Без страха и упрёка 7 - Андрей Борисович Земляной
— Тогда мне следует немедленно предупредить наше Министерство гражданской авиации, — рассмеялся Алексей. — Иначе бабушка сама организует авиакомпанию и поставит всех перед свершившимся фактом.
— Я бы не исключал подобной возможности, особенно если учитывать, что теперь у неё появился внук, способный решить любые вопросы. — Георг поставил чашку на стол и немного помолчал, прежде чем продолжить. — И ещё одно, Александр. Я хотел бы, чтобы вы понимали, что, когда Уинстон предложил восстановить графское достоинство Эшбернемов, я прекрасно видел политическую сторону его замысла и не стану делать вид, будто она совершенно не имеет значения. Но для меня остаётся важным другое. Я знал вашего отца и хорошо представлял, как он относился к собственной семье. Было бы несправедливо, если бы его сын, вернувшийся после стольких лет отсутствия, оказался чужим для страны, в которой родился.
— Благодарю вас, сэр. Хотя, признаюсь, до сих пор не привык к мысли, что теперь являюсь английским графом.
— Привыкнете. Или не привыкнете, — улыбнулся король. — Эдвард, кстати, тоже не слишком уважал наследственные привилегии. Помню, однажды на приёме какой-то весьма важный джентльмен принялся рассуждать о превосходстве старинных английских родов над всеми прочими. Ваш отец выслушал его и совершенно спокойно заметил, что если человек гордится исключительно заслугами предков, значит, собственных у него, вероятно, не имеется.
— Надеюсь, тот господин не вызвал его на дуэль?
— К сожалению, нет, — Георг рассмеялся. — Думаю, Эдвард с удовольствием принял бы вызов. Но тот предпочёл обидеться и удалиться. Виктория потом долго отчитывала сына, хотя, насколько я помню, сама придерживалась совершенно аналогичного мнения.
— Вот теперь я начинаю понимать, откуда у меня некоторые особенности характера, — признался Алексей.
— Полагаю, вы ещё не раз обнаружите подобное сходство. У Елизаветы сохранились фотографии вашей матери, письма и небольшие подарки. Она обещала показать их вам, а я надеюсь, что со временем вы сможете приехать к нам вместе с супругой. Без официальных делегаций, министров и протокола. Елизавета очень хотела бы познакомиться с Верой, а я с удовольствием продолжил бы наше знакомство в менее формальной обстановке.
— Буду очень рад, сэр. Если удастся вырваться из Москвы, обязательно приедем.
Георг поднялся, показывая, что разговор подошёл к концу, и протянул гостю руку.
— Тогда договорились, Александр. И ещё раз поздравляю вас, лорд Эшбернем. Ваши родители были замечательными людьми, и я искренне рад, что их сын оказался достоин не только семейного имени, но и собственной славы.
— Спасибо, Ваше Величество. И за пожалование, и особенно за этот разговор.
Они обменялись рукопожатием и направились к двери, однако уже у самого выхода король неожиданно остановился.
— Кстати, Александр, хочу предупредить вас об одной опасности нового положения. Теперь у вас обязательно появится множество родственников, которые прежде даже не подозревали о вашем существовании, но внезапно вспомнят о семейных связях.
— Бабушка уже предупредила, сэр. Причём, судя по её настроению, некоторым родственникам лучше вообще не приближаться к нашему дому.
— В таком случае вам совершенно нечего опасаться, — с явным удовольствием заключил Георг. — Признаться, я бы сам не рискнул навязывать Виктории нежелательное знакомство.
Оба рассмеялись, и король открыл дверь, приглашая нового графа вернуться в гостиную, где их уже ожидали Елизавета и леди Виктория.
Когда гости ушли, Король, повернулся к супруге, и подав руку, вышел с ней из приёмной залы, и дойдя до маленького зимнего сада, где королева любила пить чай, помог ей сесть, и сел напротив.
— Я вижу, Георг, что малыш произвёл на тебя впечатление.
— О, да. — Король кивнул. Кое, что я мог бы отнести к игре крови, всё-таки Эшбернемы весьма старый род. Но остальное не укладывается в моей голове. Точное знание всех тонкостей этикета, предельная собранность во время всей беседы, контроль каждого слова, да чёрт возьми, угол наклона такой, что мне кажется этот парень всю жизнь прослужил при дворе!
— Дорогой! — Королева укоризненно покачала головой. — Но и правда, молодой генерал впечатлил и меня. Это не та, странная полуаристократия России, которую я знавала раньше, и не большевики, выдрессированные теми же полуаристократами. Это какая-то новая генерация, и очень хорошо, что это наш Эшбернем.
— Боюсь, дорогая, что он больше Штурмин чем Эшбернем. — Георг покачал головой. — Но в текущей ситуации — это как раз неплохо. Он имеет прямой доступ к Сталину, накоротке с Ротшильдами и Морганами, и вот теперь он британский граф. И всё это не про дипломата, а про боевого генерала, прекрасно разбирающегося в производстве и промышленности. Весьма странное сочетание, если задуматься. Поневоле начнёшь впадать в мистику, пытаясь понять, чему его могли научить там в России.
— А кто его воспитал, там, в России? — Елизавета вопросительно посмотрела на мужа.
— О! — Король негромко рассмеялся. — Тут мне из Ми — шесть принесли, что его приёмным отцом стал офицер их элитной военной разведки, а матерью, школьная учительница, бывшая выпускница Бестужевских курсов, это такое учебное заведение в России, вроде университета, исключительно для дам и девиц. Так что основа у него прекрасная.
— Вот ты и ответил на свой вопрос. — Елизавета улыбнулась. — Как не уставал повторять один из моих учителей, «Ничто не возникает ниоткуда, ничто не исчезает в никуда»[1]. Я не Хелен Дункан[2], и не могу впадать в мистику, но конечно молодой Александр Эшбернем впечатляет. Кстати, мы планируем посетить приём в его честь? — Королева внимательно посмотрела на мужа. — Как мне кажется, нашему народу не хватает тем для обсуждения.
Лондон. Дом Эшбернемов. 20 февраля 1945 года.
К половине девятого вечера перед домом Эшбернемов образовалась небольшая очередь автомобилей. Гости прибывали с интервалом в несколько минут, и дворецкий, принимавший приглашения у входа, передавал фамилии второму служителю, который объявлял прибывших уже в дверях гостиной.
Леди Виктория организовала приём с обычной для неё основательностью. Никакой чрезмерной роскоши, особенно неуместной в послевоенной Британии, но всё необходимое для достойного вечера: мягкий свет люстр, цветы, небольшой струнный ансамбль в соседней комнате, шампанское, херес и закуски, которые лакеи разносили на серебряных подносах. Сервировка была безукоризненной, и Алексей невольно отметил, что организация подобного мероприятия мало отличается от хорошо спланированной штабной операции.
Сам он стоял рядом с бабушкой у входа в главную гостиную, принимая поздравления, пожимая руки и постепенно запоминая имена людей, большинство которых до сегодняшнего дня встречал исключительно в финансовых справочниках.
Мужчины являлись преимущественно во фраках, женщины — в длинных вечерних платьях, причём драгоценностей здесь было столько, что при желании можно было обеспечить золотом бюджет небольшой европейской страны.