Gold Dust Woman - Мэнди Бэкс

— Пожалуйста, просто скажите.

Китти проводит пальцами по волосам и вздыхает, собираясь с мыслями, а затем приглаживает серебристое каре, возвращая ему привычную гладкость.

— Это называется связыванием душ. Заклинание, которое связывает две души воедино.

— Звучит не так уж плохо.

— Оно необратимо. Если оно совершено, отменить его уже нельзя, и ваши с Тристаном судьбы будут связаны. Навсегда.

Я смотрю на Тристана, и его серый взгляд встречается с моим. Кажется, я и без слов знаю, что он ответит. Он любит меня с такой окончательностью, какой я никогда раньше не испытывала. Если попросить его связать свою душу с моей на вечность, не думаю, что он хоть на секунду задумался бы, прежде чем сказать «да».

— Поверь мне, — говорит он. — Навсегда — это очень долгий срок.

Он прав. Мы знакомы всего несколько месяцев. Возможно, так быстро давать столь серьезное обещание на всю жизнь — безрассудство. Но сейчас я смотрю на него, на его красивое лицо, на то, как он смотрит на меня, будто именно я подвесила луну в небе… и думаю, что уже знаю ответ.

Так же, как Бомонт-Мэнор всегда предназначался мне, мне предназначался и живший здесь призрак. Тристан — мой дом в той же мере, что и сам особняк.

Я улыбаюсь и касаюсь его лица, игнорируя то, как моя рука проходит сквозь него, словно сквозь пар.

— Мне нравится идея «навсегда».

— Не спешите, голубки, — вмешивается Микки. — Это еще не все.

Мы с Тристаном снова обращаем внимание на тетушек.

— Когда мы говорим, что ваши судьбы будут связаны навсегда, это не какая-то абстрактная метафора. Заклинание сохранит вас обоих в человеческом обличье и не даст умереть естественной смертью. Но если произойдет несчастный случай или кто-то заболеет, и один из вас погибнет, второй тоже умрет, — объясняет Китти.

— Некромантия всегда требует жертвы. Большинство заклинаний устроено так же, — говорит Микки. — В этом заклинании жертвой станет ваша самая священная независимость.

Я открываю рот, чтобы сказать, что мне все равно, что я сделаю что угодно ради будущего с Тристаном, но Китти поднимает руку, останавливая меня прежде, чем я успеваю заговорить.

— И это если заклинание сработает, — говорит она, бросив взгляд на Микки и продолжая: — Это заклинание сложное. У нас не так много опыта с подобными вещами. Я не могу гарантировать, что у нас хватит сил его провести.

— То есть, если не получится, мы просто попробуем еще раз? — спрашиваю я, возможно, слишком сильно надеясь на лучшее.

— Нет, дорогая.

— Если оно не сработает, ты умрешь, — говорит Китти.

— Нет, — вмешивается Тристан.

Он не произнес почти ни слова с тех пор, как мы сели за стол, поэтому звук его глубокого голоса и твердый, безоговорочный ответ заставляют всех нас замолчать и мгновенно сгущают напряжение в комнате.

— Прости, — он немного смягчает голос и качает головой. — Если шансы лучше с заклинанием отправления, значит, именно его нам и следует использовать.

— Тристан, заклинание связывания душ дает нам шанс на будущее вместе.

— Навсегда — это огромная ответственность, Деми.

Ох.

Огромная ответственность.

От этих слов внутри меня все леденеет: кожа, кровь, весь мой мир. Неужели я совершенно неправильно все поняла? Неужели слишком глубоко погрузилась в туман, вызванный окситоцином? Слишком легкомысленно и самоуверенно делала выводы о мужчине, с которым встречаюсь, вместо того чтобы видеть его таким, какой он есть, — как всегда? Точно так же, как я видела Оуэна.

Внезапно я чувствую себя совершенно измотанной. Усталость пробирает до костей. Слишком много всего.

— Может, нам стоит оставить вас поговорить наедине, — предлагает Китти.

— Нет. Нам не о чем разговаривать, — отвечаю я.

— Деми, — произносит Тристан мое имя, но сейчас я чувствую себя настолько глупо и неловко, что я едва ли хочу, чтобы он знал мое имя. Между его бровями залегает глубокая складка, когда он смотрит на меня так, словно понятия не имеет, что разбивает мне сердце.

— Я не хочу торопить тебя, но время не ждет. Завтра полнолуние и Самайн, а энергия, которую они принесут, поможет нам с заклинанием. Возможно, завтра будет наш единственный шанс все это сделать, — объясняет Микки.

— Деми, нам нужно это обсудить, — говорит Тристан.

Я качаю головой и встаю.

— Нет, я приняла решение. Я решила вернуть тебя, значит, и последствия — мои.

Сверху головы по телу прокатывается странное ощущение статического электричества, волной пробегая сквозь меня. Китти и Микки ахают. Тристан снова произносит мое имя. Я опускаю взгляд и вижу, что мое тело стало слегка… прозрачным.

Прежде чем я успеваю осознать увиденное, странное ощущение исчезает, и тело снова становится плотным.

— Завтра мы проведем заклинание связывания душ, — говорю я тетушкам, чьи глаза широко распахнуты от страха. Они держатся за руки поверх стола.

Это все слишком.

Я поворачиваюсь к Тристану.

— А если в итоге для тебя это окажется слишком серьезным обязательством, после этого мы сможем жить каждый своей жизнью.

Я ухожу и слышу, как все трое зовут меня по имени. Слышу скрежет ножек стула Тристана по полу. Но не оборачиваюсь. Миттенс просыпается после дневного сна у камина и бежит за мной по пятам, пока я торопливо поднимаюсь на второй этаж.

Добравшись до спальни, я закрываю дверь и делаю то, чего не делала ни разу с тех пор, как въехала сюда.

Поворачиваю замок, не пуская Тристана внутрь.