Дом Льда и Теней - Шеррилин Кеньон

Сократив расстояние между ними, она приподняла подбородок и улыбнулась.

— Вам что-то нужно, мой господин?

Его взгляд потемнел. Он притянул её к себе и завладел её губами.

Гизела застонала от силы его поцелуя. И подумать только — ещё сегодня она боялась, что он может не выжить. Но в этом поцелуе было слишком много силы, чтобы он действительно серьёзно пострадал.

Её храбрый тролль будет в порядке.

Не прерывая поцелуя, он отступал к кровати, пока не сел на неё, усадив Гизелу к себе на колени.

Она тут же отстранилась.

— Осторожнее, Зи. Ты можешь себе навредить.

— Мне всё равно, — выдохнул он, снова притягивая её губы к своим, чтобы лишить её способности думать.

Сердце Гизелы забилось сильнее от его слов и от ощущения его языка, скользнувшего навстречу её языку. Тёплый, мужественный запах заполнил её сознание, пока она проводила руками по его стальным бицепсам, которые напрягались под её ладонями, словно приглашая прикоснуться к его силе.

Что этот тролль делал с ней?

Рядом с ним её бросало то в жар, то в дрожь, и ей всё время хотелось быть ближе, хотя где-то глубоко в душе она знала: именно он представлял величайшую опасность для её жизни. Для того, что она должна была сделать ради своей матери.

Но теперь она была потеряна. Потеряна в жаре его прикосновений, пока стягивала с него кожаный камзол, а затем он сам снял тунику.

Она провела ладонью по мускулистой груди, чувствуя, как мышцы перекатываются и напрягаются под её рукой. И ей хотелось большего.

Уложив его на спину, она быстро сняла с него сапоги и брюки, а затем снова припала к его губам.

Заудин взял её руку в свою и направил вниз, вдоль своего тела, пока она не почувствовала под ладонью его напряжённую плоть.

— Каждый раз, когда я рядом с тобой, Гизела, я могу думать только о том, как снова оказаться внутри тебя, — хрипло прошептал он ей на ухо. — О том, как ты прикасаешься ко мне, пока я не теряю голову от наслаждения.

Гизела наслаждалась звуком его голоса у самого уха и ощущением его тела под своей рукой. Она провела пальцами до самого кончика, чувствуя его влажность. По его телу прошла дрожь, и она ощутила её всем своим телом.

Ей было трудно поверить, что этот огромный тролль, способный убить одним ударом, может быть с ней таким нежным. Что он способен держать её вот так и заставлять всё её тело гореть от желания.

И всё же это было так. Рядом с ним она задыхалась и слабела. И одновременно чувствовала себя способной взлететь. Никто и никогда не заставлял её испытывать то, что она чувствовала рядом с ним.

— Я так рада, что ты не погиб, Зи.

— Правда?

Она кивнула, глядя в его тёмные, почти звериные глаза.

— Если бы ты не выжил, я бы воспользовалась одним из зелий Кандары, чтобы вернуть Гарина к жизни. И тогда могла бы избивать его целую вечность.

На его губах появилась такая очаровательная улыбка, что Гизела не смогла сдержать ответную. Он слегка прикусил её подбородок, одновременно скользнув руками по её спине к бёдрам.

Гизела резко втянула воздух, когда он поднял край её сорочки, обнажая её тело перед жадными руками. Она глухо зарычала, когда его ладонь нашла место, которое уже пульсировало от желания.

Заудин стиснул зубы, чувствуя её тепло на своих пальцах. Как же ему хотелось отстраниться…

Но он не мог ей сопротивляться. Он пристрастился к ней так, как никогда не мог себе представить, и сейчас ему необходимо было оказаться внутри неё.

Более того, он должен был обладать ею — и убил бы любого, кто попытался бы им помешать.

Она была воздухом, которым он дышал.

Не обращая внимания на боль в ранах, он осторожно притянул её к себе и погрузился в её тепло. Закрыв глаза, он просто наслаждался ощущением её тела, окружавшего его.

Он мог бы остаться внутри этой женщины навсегда. Рядом с ней внутри него воцарялось какое-то незнакомое спокойствие. Будто мир переставал быть несовершенным.

И он сам тоже.

Это была безмятежность, о существовании которой он даже не подозревал. И всё это благодаря одной убийце. Это совершенно не имело смысла.

Но чувства редко имели смысл.

Гизела ахнула, ощущая, как всё её тело наполняет присутствие Заудина. То, что она чувствовала к нему, пугало её. То, что они делали, было безумием, учитывая, кто они и по разные ли стороны стоят.

Она была убийцей. Он — охотником за головами.

И всё же она не могла противиться желанию своего тела быть с ним. Желанию сердца быть рядом с ним. Успокоить этого мужчину, в чьих глазах всегда таилась мука — словно в штормовом море, навсегда лишённом солнечного света.

Он направлял её руками, показывая, как двигаться, чтобы доставить удовольствие им обоим. Она внимательно следила за его лицом и гадала, отражается ли на её собственных чертах то наслаждение, которое он ей дарит.

Его дыхание участилось. Он прикусил губу и глухо застонал, побуждая её двигаться быстрее.

— Вот так, любимая, — прошептал он, когда она нашла ритм, который нравился им обоим.

Заудин обхватил её лицо ладонями, позволяя ей самой задавать темп и отдаваясь своему желанию просто смотреть на её прекрасное тело, пока от одного этого зрелища не кружилась голова.

Однако меньше всего ему хотелось, чтобы она смутилась, если кто-нибудь вдруг прервёт их.

Закрыв глаза, он установил защиту на комнату, надеясь, что Кандара не станет настолько невежливой, чтобы нарушить его чары и войти. Масакагэ точно знал бы, что делать не стоит.

Его сестра…

Гизела повернула лицо в его ладонях и поцеловала внутреннюю сторону его запястья. От этого жеста его сердце забилось быстрее.

Она была невероятной. Поистине неожиданным сокровищем.

Он почувствовал, как её тело напряглось, и улыбнулся, когда она достигла вершины наслаждения. Это было самое прекрасное зрелище, которое ему когда-либо доводилось видеть. Её стоны наполняли его слух и согревали до самой глубины души.

Притянув её к своим губам, он заглушил её голос поцелуем, чтобы никто больше не услышал, и приподнял бёдра, усиливая близость между ними. Проникая, как можно глубже.

Он чувствовал, как её сердце бешено бьётся о его грудь, пока держал её и отдавался охватившему их наслаждению, пока наконец сам не достиг разрядки,