Делай свой ход, королева - Анна Рейнс

Но клятва мне сейчас только на руку – именно она дает уверенность, что Эйден не воткнет мне кинжал в сердце.

Хотя с чего я вообще взяла, что это сделает именно он?

– Пришли. – Сообщил мне страж, останавливаясь у уже знакомой двери. – Служанка скоро прибудет.

Хотелось спросить, с каких это пор пленникам положена служанка, но я удержалась от ядовитых слов. Поиграем в принятие, пока положение вещей не станет более ясным.

Моя золотая клетка приветливо распахнула дверцу, а я, не колеблясь, шагнула внутрь. Потому что точно знала, что ее тонкие прутья больше не смогут меня удержать. Дверь закрылась, но удаляющихся шагов я не услышала – значит, остались караулить.

Я осмотрела знакомую гостиную, ощущая себя так, словно прошли годы с того момента, как я была здесь в последний раз. Мои вещи остались нетронуты, и почему-то это разозлило. Эйден словно нарочно демонстрирует, что знает каждый мой шаг наперед… или это я вижу подвох там, где его быть не может?

Раздался тихий стук в дверь.

– Войдите! – Злость все еще клокотала внутри, поэтому мой голос звучал резко. Прибывшая девушка была мне незнакома: старше предыдущей, со светлыми волосами, убранными под серый невзрачный чепец. Черты ее лица напоминали мне Эмили, что не способствовало хорошему настроению.

Увидев меня, она остановилась. Глаза расширились от ужаса, веснушки побледнели. А я внезапно осознала, что по-прежнему выгляжу, как оживший кошмар из баек о ведьмах, коими простолюдины пугали своих детей.

– Госпожа прикажет подать ванну? – Она на удивление быстро взяла себя в руки, чем немало меня удивила.

– Прикажу. – Медленно проговорила я. – Как тебя зовут?

– София. – Ответила она поклонившись. Затем тяжело сглотнула и добавила: – Служить вам честь для меня. Все интереснее. Моя злость улеглась, уступая место холодному любопытству.

– Тогда приступай.

Я отошла к окну, чтобы не нервировать девчонку своим взглядом, и тут же усмехнулась своим мыслям. Эта “девчонка” едва ли старше меня, а я рассуждаю так, словно разница между нами измеряется десятилетиями.

Вообще, я могла бы вновь использовать тьму, чтобы вернуть себе приличный вид. Но, во-первых, как я уже выяснила, резерв у меня не бесконечный, и следует поберечь силы на тот случай, если условия моего пребывания в замке мне не понравятся. А во- вторых… одна только мысль о горячей ванне заставляла меня блаженно прикрыть глаза. После всех этих дней в “убежище”, мне было жизненно необходимо вновь почувствовать себя собой.

Я слушала успокаивающий шум воды, почувствовала запах эфирных масел, и, наконец, ощутила, как холодное, цепкое беспокойство, что сжало мое нутро когтистой лапой, начало отступать.

А через несколько минут я уже опустилась в воду, как раз в тот момент, когда раздался очередной стук в дверь. Откликнувшаяся на него София вернулась почти сразу с подносом, полным еды. У меня возникло стойкое чувство дежавю, не хватало только записки от Эйдена.

– Вам послание. – Сообщила девушка, протягивая сложенный вдвое лист бумаги. Мое сердце отчего-то забилось быстрее, но виду не подала. Нарочито медленно приняла письмо из ее рук, стараясь ничем не выдать волнение.

Дорогая Ассия,

Рад вашему возвращению. Будьте готовы через два часа к аудиенции с королем. Генерал Даррен сопроводит вас. Эйден

Рад возвращению. Я скомкала злосчастный лист бумаги, а затем испепелила прямо в руке. Разумеется, ты рад, Эйден. Самая важная фигура на шахматной доске вновь в твоем распоряжении.

Похоже, я горячилась, когда подумала, что клятва мне на руку. К такому невозможно привыкнуть. Невозможно оправдать ее ценность одним лишь условием, что я погибну не от руки Эйдена. Она душила меня одним лишь фактом своего существования, и от мысли, что я буду во власти младшего принца еще почти целый год, внутри поднимался протест. Хуже всего, что досрочного решения этой проблемы пока не предвиделось: снять ее может лишь Эйден или… его смерть.

Внутри все похолодело настолько, что вода стала казаться обжигающе горячей.

– Позвольте, я вымою ваши волосы. – Произнесла София, касаясь темных прядей. Ее тонкие пальцы добрались до кожи головы и принялись мягко массировать, распределяя приятно пахнущее средство. Я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на ее движениях и выбросить из головы все неприятные мысли.

И как-то неожиданно для самой себя расслабилась настолько, что чуть не уснула. Я и забыла, что в том прошлом я ушла с наступлением ночи, истратив при этом все свои силы — как физические, так и магические. А ведь сейчас день в самом разгаре: нужно держать лицо перед королем, перед Эйденом, перед генералом, перед любым, кто встанет у меня на пути.

Я широко зевала, когда выбиралась из ванны. И даже не спросила, почему выбранное платье оказалось черным и закрытым

— с длинными рукавами и широким вырезом лодочкой, что оставлял открытыми лишь ключицы.

Наряд хоть и был простым, но мне шел необычайно. Темная ведьма во всей своей смертельной красе, — примерно так я его охарактеризовала. Он словно подчеркивал мою нечеловеческую суть, и я задавалась вопросом, зачем это Эйдену? Хочет презентовать меня отцу, как самое совершенное оружие против врага?

Генерал Даррен явился ровно в назначенное время. Отец Эмили обвел меня презрительным взглядом, останавливаясь на глазах.

– Будь моя воля, – Буквально выплюнул он. – Ты бы уже горела на костре, предательница.

Предательница. А вот это уже интересно. Какого черта тут происходит? Мысли метались в голове, пока я изо всех сил пыталась выбрать правильную линию поведения. Но вскоре осознала, что она у меня теперь только одна. Тьма избрала меня, а я ее, и нет у меня другого пути, кроме как быть ведьмой.

– Как дочка поживает? – Оскалилась я, не скрывая угрозы в голосе. Лицо генерала напряглось, глаза потемнели, рука сжалась на рукояти меча… а через мгновение он развернулся и вышел из моей комнаты. Посчитав это за приглашение, я последовала следом, рассматривая его прямую, как палка спину.

По пути нам почти никто не встретился, словно замок внезапно опустел. Мы и правда направлялись в сторону королевских покоев, но не дойдя несколько метров до заветной двери, что я помнила с прошлого нападения, мы остановились.

– Это кабинет Его Величества. – Сухим голосом объявил генерал. – Я доложу о вашем прибытии.

Как быстро угрозы освежают память о правилах вежливости. Надо же, даже вспомнил, что к аристократке принято обращаться на “вы”. Я