Хозяйка для пяти драконов, но мужем станет только один - Аннета Керн

– Что это такое? Их двое? - воскликнула я.

Лина жадно хотела схватить карту, но стоило коснуться, как отдернула пальцы. На подушечках осталось легкое покраснение, как от предупреждающего ожога. Тебя мы не выбирали, ведьмочка.

– На карте изображены два дракона, два брата-близнеца, - равнодушно отозвался колдун. - Ты забираешь всех?

Я все еще была прикована взглядом к последней карте. Два брата, блондин и брюнет. Лица в самом деле одинаковые, как и фигуры, и… достоинства. Они оба в моих руках, горячие, возбужденные, и я знаю, что скоро почувствую их в себе.

Готова ли я к такому?

Лина рядом, конечно, кивнула. Готова-готова. Ее не смутил мой недоверчивый взгляд. И я обреченно согласилась.

– Беру всех… И теперь она выбирает.

Мне достались Дьявол, Сила, Смерть, Башня и Влюбленные.

Для нее отозвались румянцем и тихим смущенным стоном Звезда, Император - один из двух, вальяжно сидящий на троне, Отшельник, Колесо Фортуны и Мир.

Монеты перекочевали в руки старика, и мы, прижимая к себе карты в бархатных мешочках, поспешили убежать из лавочки. Дождаться ночи, а именно ночью приходили драконы во сне, было решительно невозможно.

Кто же будет первым?

А вы бы с кем решили быть в первую ночь, дорогие?) Поделитесь

Глава вторая. Навязчивый дневной ухажер

Мы расстались с Линой в саду ковена. У нее были занятия со старшей ведьмой по целительству, и я понятия не имела, как она будет слушать ее. Потому что у меня в уме были только драконы. Старик предупредил, что карты будут появляться в любом порядке. И я даже не знала, какую хочу узнать поближе первой.

Силу?.. Или, может быть, Влюбленных? А если вспомнить Смерть, то становится так тяжело дышать, что нужно садиться ближе к воде. Поэтому я выбрала лавку у фонтана в саду ковена, думала, чем себя занять до захода солнца. Может быть, помочь на кухне?

Розовые кусты вокруг напоминали о цветке в покоях генерала, что опадал алыми лепестками. Интересно, что это значит?

Странно обмахиваться картами с мужчинами, что вводят тебя в состояние пожара, но именно этим я и занималась, пока не услышала позади шаги. Спешно запихнув обратно в бархатный мешочек покупку, обернулась.

– А, это ты, - разочарованно, словно из-за постройки мог выйти тот самый генерал.

Но это всего лишь Давин. Парень из ковена, что уже полгода усиленно подбивал ко мне клинья. Отец был вроде как не против, но мне постоянно было неуютно с ним. Словно огромная змея с неприятной чешуей и взглядом обвивалась все сильнее вокруг тела. Пусть он был хорош - светлые волосы и ладная фигура, но не по нутру мне был Давин. И знал об этом.

Но, разумеется, ему хотелось, чтобы ответила взаимностью. Мой отец - глава ковена, стал им после смерти матери, и когда отойдет от дел, я стану хозяйкой. Но видеть рядом Давина не хотела ни за что.

– Что ты там делала?

– Не твоего ума дело.

Вот еще, отчитываться перед ним. Твердо решив занять себя на кухне, встаю с лавочки, пряча мешочек в поясную сумку. Но пройти так просто Давин не дает. Я делаю шаг в сторону - он туда же. Так играет со мной еще пару секунд, пока я не начинаю злиться и не толкаю его в грудь, чтобы дал пройти.

В ответ Давин делает то, что до сих пор не позволял себе - хватает меня за руки и притягивает ближе.

– Отпусти, ты с ума сошел? - зло произношу я.

– Хватит ерепениться, девчонка. Мы оба знаем, что лучше кандидата в мужья, чем я, в ковене нет. И ты будешь моей.

– Обойдешься, ты мне противен с первого дня!

Резко дернув на себя, Давин целует. От неожиданности и желания закричать на него, приоткрываю рот, и там мгновенно оказывается его язык. Он грубо исследует мой рот, силой заставляя отвечать. Я чувствую ненависть и странный привкус, словно от какого-то зелья. И слишком поздно понимаю, на что оно направлено. В его семье были прекрасные зельевары, и, видимо, он решил сыграть по-крупному.

Я чувствую, что сопротивления внутри все меньше. Травы, что Давин намешал, буквально подчиняют меня, и лишь потому, что я дочь сильной ведьмы, хоть как-то могу еще сопротивляться. Собрав всю волю в кулак, кусаю его за губу.

Давин отшатывается, но не отпускает меня. Только перехватывает за талию одной рукой, а второй вытирает губу. Усмехается, глядя на кровь на пальцах.

– Упрямая какая. Но я тебя усмирю. Да, я выпил зелье, которое зачаровал на тебя. И ты получила его через поцелуй. А после нашего секса ты поймешь, от чего отказывалась.

– Не будет… никакого. Секса, - с трудом говорю то, что идет вразрез его планам.

– Да? - Давин смеется и притягивает меня еще ближе. - Поцелуй меня, Аврора.

Я не хочу. Я правда не хочу. Смотрю в его карие глаза и ненавижу. Хочу ударить. Неужели он так уверен в себе, что даже не боится отца? Или знает, что я предпочитаю сама решать свои проблемы, и гордость не позволит бежать к нему?

Не хочу… Но мои губы сами накрывают его. И продолжают поцелуй, позволяют снова вторгнуться языку. Давин настырен, он жадно углубляет его, лишая дыхания. Я чувствую, как его ладонь ложится на грудь, сминая. Находит сосок под тонкой тканью, ловит пальцами, сжимает почти до боли. Мне не должно нравиться, но нравится. Все, что он делает, нравится подчиненному телу. Оно предвкушает, что будет дальше.

– А дальше, - словно читая мои мысли, шепчет на ухо, удерживая, бессильную, в объятиях. - Мы отправимся ко мне в покои. Ты опустишься на колени передо мной, достанешь член и как следует отсосешь.

– Н-нет… Иди т-ты к…

– Что ты сказала?

– Да, - поворачивается язык на верные слова. - Я отсосу вам со всем усердием, господин.

– А потом?

– Потом буду счастлива, если вы возьмете меня.

– Умница, девочка… - он убирает пряди с моего лица. - Ты будешь кричать от счастья, когда я раздвину твои чудесные ножки и как следует оттрахаю.

Не буду. Я уверена, что не буду. Но Давин берет меня за руку и ведет за собою. Мимо фонтана, мимо