Страсти и человеческий выбор - Дубинская В.В.

Терапевт: Если из второго дома в первый приходит человек, ему говорят: «Вы извините, конечно, но в нашем “монастыре” есть свои “указы”, просим вас одеться к ужину». Например, в Европе во многих отелях не пускают в плавках в рестораны. Они говорят: «Извините, у нас такие правила». И тогда никто не обижается: или я надеваю брюки, или иду туда, где могу поесть в более свободном наряде. Если бы твой сын приходил к вам в гости, ты могла бы сказать: «Извини, сынок, у нас тут так принято. Ты или к нам приходишь на ужин в смокинге, или будем ужинать на нейтральной территории». Но отличие в том, что его дом тоже здесь. Он другой, он из дома №2, но у него сейчас нет другого дома.

Инесса: Я не могу принять этого, у меня это в голове не укладывается. Эти традиции были с его рождения, он в этом рос.

Терапевт: Я всё понимаю, но он вырос другим. У него есть свои представления. Может быть, он лет через пять тоже начнет одеваться, но сейчас он другой. Он фактически хочет оставаться собой. Всего лишь.

Инесса: А разве он имеет право? (Хватается за голову). Господи, что я говорю…

Терапевт: Если бы он был из дома №2, то мой ответ был бы скорее, что ты в своем доме можешь назначать свои правила.

Инесса: То есть, его девушка соблюдать правила обязана…

Терапевт: Если девушка пришла в гости, то да. Но если пацан здесь вырос, это и его дом тоже. Ты не можешь сказать: «Здесь действуют только мои правила!» Понимаешь, грубо говоря, если отель с кем-то на двоих, бизнес на двоих, и один из учредителей хочет ходить в трусах в свой ресторан, он имеет право.

Инесса: Где это прописано?! (Клиентка смеется, общий смех в группе).

Терапевт: Ну, в «Кодексе самодуров» такого пункта нет. Там написано, что всё будет по-твоему! Но дом общий. И все члены семьи организуют его правила на паритетных началах, даже молодые. И если твой сын против, значит, уже это не общее правило. Правило не может быть общим, если один из участников его не принял.

Инесса: Мне стало, с одной стороны, тяжелее, а с другой – легче. Очень хочу нашу сессию дать мужу, чтобы он это тоже послушал.

Терапевт: Дети нам даются для личностного роста, тут ничего не поделаешь. Народ, что скажете?

Мы хорошо поработали. Обе почти отдыхаем, слушая комментарии участников группы. Все очень затронуты нашей работой.

Екатерина: У меня ощущение, что мы с тобой близнецы. Моему сыну 22, и я всю жизнь с этим воюю. Я мужа «бомжа» нашла, и у меня не было сомнений, что его надо как-то переделывать, воспитывать, тем более что он такой покладистый. А сын мне достался для личностного роста, ничего не могу в нем изменить. Тяжелее всего было перестать наводить порядок в его