Делай свой ход, королева - Анна Рейнс

– Трахаешься ты отвратительно. – И затем с фальшивым испугом: – О нет, клятва все еще работает!

Выражение его лица было просто непередаваемым. Настолько, что я не смогла удержать издевательский хохот. На меня вдруг нахлынуло такое облегчение, почти эйфория, что я забыла, где и с кем нахожусь.

– Надеюсь, мне не придется искать, чем заткнуть твой лживый рот, чтобы ты выслушала мое предложение… – начал он, чем рассмешил меня еще больше. Как мило, что он отсылается к моим же собственным словам! Нет, определенно у меня талант выводить его из себя, иначе и не объяснишь, почему он смотрит с таким неприкрытым раздражением.

– Своей невесте будешь затыкать. Кстати, как она поживает? – Насмешливо ответила я, уже чувствуя, что победа в этой словесной схватке осталась за мной.

– Замечательно. Уже через месяц ты сможешь к ней обращаться “Ваше Величество”. – Голос Эйдена вновь стал ровным и спокойным, словно с разговором об Эмили он обрел твердую почву под ногами. Захотелось скривиться, но я равнодушно пожала плечами.

– Поздравляю. Полагаю, генерал Даррен очень этого ждет. Уверена, он активнее поддерживал твое восхождение на престол.

Браво, Эйден. Отличная партия… во всех смыслах. – В моем голосе чистая насмешка.

Я не была там, но картина уже начала складываться довольно однозначная. Эйдену нужна была поддержка Совета – уверена, что на его стороне были все, кто еще сохранял лояльность короне. Военную поддержку обеспечил отец Эмили, а аристократы… просто склоняются к тому, в чьих руках сосредоточена сила и власть. Теперь мне даже стало понятно, почему со свадьбой так затянули: всегда был шанс, что что-то пойдет не так, и генерал попросту не хотел ставить под удар дочурку.

Какой заботливый папаша. Не то что мой.

Теперь я даже начала отдаленно понимать, как отказ участвовать в турнире был ему на руку. Внимание аристократии все это время было приковано к нему – мятежному принцу, беспокоящемуся о будущем страны. А его братья, видимо, не были достаточно дальновидны, чтобы увидеть в нем угрозу. Эйдену надлежало стать их руками, а не головой, что носит корону.

За всеми этими простыми действиями скрывались годы работы, связи, построенные по кирпичикам. И, признаюсь, это не могло не вызывать восхищение.

– Боюсь, что лавры за все эти достижения принадлежат тебе. – Голос Эйдена вдруг стал злым, а лицо превратилось в маску.

– Восемь лет, Ассия. Восемь лет я следовал пути, что ты мне указала.

– Не смей перекладывать на меня ответственность. – Отчеканила я вставая. Оперлась руками об стол, нависая над ним. – Ты сам выбрал его. Ты мог бы предотвратить это все другим способом! Не впутывая меня!

– У тебя пока не было возможности узнать, как работает эта сила. А вот у меня было очень много времени, и его я потратил в королевской библиотеке, пытаясь собрать хоть что-то из тех крох информации! События невозможно изменить, Ассия. Ты стерла то будущее только потому, что тебе суждено было это сделать. И попробуй я изменить ход событий, последствия для всего мира могли бы быть катастрофическими. Но… даже если бы это было не так. Давай на секунду представим, что у меня был выбор.

Эйден тоже поднялся со своего места и отзеркалил мою позу. Мне пришлось задрать голову, чтобы продолжать смотреть ему в глаза.

– Зачем мне было менять будущее, в котором я точно знаю день и место нападения? Где я мог самолично пройтись по стану врага незамеченным, слушая планы, оценивая их вооружение, количество бойцов, а затем получить возможность их уничтожить? И как ты думаешь, какой выбор был более правильным: кинуть на передовую одну сильную ведьму, зная, что она выживет и всего лишь попадет в прошлое, или позволить далмарийцам залить Аэлорию кровью?

– Всего лишь? – Почти неслышно выдохнула я, а в голове вновь пронеслись моменты боли и унижения, что я пережила в том ненавистном прошлом.

Лицо Эйдена приблизилось почти вплотную к моему – я даже почувствовала его глубокое, теплое дыхание на своей коже. Я понимала его точку зрения: она была правильной до зубовного скрежета и логичной, как сами законы мироздания.

Я ошиблась, когда посчитала, что Эйден выбрал меня. Он всегда выбирал всех, кроме меня. Для него я на той чаше весов, что бесконечно движется вверх.

Горькое разочарование разлилось внутри, словно я до последнего не желала принимать эту правду. Словно его жадные прикосновения в прошлом и настоящем хоть что-то значили. Словно это его “я даже самому себе не хочу тебя отдавать” имело хоть какой-то смысл.

– Вы поступили абсолютно правильно, Ваше Величество. – Криво ухмыльнулась я, отступая и проводя тем самым черту между нами. Вечно собранный Эйден почему-то выглядел так, словно я его ударила: взгляд стал стеклянным, губы сжались в линию. – Я готова выслушать ваше предложение.

– Я хочу, чтобы ты заняла место своего отца в Совете. – Произнес он, возвращаясь в кресло. Не хотелось признавать, но ему удалось меня удивить.

– Я? Советница? – Мои брови взлетели вверх, спина выпрямилась еще сильнее, если это вообще было возможно. – Тебе уже так надоела корона, что не терпится быть свергнутым из-за… не очень дальновидных решений?

– Никто не справится лучше. Жители арронда благоволят тебе, даже прекрасно зная, что ты ведьма. Не смотри на меня так, я осведомлен о твоих юношеских годах лучше, чем хотел бы.

– Ты за мной следил? – В моем голосе чистое возмущение. – Все эти годы?

Ну, конечно, Эйден не мог попросту оставить меня в покое, зная, что в одном из древних родов, приближенных к королю, подрастает ведьма. Можно было и догадаться.

– Присматривал. – Поморщился он, переводя взгляд на окно — туда, где закатное солнце окрасило небо в золотистые цвета.

– Это неважно. Твой арронд стратегически значим для всей Аэлории. Он соседствует с Далмарийской империей, и нам важна лояльность его жителей. Любой наместник, прибывший под твоим именем, будет встречен с меньшей настороженностью, чем незнакомый им управленец.

– Наместник? – Я все пыталась угнаться за ходом его мысли. Я-то думала, он хочет сослать меня с глаз долой, словно ставшую неугодной любовницу.

– Твое присутствие нужно мне здесь, в столице. Как и полагается всем членам Совета в период военного положения. –

Продолжил он.

– Я женщина. Даже если не брать во внимание то, что я ведьма с клеймом предательницы…

Я растерянно