но это объяснялось просто: черные маги совершенно не размножаются без обоюдного желания участников процесса.
Я облегченно вздохнула. Хоть что-то хорошее. Родить и бросить свою кровиночку во дворце на чужих людей мне совершенно не улыбалось. Но вот остальное… стать женой. Подтвердить брак. Лечь в постель с гадом, сломавшим мне жизнь?
Мне очень деликатно напомнили, что не забесплатно. Собственно, чем это отличается от обычного договорного брака? Все мои подруги по пансиону давно замужем и вовсе не по горячей любви.
Я ощутила себя вещью и так гадко еще никогда себя не чувствовала. С другой стороны, будто наяву увидела свое поместье, наливающиеся яблоки, многие акры ухоженных садов и сердце заныло, так хотелось вдохнуть яблочный аромат. Весь Нейл-Касл пропах яблоками. Все бы отдала, чтоб снова попробовать мамин яблочный пирог!
Если отбросить эмоции, мешающие думать, то все не так уж и плохо. Я и раньше считала, что молодой, красивый муж-маг – это лучшее из всех вариантов, предложенных судьбой.
Баронесса Сандлер выбрала бы мне мужа, исходя из собственной выгоды, и пожилой вдовец с шестью детьми занимал бы в этом списке лидирующее место. Пожилой! Ха! Тетка на полном серьезе весной спросила, не хотела бы я стать графиней H’Оруа, графу на тот момент было всего-то семьдесят два. Не возраст для мужчины, нет, совсем не возраст. Она даже дала предварительное согласие! Я не стала графиней только из-за безвременной кончины графа, обкушавшегося в гостях чем-то чересчур жирным и тяжелым.
Все продаются, рано или поздно, женщинам приходится делать это чаще мужчин, и если уж совсем цинично рассуждать, мне положили самую высокую цену. Никто столько не предложит за нищую провинциальную дворяночку. Тут вон катабская принцесса из платья выпрыгивает, на все готовая!
Разумеется, я сказала «да». Там же, на террасе, под мигающими фонариками. Слезинку утерла незаметно и согласилась.
Только потребовала заключения договора. Желающих много, доходов мало, государственная рента на дороге не валяется. Принцы переглянулись и согласились. Но оговорили, что об этом договоре никто никогда не должен узнать. Особенно король. Он старый и больной, пусть пребывает в уверенности, что старшему сыну сказочно повезло и его полюбила хорошая девушка. Сама и совершенно добровольно. Практически бескорыстно!
Уснула я под утро, совершенно измученная совершенной сделкой с совестью.
Утро пришло вместе с королевскими портными. Мне требовалось придворное платье. Роскошное и достойное принцессы.
– Желток, изумруд, фуксия, малиновый, бирюзовый, синий?
– Разве малиновое можно носить девушкам?
Девушки носят нежные, пастельные тона, говорила тетка Дорина, отдергивая от Кристины алый шелк в лавке. Только куртизанки могут носить такие цвета и непристойно короткие платья до середины икр, порядочные девушки вызовут осуждение общества. Быстро прикусила язык, чуть перед портным не выдала себя! Я замужняя, мне теперь все можно. Все, что разрешит супруг.
Остановились на лазурном с серебряными лентами.
– Сюда нужен будет голубой жемчуг, – заявил портной.
Такой бывает? Я слышала о золотистом и розовом, у магистра в приборе видела черный, но голубой? Решила промолчать.
– Редчайший оттенок пастельно-голубого тона, такой жемчуг добывают только в заливе Суакин Сингайского моря. Еще реже встречается аквамариновый жемчуг сорта гамбела, его привозят из южных морей.
– А обычный разве нельзя? К голубому обычный белый вполне подходит.
– Обычным мы разошьем платье. Сделаем розетки, а