P.S. Не прощай меня - Юлия Юрьевна Бузакина

Повалявшись на кровати, я все же набираюсь смелости и решаюсь посетить веселое мероприятие, которое устроили в честь приезда Горского. Тем более, что обезболивающее и пантенол на время снимают острые симптомы моего состояния.

Отправляюсь в душ. Осторожно намыливаю плечи и волосы. Новая реальность выбивает меня из колеи. Последствия перегрева тоже дают о себе знать. В голове вместо привычной тревожности на этот раз царит пустота. Только яркий вызов, который бросила природа, сыграв на инстинктах, никак не хочет уходить и толкает туда, где проходит вечеринка.

После душа я задерживаюсь перед зеркалом дольше обычного. Укладываю волнистые волосы феном и особенно тщательно наношу макияж. Перед глазами стоит откровенный взгляд Горского. Я понимаю, что иногда инстинкт берет вверх над разумом. Знаю, что, скорее всего, он больше никогда не позволит себе так на меня посмотреть — ведь я нужна ему совсем не для постельных отношений. Да и мне больше всего нужна работа с достойной зарплатой, а не служебный роман с новым боссом. Но почему, стоит только вспомнить его взгляд и прикосновение его пальцев к моей коже, и сердце сладко сжимается?

Я выбираю из скудного гардероба сарафан с открытой спиной белого цвета. Босоножки под него подходят как нельзя лучше. Наношу духи на запястья. Кажется, неплохо. Можно отправляться на вечеринку.

Когда я появляюсь в мангальной зоне, солнце окончательно уходит за горизонт. У освещенной огнями беседки во всю идет веселье. Жарятся на огне мясо и овощи, вино льется рекой. Горский приобнимает за плечи свою мать, что-то ей весело доказывает и подливает в бокал вино.

У мерцающего голубым светом бассейна танцы. Уже знакомый мне Олег нисколько не стесняется своего лишнего веса, выплясывает в одних шортах с девушкой, из постояльцев отеля. Сергей успел обгореть, дает советы повару у мангала.

Я нерешительно останавливаюсь у бассейна. И тут ко мне подкатывает Николай, любитель женских декольте.

— Таисия, сколько лет, сколько зим! — пахнув винным перегаром, он приобнимает меня за талию.

Я не успеваю увернуться, как Николай увлекает меня за собой на танцпол. Проделав пару па, подводит к столу в беседку.

— Кажется, я нашел девушку своей мечты! — сообщает с бравадой.

Я робко киваю.

В глазах у Горского — колючий лед, от которого я неосознанно ёжусь. А вот Анна Григорьевна, напротив, тепло мне улыбается:

— Добро пожаловать, Таисия.

Похлопывает сына по плечу и поднимается из-за стола — контролировать кухню.

Горский скользит по мне острым взглядом. Лед в его голубых глазах на мгновение сменяет истинно мужской интерес, и мое сердце настороженно замирает.

Николай отодвигает мне плетеное кресло, помогает сесть и тут же подливает вино в бокал.

Мы с Горским оказываемся напротив друг друга. Я медленно отпиваю глоток вина.

Мы смотрим в глаза неотрывно, остро, будто оценивая потенциальные риски и друг друга. У меня по телу прокатывается дрожь. Сердце отстукивает бешеный ритм. Нет, я знала, что курортная зона влияет на ощущения, что обостряет чувства и инстинкты, но передо мной мой новый босс. Я не могу позволить себе слабость. Она все испортит.

Видимо, Горский размышляет примерно также. Он нехотя отводит свой взгляд. Что-то говорит Николаю — из-за громкой музыки я не слышу их беседу, но Николай киснет и больше не смотрит в мою сторону.

А потом — вдруг забирает свой бокал и пересаживается в другой конец стола.

И я снова чувствую, что меня опрокинули...

Повар приносит огромное блюдо с горячим шашлыком и запеченными на мангале грибами и перцем.

Ко мне подсаживается Даша. Она в коротком белом платье и на каблуках. Накрашена ярче, чем обычно.

— О, Таисия, мы в одной цветовой гамме, — радуется она. — М-м-м, шашлык! Кайф…

Я угрюмо наблюдаю за тем, как Дарья с удовольствием накладывает себе полную тарелку шашлыка и горячих овощей с мангала.

В душе я ей завидую. Хочу тоже научиться вот так наслаждаться жизнью. А еще не хочу расстраиваться из-за Горского, но это выше моих сил. Слишком цепляет его подчеркнутое равнодушие.

Поразмышляв пару секунд, решаю ни в чем себе не отказывать.

В конец концов, хуже уже и быть не может. Я успела показать себя во всей красе, босс сбежал от меня на другой конец стола, так почему бы просто не расслабиться?

Спиной я ощущаю присутствие Горского. Он сидит настолько далеко от меня, насколько это возможно в нашей ситуации, но я знаю, что он тоже напряжен от внезапной искры, которая имела неосторожность проскочить в гостевом доме у самого моря.

Пока я накладываю в тарелку горячее мясо и овощи, Даша приподнимает бокал.

— За нас, красивых?

«Да гори оно все синим пламенем!» — взрываюсь мысленно.

— За нас, — киваю уверенно.

— Потанцуем? — не унимается сестра Горского.

Я пожимаю плечами. Танцевать я не решаюсь.

Олег, раздухарившись, под общие аплодисменты с разгона ныряет в бассейн. Брызги летят во все стороны. Хохот коллег, снимающих прыжок на камеру, заглушает музыку.

Через полчаса Горский покидает беседку и скрывается за стеклянной дверью.

Я мысленно выдыхаю и наконец решаюсь составить Даше компанию. Мы с ней вместе идем танцевать. Танцы, танцы, танцы… Я загоняю мысли о Горском как можно глубже. Туда, откуда их не достать. Но когда случайно оборачиваюсь к столу, взгляды встречаются. Меня, будто обжигает. Как я не заметила, что он вернулся?

Отвожу с досадой взгляд. Танцевать больше не хочется.

Я покидаю импровизированный танцпол у бассейна, и мое место рядом с Дашей тут же занимает успевший переодеться в джинсы и футболку Олег.

Я принимаю решение незаметно покинуть вечеринку. Убедившись, что на меня никто не смотрит, тихо проскальзываю в боковую дверь.

В номере закрываю окна и врубаю сплит систему. Падаю на кровать и вырубаюсь.

…Просыпаюсь от странной тишины. Смотрю на телефон и пугаюсь — почти девять часов утра. Это значит, что я проспала завтрак. А ведь я четко слышала, что в «Галерею» мы отправимся сегодня утром.

Резко сажусь на кровати и чувствую, как ноет все тело. Плечи по-прежнему болят от того, что накануне я обожгла их на солнце. Еще и лицо обгорело…

Да уж, работник года, не иначе.

Наскоро приведя себя в порядок и надев брючный костюм с, я бегу вниз.

В холле меня встречает тишина. А самое страшное — на парковке я