Кодекс Охотника # 48 - Юрий Винокуров
С остальным разберусь, на Земле ведь удержался. А прямо сейчас больше всего хотелось попасть в Альдуна-Мара-Харту. Зайти в темницу, подвинуть братьев и лично закончить разговор с этим умником.
Там можно было бы врезать от души, не прикидывая, сколько ещё выдержит планета!
Глава 4
Где-то в Многомерной Вселенной
Банк Галактионовых
Утро в Банке Галактионовых началось с… яблок.
Аня не сразу поняла, в чём дело. Она, как обычно, подошла с чашкой кофе к окну, в которое уже вставили новое стекло, и посмотрела на площадь. Очередь стояла на прежнем месте, кажется, ещё длиннее, чем вчера, до самых ворот и дальше, и всё-таки что-то в ней было не так. Вчера почтенные вкладчики прижимали к себе мешки с золотом. Сегодня над мешками кружили осы.
— Лина, — позвала она, не оборачиваясь, — почему у меня под окнами пахнет компотом?
Помощница вошла с лицом человека, который принёс весть о пожаре в хранилище, и молча положила на стол три листа.
Первый оказался выпиской из обновлённого Свода Законов Многомерной Вселенной. Отныне яблоками можно было расплачиваться в трёх тысячах миров, включая тот, где стоял банк. Вторым шёл запрос из Обители Регистраторов. Там желали знать, по какому курсу банк Галактионовых принимает яблоки, и отдельной строкой спрашивали про арбуз: крупная это купюра или всё-таки нет. Третий лист был запиской от начальника хранилища, и состоял он из одной строки: «Госпожа Анна, оно гниёт!»
Аня прочла всё это стоя, а потом всё-таки села.
Она была банкиром. Ей приносили фальшивые векселя богов, проклятые залоги, а однажды и вклад, который попытался съесть кассира. Но деньги, которые портятся со временем, ей ещё не попадались.
— Кто это принял? — спросила она, постучав ногтем по выписке.
— Не указано, госпожа, — Лина заглянула в лист. — В графе «Основание» стоит: «Ответ Избранного, комиссией не оспорен».
Аня прикрыла глаза. Избранный в Многомерной сейчас был один, об этом в своё время оповестили всех, и этого Избранного она знала лично. Он жил у неё дома, спал на диване пузом кверху и за корзину яблок был готов на многое. Мысль о том, что он теперь пишет законы Вселенной, она решила пока не обдумывать, чтобы не злиться, и сначала заняться курсом.
— Ань, а чего все такие кислые? — поинтересовалась Хельга из кресла у стены.
Северная королева скучала уже который день. Врагов больше не приходило, рогатого лорда давно отскребли от брусчатки и увезли, а газету с кроссвордами она разгадала до последней клетки. Сейчас Хельга вертела в пальцах яблоко из корзинки с образцами, и по румяному боку уже бежала изморозь.
— Госпожа Хельга, — очень вежливо сказала Лина, — вы только что заморозили актив.
— Я этим всю жизнь занимаюсь, — пожала плечами та и откусила.
В дверь постучали, и в кабинет вошёл Константин. Аккуратный сюртук, свиток под мышкой, поклон, поцелуй руки, всё как полагается.
— Вира доставлена, госпожа Анна, опись при мне, — доложил он. — Но у меня вопрос. Виру теперь тоже можно яблоками?
— Нет!!! — быстро ответила Аня.
— Жаль. Хотя в Инферно они всё равно не растут, там жарко, — Демонолог развернул свиток. — Сатана, когда ему зачитали новый закон, икал до обеда. А потом ему зачитали второй, и он успокоился.
— Какой второй?
— Про неделю отдыха между деяниями. Она теперь положена всем, — Константин позволил себе улыбку. — А у нас деяния не прекращались с самого сотворения. Так что Инферно с этого утра в отпуске, всё целиком. Котлы погашены, черти на пляже, Сатана говорит, что надо было додуматься раньше. Виру я привёз заранее, пока казну не опечатали.
— Кассиры тоже спрашивают про неделю, — тихо добавила Лина. — Все хотят в отпуск.
— Какая им неделя⁈ — донеслось от двери.
Сара Абрамовна появилась на пороге с чашкой в одной руке и блюдцем в другой.
— Они же ещё ничего не сделали! — продолжила она, усаживаясь. — Пусть сначала совершат хоть одно деяние, а там посмотрим. Анечка, деточка, ты завтракала?
Ответить Аня не успела, потому что на площади заорали.
— Банк Четырёх Миров! Ставки вдвое ниже, чем у Галактионовых! Переведи вклад сегодня, получи корзину яблок в подарок!
Она вернулась к окну. Вдоль очереди, прямо под воротами её замка, бодро шагали молодые люди в одинаковых лиловых камзолах и совали вкладчикам листки. Очередь листки брала. Очередь вообще брала всё, что давали бесплатно.
Вот это Аня понимала гораздо лучше, чем-то, что делать с новой валютой.
— Лина, напомни мне правила банка? — попросила она. — Раздел про чужую рекламу на нашей территории.
Этот пункт она писала сама, давно, когда под стенами появились первые чужие зазывалы. Сманивание клиентов на территории банка каралось денежным штрафом и двадцатью палками, причём палки она вписала больше для острастки. До сих пор хватало одного штрафа.
— Нарушитель? — Хельга уже стояла, и глаза у неё горели. — Мой!
— Это курьеры, Хельга. Их наняли.
— Значит, найду, кто нанял, — пообещала она и вышла, на ходу разминая пальцы.
Вернулась северная королева раньше, чем Сара Абрамовна допила чай. Аня видела в окно, как всё произошло. Хельга поймала ближайшего зазывалу за воротник и что-то спросила. Тот ответил, она поморщилась, будто её укололи, и повернула голову к дальнему краю площади, где стояла закрытая карета с гербом. Дальше была короткая прогулка, треск дверцы, и вот уже Хельга шла обратно, а перед собой за шиворот несла упитанного господина в лиловом.
— Он курьерам велел говорить, что они сами по себе, — сообщила Хельга, поставив добычу посреди кабинета. — Дурень.
— Я владелец четырёх миров! — возмутился господин, одёргивая камзол. — Вы понимаете, с кем…
— С нарушителем, — мягко подсказала Аня и открыла правила. — Площадь перед воротами принадлежит банку, а правила висят на въезде, вы под ними проехали. За ваши фокусы полагается…
Она нашла строку пальцем и замолчала.