Развод в 42. Новый директор младше меня - Виолетта Весна

— А сейчас решили вернуть оба.

— Сейчас пытаюсь понять, могу ли.

— Первый этап комиссия приняла.

— Это один этап.

— Вы опять отменяете поздравление.

— Я предупреждала.

Он усмехнулся. Николай за рулем никак не показал, что слышит разговор, хотя в небольшой машине приватность была условной. Я не стала говорить о браке больше. Илья не спрашивал, кто виноват и можно ли было все исправить. Его собственный рассказ тоже не требовал признания хорошим человеком. Мы обменялись фактами, которые не улучшали наши профессиональные образы, и вернулись к работе.

На фабрике я получила результаты по второму поставщику. Его ткань имела подходящий состав и плотность, но оттенок был чуть светлее. Свободного объема хватало на остаток заказа. Предприятие требовало пятидесятипроцентную предоплату и соглашалось на лабораторную проверку первой отгрузки. На следующий день нам предстояло ехать в Родники.

— Какие модели отдадим второй ткани? — спросил Денис.

Я открыла ведомость заказа. В комплект входили пиджаки, жилеты, брюки и юбки. Смешивать оттенки внутри одного костюма было нельзя. Зато часть должностей заказчика получала только жилет с брюками, другая — пиджак с нижней частью. Если распределить материал по группам формы и закрепить номера партий, различие не встретится в одном комплекте.

— Сначала подтвердим оттенок у заказчика, — сказала я. — Потом разделим по двум линейкам. У каждого изделия в упаковочной ведомости будет код материала.

— Это добавит две ветки в план.

— И уберет один способ перепутать ткань.

Денис начал собирать схему. В его новой панели различие партий появилось отдельным фильтром, а не примечанием внизу.

На следующее утро мы выехали втроем: Илья, я и специалист по входному контролю. Раиса осталась на фабрике запускать пробу первой ткани. Дорога до Родников заняла чуть больше часа.

Второй поставщик был меньше первого. Лаборатория занимала две комнаты, зато журнал партий вели аккуратно, образцы каждой поставки хранили по датам. Мы сравнили материал с эталоном «Магистраль Плюс». Разница оттенка была заметна только при наложении отрезов, но скрывать ее от заказчика было бессмысленно. Я сделала фотографии при установленном освещении и запросила физический образец для Ларисы.

— Если они не согласуют цвет? — спросил Илья.

— Тогда эта ткань не входит в заказ. Ее можно рассматривать для других моделей фабрики, но не за счет аванса клиента.

Директор поставщика предложил поменять отделку следующей партии, чтобы приблизить оттенок. На это требовалось две недели и новая проба. Для нашего срока вариант не подходил.

— Берем текущую только после письменного согласования цвета, — решила я в части технической рекомендации. — Разделяем по моделям. Первую малую партию отправляем в лабораторию до массовой отгрузки.

Илья согласовал предоплату не за весь объем, а за первую поставку и резерв остального материала на семь рабочих дней. Поставщик получил защищенный заказ, фабрика — время на согласование и испытания.

Перед отъездом я проверила маркировку рулонов. На двух отсутствовала внутренняя бирка производителя, была только складская наклейка. Эти рулоны исключили из резерва до восстановления происхождения. Недостающий объем поставщик обещал набрать из следующей партии, уже с документами.

— Вы каждый раз находите причину купить меньше, — сказал директор предприятия без улыбки.

— Я нахожу причину знать, что мы покупаем.

— Для коммерции это одно и то же.

— Для приемки — нет.

На обратной дороге Илья передал мне письмо от Ларисы: она готова рассмотреть разделение моделей и ждала образец цвета к вечеру. Схема двух тканей становилась возможной, хотя стоила дороже.

Финансовый расчет показал рост цены материала примерно на шесть процентов с учетом двух доставок, отдельных испытаний и резерва. Оксана согласовала расходы в пределах того самого единственного цикла. После оплаты пилотных партий свободная часть резерва заметно сокращалась.

К пяти часам первая машина привезла ткань на «Точную линию». Рулоны оформили на карантин входного контроля, образцы отобрали по акту. Никто не отправил материал в раскрой ради экономии вечера.

В учебной зоне тем временем завершили вторую серию замеров. Зоя ждала меня у входа с листом в руках.

— Есть плохая новость, — сказала она. — Твоя учебная операция занимает на треть больше времени, чем стоит в новом плане. И это уже после четырех повторов.

Я взяла лист. Разброс сократился, но среднее значение оставалось выше моего расчета.

В графике, который я защищала перед заказчиком, появился риск, созданный мной самой.