Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко

Елена Прокофьевна подскочила ко мне, картинно хватаясь за сердце.

— Боже мой! Что мы скажем Валентину Аркадьевичу. А если этот брак сейчас подохнет, прямо у нас на глазах⁈ — причитала она.

«Подохнет». Я внутренне скривился. Для таких как эта особа, все эти существа лишь ресурс. И в то же время обуза. Они боятся не за жизнь братьев меньших, а чтобы им не попало, чтобы на них не обрушился гнев Крысолова. Эгоисты бездушные, вот кто они.

— И как назло, ни одного куратора нет на месте! — продолжала причитать заведующая.

— Елена Прокофьевна, я тоже куратор, если вы забыли. Сейчас мы всё быстро решим, — спокойно осадил я заведующую, всмотревшись в её бледное лицо.

Я уже направился к утконосу, но меня вновь отвлекли. На этот раз пожилой фамтех в замызганном белом халате. Егор Иванович. С ним Игорь, его щуплый прыщавый ассистент с чемоданчиком.

— Зря я снял с него подавляющий ошейник, — горестно признался фамтех, почёсывая за седую голову.

— А зачем вы вообще его сняли, Егор Иванович? — уточнил я, не останавливаясь.

— Да перед вечерней кормёжкой же! Ошейник слишком тугой был, сдавливал ему гортань, он глотать не мог нормально! Ох… зря я сжалился! — продолжал убиваться фамтех. — А теперь вон что творится! Он же свой резерв тратит! У него стресс просто запредельный! Так… Вы, Артур, пока постойте здесь. Игорь, пожалуй, я знаю, что делать. Быстро готовь укол. Лошадиную дозу успокаивающего. Надо его срочно вырубать, пока не прогорел напрочь!

— Игорёк, постой, не надо ничего колоть, — я остановился, перехватил руку ассистента с нераспакованным одноразовым шприцем. — Я сам разберусь.

Пожилой фамтех нервно крякнул, возмущённо глядя на меня.

— Это же пятнистый утконос… Да вы вообще знаете, что это за редкое и сложное существо, молодой человек⁈ — возмутился он. — Понимаете, что случится, если он околеет⁈ С нас хозяин шкуру за это сдерёт, заживо!

Я усмехнулся про себя. К полку заведующей прибыло пополнение. Ещё один меркантильный товарищ. И да, «хозяин», ну конечно. Для запуганного персонала Валентин Корш был царём, богом и вершителем судеб в одном лице.

— Утконос этого вида имеет три энергоузла. Один в подключичном отделе и два симметричных подмышками, — отчеканил я ледяным тоном. — Также он обладает резервным эфирным пузырём, который сейчас и расходуется.

Фамтех удивлённо заморгал, его челюсть слегка отвисла.

— Ишь ты… да вы, я погляжу, эксперт, — пробормотал он, меняя тон. — И что конкретно вы предлагаете делать? Почему не надо колоть успокаивающее?

— Вы видите, как он дрожит? Ему сейчас нужна квалифицированная помощь, а не химия. Подумайте сами, что произойдёт с нестабильным эфирным полем, когда вы вколете ему мощный релаксант. Реакция Ядра на резкий спад энергии может быть абсолютно непредсказуемой. И не отвлекайте меня… Советую не приближаться.

Отодвинув в сторону подскочившую было заведующую, я прошёл ещё с двадцать метров, шагнул под водяной купол. Капельная завеса на уровне глаз послушно расступилась передо мной, пропуская внутрь. Я присел на корточки перед утконосом и бережно взял вибрирующего эндемика на руки.

Гравитационная аномалия тут же потеряла фокус. Купол сместился в сторону озера и с громким шумом, напоминающим кратковременный летний ливень, вернул в водоём частицы влаги.

Персонал на берегу замер в почтительном отдалении, никто не спешил приближаться. А утконос пищал и протяжно крякал посматривая на меня чёрными глазами.

В этот момент из моего нагрудного кармана раздался шорох, барон Сверчанский так, чтобы его не было видно остальным.

— Докладываю диспозицию, командир, — грустно прострекотал гусар, опустив усы. — Клювастый корнет из последних жил тянет эфирные резервы-с. Из шкуры вон лезет, дабы показать вам настоящую кавалерийскую выправку! И зело надеется, что вы заберёте его в наш эскадрон, насовсем. Выслужиться хочет, салага…

Я посмотрел в полные отчаяния и мольбы чёрные глазки зверька. Почувствовал эфирный выплеск. Питомец сам хотел со мной связаться, незримая связь повисла в воздухе, и только я ощущал её. Сразу же появился ком в горле. Измученный эндемик предлагал мне стать его хозяином, он рисковал своим здоровьем, лишь бы не оставаться в этом месте. Сейчас он отчаянно хотел связаться с человеком, который защитил его от садистов.

— Нет, дружок, — едва слышно шепнул я утконосу. — Я пока не имею на тебя никаких законных прав, по документам. Мне просто не дадут вынести тебя за ворота. И ты сейчас предельно истощён. Восстановись. И больше никогда не трогай свой внутренний резерв. Ты ведь можешь навредить себе.

Утконос издал надломленный писк, вновь крякнул, на этот раз протяжней обычного. Эфирная нить колыхнулась передо мной в воздухе.

Согласиться я не мог. Но и отказать, означало только одно. Мой прямой отказ подорвёт этого зверька морально, и тот совершит очередную глупость. Повредит Ядро, истощит внутренний резерв. И это лишит его воли к жизни, теперь уже окончательно.

— Но я с тобой обязательно подружусь, — твёрдо добавил я, замечая как заблестели в надежде глазки утконоса.

Выбор был очевиден. Незаметно для наблюдающей за мной компании, я активировал микро-импульс. Установил с утконосом скрытое Сопряжение. Протянул навстречу тончайшую и абсолютно невидимую для сканеров ментальную нить.

Наша связь не переводила зверька в статус моего личного фамильяра, но давало ему мощнейшую духовную опору и скрытую связь с Проводником. Подобный трюк могли проворачивать лишь опытные ветераны-гладиаторы. Своего рода тестовый режим эмпатии для питомца.

Именно так на Арене профи понимали, когда выбирали себе «партнёра», комфортно ли с ним будет работать или лучше остановиться на другом варианте. По официальным корпоративным легендам, именно так и формировались «идеальные» тандемы. Хотя я, как Метроном, прекрасно знал простую истину: любой тандем становится идеальным, если ты искренне любишь своего питомца и заботишься о нём.

Глаза утконоса мгновенно вспыхнули радостью и пониманием. Зверёк с облегчением обмяк на моих руках, полностью успокаиваясь. Он заурчал, прищуривая глазки. Не теряя времени я нащупал его энергоузлы, подмышки, затем в подключичной ямке. Убедился, что опасная вибрация сходит на нет. А затем передал по Сопряжению послание.

«Береги себя. Никакой самодеятельности. За тобой здесь постоянно следят. Если ещё раз вытворишь такое, тебя навсегда отправят