Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы - Алиса Рудницкая
Я вздохнула, чувствуя уверенность в себе. Отлично, теперь я, по крайней мере, знала, что делать. Однако книга, написанная в Тиар’Мелин, не была бы собой, если бы снизу этого опуса не шла еще одна заметка, выделенная другим шрифтом и более крупная.
«Однако помните, что если вы хотите пойти путем волчицы, то нет ничего более простого, чем взять в оборот своего преследователя. Далее мы приведем подробную статью о том, как это сделать».
Я напряженно втянула воздух через нос, потом выдохнула ртом. Глянула на открытку с милым глазастым песцом. Вот ведь действительно, тотемное животное Лаурэанта! Никакой он не зайчик, как его величала Сэй. Песец обыкновенный. Беленький, красивенький, проблемный.
Но блин, было в этом что-то такое-этакое. Было что-то во всех этих бешеных эмоциях, что каждый раз сопровождали его появление. Как не крути, а Истара так не корежило, как корежило эльфа. Я перевернула пальцем открытку, пробежалась по строчкам. Мне представилось, как он пишет все это — уставший, грустный. Возможно, даже снова роняет льдинки слез на стол.
Я заплутала между желанием оттаскать дурачка за уши и обнять-пожалеть.
«Ладно, — подумала я, возвращаясь к книге. — Я почитаю это просто для общего развития. Применять не буду. Мне просто, блин, любопытно, что из этого в чистой теории могло бы получиться».
И, успокоив себя таким образом, я вернулась к книге.
Глава 11
Прострация
Ох зря у туда полезла… ох зря…
Спустя неделю я пришла в семейную библиотеку и осознала, что все книги по увлекшей меня теме уже находятся в моем кабинете. Вернувшись туда и уперев руки в бока, я уставилась на треклятые полки с ненавистью. Верхняя была заставлена книгами про основы. Вторая — про путь львицы, а третья и четвертая, на которой раньше красовалась коллекция фарфоровых зайчиков, заполонили книги про путь волчицы и полигамию.
«Это конец, — подумала я с содроганием. — Какой бы эта идея не была провальной, а меня она привлекает настолько, что если только чертов придурок Лаурэант появится у меня на пороге хотя бы еще один раз, я буду готова попробовать».
Сев за стол, я уронила голову на столешницу, прикрыла глаза и довольно долго ничего не делала, просто свыкалась с этой мыслью.
Два парня…
Зачем? Вроде, мне и одного всегда было много. А два — это уж точно перебор. Однозначно перебор. К тому же, завести двух партнеров, стоящих на разных путях, было где-то в области тяжелой психологической эквилибристики. Женщине нужно было уметь переключаться между двумя довольно разными амплуа. Быть почти актрисой.
И ладно бы это, но ведь два моих избранника не ладили от слова совсем! А это — еще одна головная боль. Помирить Истара с Лауром казалось мне невыполнимой задачей. Нет, были способы. Имелись. Но в то, что они сработают, верилось мне очень слабо.
Однако, несмотря на все сложности, все эти сладкие кейсы, описанные в книгах для волчиц, вызывали у меня мурашки по коже и желание попробовать. С Истаром этого делать было нельзя. Мало того, что не сработает как надо, так он ведь еще и расстроится, если не обидится. Волчица — это вам не добрая большая кошка. Она — садистка и шантажистка. Игрушечная, не страшная… но вполне убедительная. По крайней мере, для своего парня.
А уж с каким удовольствием я обожралась книг по психологии, мммммм!
Короче. Колючая тема, но какая же, блин, желанная.
Усвоив мысль о том, что мне всего этого хочется, я попыталась отговорить себя и так и этак, но разбалованная «хотелка» разошлась не на шутку. Она уверяла меня в том, что я стала жить хорошо и приятно как раз с тех пор, как я дала ей волю. И намекала, что если я буду продолжать делать то, чего мне хочется, все станет еще лучше.
Занятая борьбой со своими желаниями, я так крепко устала, что уснула.
Проснулась я от того, что меня кто-то легонько тряс за плечо.
— Что? — встрепенулась я. — А, Истар…
В кабинете было темно, и глаза Истара нервно светились в полутьме. Лицо у него было взволнованное, смотрел он на меня обеспокоенно.
— Аэ, пожалуйста, умоляю, пойди и выгони его, — почти простонал он. — Он меня до одури пугает…
— Кого? — тут же внутренне напряглась я.
Впрочем, вопрос был, скорее, риторическим. Ну кто мог притащиться в такой поздний час и измотать нервы моему, в общем-то, мирному партнеру? Разумеется дурацкий эльф-отморозок.
«Ну все, — подумала я, вставая со своего места. — Ему конец. Я его сейчас убью. Просто затем, чтобы выбросить все эти глупости из своей головы».
— Пошли, — довольно жестко велела я Истару.
Мы поспешили на улицу. Там уже стемнело, и, кажется, собирался дождь. В последнее время, несмотря на ночные ливни, становилось все жарче и жарче, лето подходило к апогею жары, превращая великолепные эльфийские леса в живые и цветущие райские кущи. Настоящий праздник жизни. Только эльфам такое положение дел, пожалуй, не нравилось. Зато зверюшкам и насекомым — очень даже. Хорошо хоть, от них стоял вокруг поместья заслон. Но стоило за него выйти — ууууу. Там был ад.
И в этом аду, за воротами, устало стоял Лаурэант.
Увидев его, я даже издалека поняла, что с парнем что-то не так. Он стоял, опустив голову, и совершенно неприлично для аристократа качался с носков на пятки. Когда мы подошли, он даже не посмотрел на нас.
Мы с Истаром застыли, уставившись на него. На эльфе была рубашка цвета шампанского, белоснежный костюм из брюк и жилета, ноги украшали остроносые кремовые туфли. Его облепило облако комаров и мошкары, выглядывающие из закатанных рукавов руки были искусаны. Даже на лице виднелось несколько пятнышек, однако эльфа это, казалось, совершенно не волновало.
Вся эта картинка тут же вызвала у меня нехорошие ассоциации. Лаурэант выглядел так, будто умер стоя, и