Ненужная жена. Любимая генерала Севера - Ангелина Сантос

— Даже когда я спорю с тобой?

— Особенно тогда.

Я рассмеялась.

Он тоже улыбнулся.

Потом поцеловал меня.

И я вдруг поняла, что больше не хочу сравнивать нынешнюю жизнь с прежней.

Мне не нужно было доказывать, что Рейнар лучше Альдара.

Не нужно было ждать, пока бывший муж узнает о моем счастье и пожалеет.

Не нужно было превращать каждое достижение в ответ на старое унижение.

Я уже получила гораздо больше, чем могла представить в день развода.

Собственное имя.

Любимую работу.

Дом.

Друзей.

И мужчину, рядом с которым могла оставаться собой.

Я осторожно коснулась кольца на пальце.

Потом посмотрела на Рейнара.

— Знаешь, когда-то я думала, что главное для женщины — быть кому-то нужной.

Он внимательно слушал.

— Если муж доволен, если дома все хорошо, если работа приносит пользу, значит, ты заслужила свое место. А если однажды окажешься ненужной, придется искать способ снова стать полезной.

Я усмехнулась.

— Очень глупо, правда?

Рейнар покачал головой.

— Очень печально.

Я посмотрела на него.

Он осторожно сжал мою ладонь.

— Но теперь ты ведь так не думаешь?

Я улыбнулась.

— Нет.

Внизу раздался смех.

Кто-то из детей уронил на площади деревянного дракона, и взрослый мужчина поднял игрушку, прежде чем по ней проехала телега.

Обычная маленькая сцена.

Ничего особенного.

Именно такие моменты я теперь любила больше всего.

Жизнь продолжалась.

Не идеальная.

Не лишенная трудностей.

Но моя.

Рейнар обнял меня крепче.

Мы стояли на крепостной стене, пока над Фарном медленно темнело небо.

Семь маяков горели ровно.

Тепло их защитных полей доходило до самых дальних улиц.

А я вдруг вспомнила слова, сказанные Альдаром в тот последний вечер:

«Я больше не нуждаюсь в тебе».

Когда-то они казались страшным приговором.

Теперь в них не осталось власти надо мной.

Я не стала любимой потому, что научилась лучше работать.

Не заслужила счастье спасением города.

Не получила новую жизнь в награду за страдания.

Я просто однажды отказалась от мужчины, который решил, что может распоряжаться моей судьбой.

А потом научилась выбирать сама.

Я повернулась к мужу.

— Пойдем домой?

Рейнар улыбнулся.

— Пойдем.

Он взял меня за руку.

И мы спустились со стены навстречу теплому свету крепостных окон.

Впереди у нас были обычные дни.

Работа.

Иногда ссоры.

Новые планы.

Возможно, новые страхи и ошибки.

Но теперь я знала главное.

Мне больше не требовалось становиться незаменимой, чтобы иметь право на любовь.

Рейнар любил меня не за то, что я могла ему дать.

А я любила его не потому, что без него не смогла бы жить.

Мы оба прекрасно могли прожить свои жизни по отдельности.

Но хотели провести их вместе.

И это было самое важное.

Когда за нами закрылась тяжелая крепостная дверь, я в последний раз взглянула на семь огней над долиной.

А потом пошла рядом с человеком, которого выбрала сама.

Домой.

За год совместной жизни я выяснила, что генерал Северного рубежа способен запомнить расположение сорока сторожевых постов, но совершенно не способен определить, когда пора снять с огня молочную кашу.

— Она еще съедобная, — сообщил Рейнар, глядя в кастрюлю.

— Если снять верхний слой, наверное.

— Я уже снял.

Я заглянула внимательнее. На дне оставалась серая корочка, а рядом лежала ложка с таким видом, будто ей пришлось пережить тяжелый бой.

— Тогда это вторая попытка?

— Третья. Первые две я не хотел тебе показывать.

Я рассмеялась и поцеловала его в щеку. Рейнар поймал меня за талию и притянул ближе.

— В следующий раз займусь хлебом, — сказал он.

— Хлеб пекут дольше. У тебя появится больше времени для катастрофы.

— Очень поддерживающая жена.

— Обращайся. Я могу написать заключение с подробным описанием повреждений.

Он убрал с плиты кастрюлю, поставил рядом две чашки чая и посмотрел на меня так, как смотрел обычно перед сложным вопросом.

— Сегодня твой день. Ничего не забыла?

— В девять придет мастер из городской комиссии. В десять испытание. В полдень откроем учебную комнату. После этого я собираюсь домой.

— Последнее особенно важно.

Ровно год прошел после праздника восстановления семи маяков. Мы по-прежнему жили в Фарне, только теперь не в гостевых комнатах крепости. Несколько месяцев назад сняли небольшой дом на дороге между городом и Северным Уступом. Отсюда мне было удобно ходить в мастерскую, а Рейнару — добираться до штаба. В доме имелась крошечная кухня, две спальни и двор, в котором я пыталась выращивать цветы, не слишком подходящие для северного климата.

Дом не был роскошным. Зато у нас имелось право передвинуть мебель, повесить на стену собственные картины и пригласить друзей без согласования с комендантом. Мне нравилось даже то, что дверь кладовой плохо закрывалась и Рейнар каждое воскресенье обещал наконец ее исправить.

— Я обещала освободиться к вечеру, — сказала я. — И освобожусь.

— Проверю.

— Генерал, вы угрожаете независимому предпринимателю?

— Муж напоминает жене, что она обещала ему ужин без рабочих журналов.

Я хотела возразить, но поняла, что он прав. За последний месяц мы несколько раз ужинали поздно: то я заканчивала расчет, то его вызывали на пост. Вчера Рейнар впервые за долгое время пришел домой раньше меня и обнаружил на кухонном столе мои инструменты, а в спальне — два рулона чертежей.

Мы не поссорились. Просто поговорили и договорились, что сегодня ни один из нас не станет работать после шести, если не произойдет настоящей аварии. Разница между аварией и неудобным сроком сдачи проекта была важной. Особенно для меня.

Я взяла с тарелки кусок хлеба, намазала вареньем и отправилась собираться. Рейнар вслед крикнул, что каша все-таки не так плоха. По звуку ложки, упавшей обратно в кастрюлю, я поняла, что он уже изменил мнение.

Мастерская Элден за год выросла ровно настолько, чтобы я окончательно перестала помнить, где находится каждая отвертка.

У нас появилась вторая испытательная рама, отдельное место для обработки металла и небольшая комната, в которой ученики могли спокойно заниматься, не слушая ругань Ивара из кузницы. Он называл ее чрезмерной роскошью, однако именно там проводил больше всего времени, когда объяснял ученикам устройство защитных клапанов.

В тот день на двери висело объявление:

«Открытые испытания аварийного ограничителя. Вход по приглашениям».

Из городского совета должны были прийти Хельма Рив и два независимых мастера. Они собирались проверить наш новый небольшой узел, предназначенный для школ, купален и сельских лазаретов.

Он не мог остановить Белую Стужу. И мы никогда этого не обещали. Его задача была понятнее: если основная отопительная линия внезапно теряла питание, устройство переводило защищенное помещение на резервный накопитель,