Комплексы личности - Джулия Макбеннет

механизма заключается в том, что чем больше он накапливает силы, тем больше он вынужден бороться. Он не может отступить, ничему нельзя доверять, и всё становится угрозой. Мы часто не осознаём глубокую боль, которую носим в себе, и то, как мы защищаемся от этой боли. Из-за этого трудно осознать свои комплексы в изоляции. Они наиболее ярко проявляются, когда мы вступаем в отношения с другими людьми или с внешним миром. Например, когда мы замечаем, что какой-то человек постоянно нас задевает, или у нас появляется определённое настроение после общения с определённым другом, это может заставить нас задуматься о том, что вызывает у нас такие реакции.

В повседневном общении мы часто задеваем скорлупу чужого комплекса, но редко видим или даже осознаём истинную боль, таящуюся в глубине души. Защитная реакция другого человека может спровоцировать и нашу собственную. Такие чувства, как ярость, стыд, самодовольство, могут ввести нас в заблуждение, заставив поверить, что всё, что мы испытываем, исходит от другого человека. Начинается война, хотя в глубине души страдают оба. Под скорлупой истинные страдания остаются без внимания и внимания.

Психологический рост зависит от процесса отношений, посредством которого невинная сердцевина «я» постепенно накапливает опыт. Но если нас охватывает одно доминирующее чувство, оно может постепенно притуплять все остальные эмоции. Вместо того чтобы испытывать радугу человеческих чувств, мы зацикливаемся на чём-то одном. Мы начинаем выглядеть и чувствовать себя как зомби, как некая оболочка человека, а не как динамичная, полноценная личность.

Важно помнить о комплексах, что их активация – это «автоматический процесс, который происходит непроизвольно и который никто не может остановить по собственной воле» (Юнг, 1970). В комплексе бессознательное психическое проявляет свою независимую силу, которую сила воли не может преодолеть. Юнг также описывает комплексы как обладающие «эмоциональной природой, своего рода автономией и, следовательно, обсессивным или, лучше сказать, собственническим качеством». Мы понимаем, что находимся в комплексе, когда нас охватывает одержимость, мы навязчивы и испытываем сильные эмоциональные реакции. Мы можем чувствовать, что ничего не можем с собой поделать или что мы позволяем ситуации влиять на нас, несмотря на все наши усилия оставаться нейтральными. Если мы не выносим эти реакции на свет сознания и продолжаем подпитывать их историями и оправданиями, они могут стать хаотичными, даже со временем смертельными. Мы становимся неузнаваемыми, даже для самих себя.

Большинство из нас могут вспомнить такой момент, когда мы чувствовали себя настолько переполненными своими эмоциями, что не могли их сдержать, как бы мы ни старались. Психологические комплексы могут овладевать нами через эмоциональный заряд, «вызывающий изменение сознания» (Юнг, 1970), обычно проявляющееся во внешней реакции и языке тела человека. Существует несомненная физическая сторона, которая присутствует при активации комплекса. Наши пальцы могут покалывать, наше дыхание может стать поверхностным, наши челюсти могут сжиматься, и может возникнуть напряжение в теле. Даже наша память о том, что имело место или что было сказано, может измениться. В такие моменты мы можем действовать нехарактерно, мы можем в конечном итоге пренебрегать вещами и людьми, которые для нас важны.

В других случаях может быть верно и обратное. Недостаточная интенсивность эмоций может быть признаком комплекса. Мы можем ощущать себя застывшими, оцепеневшими, неспособными что-либо чувствовать, хотя знаем, что какая-то другая реакция могла бы быть более уместной. В современной психологии это называется диссоциацией. Мы как будто отстраняемся от ситуации, застываем ментально, эмоционально, а иногда и физически, что проявляется скованностью суставов или невозможностью двигаться.

Юнг учит, что при активации комплекса «сознание попадает под влияние бессознательных инстинктивных импульсов и содержаний». Такая активация часто обладает силой, способной полностью вывести нас из сознания и заставить действовать так, как будто мы не действуем в обычной жизни. Мы можем сказать: «Я не знаю, что на меня нашло» или «Я не знаю, что заставило меня так поступить». Если мы не остановимся и не начнём процесс реинтеграции, сила комплекса может расти, отнимая всё больше и больше психической энергии из нашего сознания и проникая в другие сферы жизни.

Поскольку комплексы придают нашим мыслям повторяющийся и предсказуемый характер, каждый раз, когда мы мысленно проигрываем одно и то же эмоционально заряженное сообщение, мы усиливаем защитную систему оболочки. Наши мыслительные процессы становятся похожими на цикл, который усиливает старое убеждение. Это убеждение часто утверждает, что что-то небезопасно, и мы должны защищать себя от предполагаемой угрозы. Таким образом, комплексы действуют как самоутверждающиеся и самоисполняющиеся пророчества; они могут изменить восприятие реальности, давая нам окрашенные линзы, искажающие то, что находится перед нами. Более того, наши личные комплексы могут осложнить нашу жизнь взаимоотношений, сцепляясь с комплексами других людей. Мы можем попасть в ловушку взаимных комплексных активаций, которые могут принести значительные нарушения и дисфункции в нашу жизнь. Кроме того, комплексы, как правило, имеют свойство заражать других. Это можно легко наблюдать в офисной среде, когда один источник сплетен может порождать бесконечные рабочие драмы и командные конфликты.

Хотя некоторые психологические комплексы проявляются позитивно, многие из них имеют характерный тон или интенсивность, вызывающие у нас дискомфорт. У нас может возникнуть соблазн избавиться от дискомфорта, рационализируя свои реакции и перекладывая вину на что-то или кого-то в нашем окружении. Например, если у нас есть травма отвержения, то каждый раз, когда наш друг отвечает на наше текстовое сообщение дольше обычного, может сработать наш страх быть брошенным, а вместе с ним и защита от него. У нас может возникнуть соблазн обвинить друзей в пренебрежении и разорвать с ними все связи.

Механизм приписывания другому того, что нам самим неприятно или неприятно осознавать, называется проекцией. Проецируя, мы часто сосредотачиваемся на одном аспекте поведения или слов другого человека, вырывая их из контекста и преувеличивая их важность. Проекции порождают фантазийные связи и иллюзорные отношения, одновременно изолируя нас от реальности другого человека.

Мы также можем испытывать повышение эго, когда архетипическая энергия, лежащая в основе комплекса, прорывается в сознание: «повышение увеличивает слепое пятно в глазу, и чем больше мы ассимилируемся фактором, создающим проекцию, тем сильнее становится тенденция идентифицировать себя с ним». Как только мы идентифицируем себя с раздутым эго, мы становимся более самодовольными, а другой человек превращается в козла отпущения. Мы видим это отражение в таких культурных комплексах, как элитизм или превосходство белой расы. Мы можем бессознательно наделять других огромной властью над собой, проецируя на них свою неполноценность. Полярность, создаваемая проекцией, может породить новый, столь же интенсивный комплекс в культуре или группе, на которую она проецируется, что приводит к усилению противостояния или конфликта. Противоборствующие группы могут годами находиться в состоянии разрушительного соперничества, причиняя страдания