Ненужная жена. Любимая генерала Севера - Ангелина Сантос
— Достаточно для одного перехода, — сказал Рейнар.
Я подошла к нему, пока Бранн отдавал последние распоряжения.
— Мне не нравится ваш план.
— Мне тоже.
От неожиданности я посмотрела ему в глаза. Он едва заметно улыбнулся.
— Если бы существовал безопасный способ, я выбрал бы его.
— Вы уверены, что коридор выдержит драконью форму? В ней вы отдаете больше тепла.
— Смотрители рассчитали запас. Я не стану дышать пламенем, если не потребуется. Оно здесь только ускорит потерю сил.
Я кивнула. Пламя стального дракона могло нагревать металл, но не создавать безграничную энергию. Во время Стужи Рейнару пришлось бы отдавать собственное тепло быстрее, чем он способен его восстанавливать.
— На другой стороне не задерживайтесь, — сказала я.
— Постараюсь.
Я хотела попросить его пообещать, что вернется. Произнести что-нибудь, что люди говорят в подобных случаях и чему потом старательно верят. Но вспомнила наши разговоры и поняла, что не хочу слышать от него неправду, даже красивую.
Вместо этого поправила застежку защитного ремня у него на плече. Рейнар накрыл мою руку своей.
— Нора. Ты знаешь, что делать, даже если связь со мной оборвется.
— Знаю.
— Тогда занимайся маяками, а не мной.
Я невесело улыбнулась.
— Очень удобный приказ. Жаль, что я больше не ваша подчиненная.
Он коснулся губами моего лба и отступил.
— После всего поговорим.
Рейнар направился к дальнему краю площадки. Солдаты разошлись, освобождая место. Я знала, что превращение дракона требует пространства и не должно происходить среди людей, поэтому осталась за каменным ограждением вместе с Иваром и двумя офицерами.
Сначала я почувствовала жар, хотя холодный ветер продолжал проникать под воротник. Потом воздух дрогнул, и человеческая фигура исчезла за огромным изгибом темной чешуи.
Перед нами стоял дракон.
Гораздо крупнее, чем я представляла: широкая грудь, длинная сильная шея, четыре лапы с массивными когтями. Чешуя была не черной, а цвета стали, нагретой и потом охлажденной, с тусклыми серебряными полосами вдоль спины. Между темными пластинами просвечивало тепло. Огромные крылья раскрылись над площадкой, и снежные крупинки с шорохом посыпались с камня.
Мик, которому все-таки разрешили стоять у дальнего ограждения, произнес одними губами:
— Ничего себе.
Ивар осторожно толкнул его локтем, чтобы парень отошел от края.
Бранн с солдатами подтянули транспортную раму к грудным ремням дракона. Замки защелкнулись, груз остался неподвижным. Рейнар повернул голову в нашу сторону. Его светлые глаза узнаваемо задержались на мне.
Потом пришел сигнал с шестого маяка: два коротких золотых всполоха.
Дракон разбежался по площадке и поднялся в воздух.
Первый взмах крыльев был тяжелым. От него меня едва не сбило с ног. Второй вынес Рейнара над ограждением, в просвет между скалами. Он летел низко, почти вдоль стены ущелья. Под ним темнела река, не полностью скованная льдом благодаря глубинному теплу.
Я прижала ладони к камню и следила, как он пересекает расстояние, которое утром можно было проехать за несколько минут.
На середине пути белая пелена поднялась выше.
— Ветер изменился, — сказал Ивар.
С шестого маяка пришел новый сигнал. Защитный коридор по-прежнему держался, но его верхняя кромка опускалась. Рейнар заметил это и сложил крылья, быстро теряя высоту, чтобы остаться ниже опасной границы.
Он почти достиг противоположной площадки, когда со скального карниза сорвался кусок магического льда.
Я увидела его как короткую белую вспышку. Рейнар резко повернул корпус. Груз не задел камень, но правое крыло прошло по острой кромке. Даже с нашего расстояния было видно, как дрогнула перепонка.
— Рейнар! — выкрикнула я.
Он не мог услышать. Да и не помог бы мой крик.
Дракон тяжело опустился на платформу Западной арки. На мгновение исчез за снежной пылью, потом над камнем поднялась его голова.
Бранн схватил переговорную пластину.
— Западная арка, доклад!
В ответ раздался треск.
— Груз доставлен! Снимаем крепления! Генерал поврежден, но в сознании. Правое крыло. Начинаем укрытие!
Я закрыла глаза и только тогда поняла, что все время держала дыхание.
— Ему нужна Тесса, — сказала я.
— Уже предупредили лазарет, — ответил Бранн. — На той стороне есть теплый служебный тоннель. Через него можно вывести людей к нижней дороге, если площадка останется защищенной.
Я посмотрела на темный склон. Дракон уже исчез из вида. Теперь нужно было верить словам тех, кто находился рядом с ним, и заниматься работой, ради которой он рисковал.
— Передайте механикам на арке, — сказала я, — сердечник устанавливать только после проверки креплений. Мы не выдержим второго отказа.
Бранн повторил распоряжение. Я заставила себя отвернуться от ущелья и вернулась в мастерскую.
Третий резонатор запустили не сразу.
Механики Западной арки сняли транспортную раму, проверили сердечник и обнаружили небольшое смещение одного из крепежей. Во время резкого снижения дракона металлический обод ударился о раму. Сам проводник остался цел, но запустить узел без исправления крепления означало рисковать всей цепью.
Мы ждали, пока двое саперов разберут защитный чехол и подгонят замок. Ивар все это время держал открытой связь, а Мик следил за часами.
— Правый упор переместите на два деления, — объясняла я по переговорной пластине. — Не пытайтесь затянуть его сильнее. Нам важно, чтобы сердечник расширялся при нагреве и не давил на корпус.
— Принято, — отозвался незнакомый механик. — Проверяем свободный ход.
Через несколько минут пришло подтверждение.
— Готово. Проводник стоит в оси. Сопротивление соответствует вашему расчету.
Ивар посмотрел на меня.
— Начинаем?
Я открыла последний лист с последовательностью переключений.
— Сначала пробный ритм без подключенных маяков. Потом проверка трех старых клапанов. Если все устойчиво, подключаем отдельные управляющие входы первого, второго и третьего маяков. Только сигнальные, через разделители. Основные тепловые линии не трогать.
Он повторил команды для всех постов.
Первый удар пришел с крепостной звонницы.
Ответил городской колокол.
Потом, после долгой паузы, бронзовый голос Западной арки.
Не такой громкий и ровный, как первые два. Более низкий, с легким дрожанием. Но контрольный прибор показал ответ.
— Третий узел слышит, — тихо произнес Мик.
Я поправила его:
— Принимает сигнал. И записывай задержку.
Он опустил глаза в журнал.
В первых трех циклах разброс оказался слишком велик. Из Западной арки приходил сигнал с опозданием почти на секунду. Ивар уже собирался уменьшить общую частоту, когда Мик поднял руку.
— Подождите. Там ведь старая шестерня с обратным зубом.
Я повернулась.
— Что?
Он показал чертеж, который сам перерисовал накануне.
— У первых двух звонниц привод поворачивает пластину по часовой стрелке. На Западной арке после ремонта использовали шестерню от другого механизма. Там поворот обратный. Сигнал приходит не поздно — сначала выполняется лишний ход, прежде чем упор дойдет до рабочего положения.
Ивар быстро сравнил рисунки.
— Чтоб тебя. Верно.
— Можно