Кодекс Охотника # 48 - Юрий Винокуров

— Ну, свои уроки они получили, — проворчал я, вспомнив последний визит Михаэля.

— И сила у них, полагаю, устроена иначе, — продолжила она, не обратив внимания на мою реплику. — Ты свою со всеми подряд не равняй. А другая… я давно перестала быть закрытой. Они по-другому живут.

— Получается, сравнивать бесполезно? — я потёр шею.

— Сравнивай, — разрешила матушка, улыбнувшись. — Там тоже я. Только здесь у нас всё по-другому. Ты ещё сам многого не рассмотрел.

Очень удобный ответ. Сколько бы я ни рассмотрел, наверняка останется что-нибудь ещё. Впрочем, недавно весь наш Орден считал эту планету молодой, так что с возражениями я повременил.

— Ладно, тогда мне нужен выход, — сказал я. — С этой планеты. По-другому нормально работать я не смогу.

— Выходи, — Земля кивнула куда-то за поле. — Ты ведь знаешь, как это делается. Уйти всегда проще.

— Вот именно, уйти я сумею, — ответил я, проведя ладонью по колену. — Мне назад возвращаться нужно. Сегодня вышел, потратил силу, сделал свои дела. Завтра вернулся домой. Без необходимости каждый раз снимать с тебя очередной купол.

Она перестала смотреть на големов.

— Я тебя бросать не собираюсь, — добавил я. — Дом у меня здесь, люди мои здесь, жены тоже по тебе скучают, детей я здесь растить хочу. Вокзал тоже обещал привести в порядок. Только всё это будет бессмысленно, если однажды проснусь, а меня сюда не пускают, или же ты вообще исчезла.

Говорить об этом было паршиво. Каждый день проверяешь, не пришла ли пора предупредить своих, чтобы отошли от тебя подальше.

— Иногда мне нужно выпускать всю силу, — продолжил я. — Под полной нагрузкой работать. Где-нибудь, где от этого не пострадают люди и ты вместе с ними. Без этого я не смогу вернуть прошлые силы. Пока не научусь так делать, буду таскать в себе угрозу для тебя.

Матушка некоторое время смотрела на меня, затем чуть улыбнулась.

— Бывает такое, — сказала она. — Защитник сам становится угрозой, хотя пришёл помогать.

Я кивнул, ожидая продолжения. И дождался.

— А иной отец от собственного сына отречётся, — продолжила Земля, поправляя платок. — Потом удивляется, почему тот считает его предателем. Судьба любит сюрпризы, малыш.

При чём здесь чей-то отец?

Сдержался, решив сначала дослушать. Вдруг подведёт к чему-нибудь полезному, и станет стыдно, что торопил.

Голем прошёл мимо нас с полным ведром сорняков. Я проводил его взглядом. Вот у кого всё понятно: набрал, унеси. Никаких сюрпризов от судьбы, кроме особо цепкого корня.

— Тот, кто клюёт зерно, сам однажды послужит кормом, — заговорила матушка. — И прежде чем…

— Мать, харе, — вырвалось у меня, и я тут же кашлянул. — Кхм. При всём уважении, я тебе вопрос задал. Можно попроще? Я ведь не Дорничев, у меня от таких разговоров мозги закипают.

Она посмотрела на меня с удовольствием. Даже слишком заметным для собеседницы, которую только что перебили.

— Он тоже ругался, — сообщила Земля. — Но его картошка успокаивала. Подкопает пару кустов и снова слушает.

— А тебе обязательно так говорить? — уточнил я.

— Мне нравится, — матушка улыбнулась шире. — Молодёжь теперь нервная. Несколько слов выслушать не может.

Я закрыл лицо ладонью.

Дорничев, брат, начинаю понимать твою любовь к сельскому хозяйству. Я тоже сейчас встану и пойду копать, лишь бы больше ничего не слушать.

Убрал руку и посмотрел на довольную старушку.

— Я тут подумал, — сказал я. — Когда всё-таки выберусь, найду самого старого и нужного бога. И приглашу его в гости сюда, назначу Хранителем. Будет тебя учить жизни и называть ребёнком… Ты же знаешь, я много где бывал.

Матушка приподняла брови.

— Пусть посидит с тобой, — продолжил я. — Про зерно поговорите. Ты ему слово, он тебе про судьбу. Потом ещё объяснит, что нынешние планеты пошли нервные и старших не слушают. Я даже вмешиваться не буду.

Она рассмеялась. Один из големов повернул голову, но тут же продолжил работу.

— Уже решил, кого ко мне в гости приведёшь? — Земля утёрла уголок глаза. — Сам ещё дорогу ищешь.

— А я заранее, — ответил я. — Чтобы потом не терять времени.

— Другой ты, Сандр, — она покачала головой, всё ещё улыбаясь. — Возможно, такой мне сейчас и нужен. Удивляешь ты меня тем, как быстро берёшься решать проблемы.

— А чего ждать? — я пожал плечами. — Главное, разобраться с тем, что мешает сейчас. А что будет потом…

— Потом будешь исправлять наделанное, — закончила за меня матушка, кивнув на поля.

— В точку! — я даже улыбнулся в ответ.

Мы ещё немного посидели молча.

С големами урожай точно не пропадёт. Один закончил свой ряд, перешёл к следующему и прежде, чем взяться за лопату, поправил примятый лист. Такими пальцами, что можно голову богу оторвать, а он стебелёк поднимает.

Вот и я бы так хотел. Иметь возможность спокойно находиться дома, не прикидывая постоянно, сколько собственного нутра сегодня можно выпустить наружу.

— Всё-таки что будем делать? — спросил я, повернувшись к Земле. — Ты же видишь, что долго так не получится.

Она взяла с края скамейки комочек земли, растёрла его между пальцами.

— Есть способ, — сказала матушка. — Только не уверена, что он тебе понравится.

Я сел ровнее.

— Говори, — попросил я. — Соглашаться заранее не буду, но выслушаю.

— Тебе нужно стать богом, — сообщила она, стряхивая землю с ладони.

Где находится эта дверь, я давно знал. Мог открыть ещё в прошлой жизни и отказался. Сейчас даже не нашёл, что ответить, настолько неожиданно прозвучало предложение.

— Или умереть, — добавила Земля, не дождавшись ответа, и усмехнулась. — Какой вариант тебе больше нравится?

Я медленно выдохнул.

Богом становиться я всё ещё не собирался. Умирать уже пробовал, и повторять знакомство тоже никакого желания. А где-то между этими предложениями мне полагалось найти дорогу, по которой можно будет навещать семью и возвращаться домой.

Выбор просто шикарный!