Без страха и упрёка 7 - Андрей Борисович Земляной

Алексей помог бабушке выйти из машины и, пока адъютант представлялся, успел окинуть взглядом дворец. Война оставила здесь заметные следы. Часть каменной кладки выглядела новее остальной, на дальнем крыле ещё виднелись следы восстановительных работ, да и само здание выглядело скорее рабочей резиденцией, чем жилищем монарха, чья империя занимала четверть земного шара.

Внутри, однако, дворец оставался дворцом. Высокие потолки, антикварная но отлично выглядевшая мебель, старинные картины в тяжёлых золочёных багетах и безукоризненно одетые служители, двигавшиеся с той размеренной уверенностью, шестерёнок, вырабатываемой лишь после многих лет службы. Проводив гостей в небольшую приёмную, адъютант сообщил, что Его Величество примет их через несколько минут, после чего удалился, оставив Викторию и Алексея вдвоём.

— Надеюсь, ты помнишь всё, о чём мы говорили? — негромко поинтересовалась бабушка, когда дверь закрылась.

— Конечно. Не хватать короля за пуговицы, не предлагать ему выпить на брудершафт и не рассказывать, что я думаю о некоторых представителях его правительства.

— Последнее особенно желательно, — серьёзно заметила Виктория. — Хотя подозреваю, Георг с удовольствием послушал бы твоё мнение об Уинстоне. Они довольно часто спорят.

— Тогда пусть приглашает нас обоих. Я хотя бы смогу оценить, кто побеждает.

Ответить Виктория не успела. Дверь открылась, и появившийся на пороге высокий пожилой мужчина представился сэром Аланом Ласеллсом, личным секретарём короля. Поздоровавшись с леди Викторией как со старой знакомой, он тепло приветствовал генерала и сообщил, что Его Величество ожидает их в малой аудиенц-зале.

Помещение оказалось значительно скромнее, чем представлял себе Алексей. Конечно, скромность эта была весьма относительной. Натёртый до стеклянного блеска узорчатый паркет, тяжёлые бархатные портьеры с золотой вышивкой, старинные, но прекрасно выглядящие кресла, портреты в тяжёлых багетах на стенах и большой камин из резного белого мрамора. Тем не менее ничего похожего на тронный зал или сцену торжественной коронации здесь не наблюдалось.

У окна стоял Георг VI в тёмно-синем морском мундире, а рядом с ним — королева Елизавета в строгом платье голубовато-серого цвета. Присутствовали также двое придворных чиновников и мужчина средних лет, прижимая к груди папку из тёмно-зелёного сафьяна.

Когда гости вошли, король сделал несколько шагов навстречу.

— Леди Виктория, очень рад вас видеть, — Георг тепло пожал протянутую руку и повернулся к Алексею. — Генерал Штурмин. Наконец-то мы познакомились лично. Признаться, я ожидал этого уже довольно давно.

— Ваше Величество, — Алексей склонил голову. — Для меня большая честь быть представленным вам.

— Честь взаимная, генерал, — король внимательно оглядел советского офицера, задержав взгляд на двух Золотых Звёздах и многочисленных наградах, выделив взглядом японский орден «Восходящего Солнца». — Мы достаточно много слышали о ваших военных заслугах, но фотографии, как выясняется, совершенно не передают вашего возраста. Вы значительно моложе, чем можно было предположить.

— Мне часто об этом говорят, сэр, — с улыбкой ответил Штурмин. — К сожалению, исправить этот недостаток я пока не могу, но как мне кажется, со временем это как-то решится.

Георг рассмеялся, а королева, до этого внимательно рассматривавшая молодого генерала, неожиданно подошла ближе.

— Александр, — негромко произнесла Елизавета. — Позвольте мне посмотреть на вас.

Она остановилась буквально в шаге от него и несколько секунд молча всматривалась в лицо молодого человека.

— Поразительно. Глаза Эдварда, а улыбка совершенно материнская. Маргарет всегда улыбалась именно так, особенно когда собиралась сказать что-нибудь дерзкое.

— Боюсь, Ваше Величество, эта семейная особенность сохранилась у меня в полной мере, — признался Алексей.

— Тогда нам следует быть осторожнее, дорогой, — королева повернулась к мужу. — Если он действительно унаследовал характер Маргарет, церемония может оказаться значительно интереснее, чем мы предполагали.

Георг улыбнулся и жестом пригласил всех пройти к небольшому столу, на котором уже лежала папка с королевским гербом.

— Полагаю, нам следует прежде закончить официальную часть. Тем более что леди Виктория ожидала этого дня значительно дольше, чем кто-либо из нас.

Ласеллс взял из рук служителя и раскрыл папку, извлекая из неё большой пергаментный лист с красочно исполненными начальными буквами и массивной зелёной восковой печатью, подвешенной на алых шнурах. Алексей невольно отметил, что англичане даже юридические бумаги умудрялись превращать в предмет искусства. На фоне привычных советских постановлений, отпечатанных на машинке и украшенных разве что красной печатью «секретно», жалованная грамота выглядела словно ожившая страница средневековой летописи.

Секретарь коротко изложил содержание королевского пожалования. В соответствии с волей Георга VI и решением короны Александр Генри Эшбернем, известный в Советском Союзе как Алексей Иванович Штурмин, удостаивался наследственного достоинства графа Эшбернем из Эшбернема в графстве Сассекс. Грамота особо отмечала его происхождение от старинного британского рода и заслуги, проявленные в войне против нацистской Германии, а также подтверждала установленный порядок наследования нового пэрства.

Документ уже прошёл необходимые юридические формальности и был скреплён Большой государственной печатью. Собственно, с этого момента графство и существовало юридически, а нынешняя церемония являлась личным представлением нового пэра монарху. Никаких дополнительных присяг, коленопреклонений и прочих средневековых обрядов не предполагалось, что Алексея вполне устраивало, хотя некоторая часть его души всё-таки сожалела об отсутствии хотя бы одного рыцаря в железных латах.

Когда секретарь закончил, Георг принял документ и повернулся к молодому генералу.

— Лорд Эшбернем, — произнёс король, впервые официально обращаясь к нему по новому титулу. — Сегодня британская корона возвращает вашему семейству достоинство, которое ваши предки носили на протяжении многих поколений. Я хотел бы, чтобы вы рассматривали это не только как признание ваших личных заслуг, но и как свидетельство того, что исторические связи между людьми и народами могут пережить даже самые тяжёлые испытания. Вы служите Советскому Союзу, и мы относимся к этому с полным уважением. Но вместе с тем вы являетесь потомком британской семьи, перед которой наша страна имеет немало обязательств.

Георг чуть помедлил и добавил уже менее официально:

— Я хорошо знал ваших родителей, Александр, и думаю, они были бы счастливы увидеть вас сегодня здесь. Поздравляю.

Он протянул грамоту, и Алексей принял документ обеими руками, после чего коротко склонил голову.

— Благодарю вас, сэр. Для меня большая честь принять это пожалование. Я постараюсь быть достойным памяти своих предков и доверия, которое вы мне оказываете. И надеюсь, что моя принадлежность к двум столь разным мирам будет приносить пользу обеим нашим странам.

— Именно на это я и рассчитываю, — ответил Георг, пожимая ему руку.

Официальная часть на этом закончилась. Ласеллс передал документы одному из чиновников, который должен был обеспечить их дальнейшее оформление и публикацию сообщения в «Лондон Газетт», а король пригласил присутствующих немного отдохнуть. Королева немедленно воспользовалась возможностью и, взяв Викторию под руку, увела её к креслам у