Делай свой ход, королева - Анна Рейнс
Показалось, что его рука дернулась по направлению ко мне, словно хотела коснуться поврежденных запястий. На несколько секунд повисло молчание, в котором было слышно лишь мое дыхание, неровное, напряженное, вырывающееся сквозь стиснутые зубы. Все внутри желало узнать ответ на этот вопрос. Ну же, принц, скажи мне правду.
– Я думаю, что ты права, Ассия. – Произнес он, наконец. Что ж, честность в его исполнении звучит даже еще более мерзко, чем ложь. – Я тебя не отпущу. Можешь ненавидеть меня сколько хочешь, но что-то притянуло тебя именно ко мне. Провидение богов, или высшие силы… это абсолютно не важно. Кто я такой, чтобы отказываться от силы, что способна изменить ход истории?
На моих губах расцвета издевательская улыбка, хотя внутри все сжалось от плохого предчувствия.
– Значит, ты веришь в судьбу, Эйден? Веришь, в свою исключительность… что моя сила была предназначена достаться тебе?
– Я сделала паузу, качая головой, словно отказывалась верить услышанному. – Знаешь, что я тебе на это скажу?
Не знала даже я сама, но желание высказать все, что я о нем думаю, росло с каждой секундой. Эйден словно чувствовал это, подгоняя меня хлесткими словами.
– Давай уже, сцеживай яд, ведьма. Я так и вижу, как тебе хочется вцепиться в меня клыками.
– Мне не нужно даже прикасаться к тебе, чтобы отравить. Запомни мое лицо, Эйден. Оно будет преследовать тебя в самых страшных мечтах и самых сладких кошмарах. Поверь, твоя самоуверенность очень дорого тебе обойдется. Считай это ведьминским проклятием или предсказанием от той, кому подвластно время. А теперь свали, твое присутствие меня утомляет.
Я говорила нарочито грубо, чтобы он ни на секунду не заподозрил, что творится у меня внутри. А там разворачивалась целая буря, подпитанная его недавними словами. Что он думает о себе, говоря, что меня не отпустит? Мне так и быть привязанной к нему вшивой клятвой, пока смерть не разлучит нас?
Та самая, что застанет меня валяющейся у него в ногах с кинжалом в груди.
«Я этого не хотел», — сказал тогда Эйден, стоя над моим мертвым телом, в том будущем, что я видела. Корона на мне, но кто будет королем? Что, если Эйден убьет меня просто за то, что я вырвусь из-под его влияния?
Если считать эту версию основной, но у меня меньше года — именно столько будет действовать клятва, если мне вообще удастся вернуться в свое время.
– За что ты меня ненавидишь, Ассия? – задумчивый голос младшего принца заставил меня вскинуть голову и вернуться в реальность. А я то было надеялась, что его королевских размеров эго окажется задето моими словами настолько, что он хотя бы на час оставит меня в покое.
– Боюсь, что если начну перечислять, то до следующего утра не управлюсь. Поэтому, Ваше Высочество, пожалуй, я воздержусь от ответа на данный вопрос.
Я демонстративно зевнула и отвернулась, хотя солнце все еще стояло в зените. Все, кажется, я исчерпала все свои возможности увиливать от его неуемного любопытства. И очень вовремя, потому что, кажется, других вопросов у Эйдена не осталось.
Вздохнув, он вернулся на свою половину, небрежно кидая лист с записями на стол. Несмотря на все мои попытки испортить его настроение, принц выглядел так, словно пребывал в прекрасном расположении духа. Пожалуй, вид был лишь слегка задумчивым, но это и неудивительно – сколько новых деталей сложились в ясную картинку.
Я же чувствовала себя опустошенной. Необходимость постоянно подбирать слова и скрывать истинные эмоции выжимала мою душу досуха. Но это Эйден. С ним никогда не было просто.
Следующие два дня тянулись бесконечно долго. Мы с младшим принцем почти не разговаривали, а я так и вовсе старалась на него даже не смотреть, словно того не существовало в этой хижине. А вот его взгляд я чувствовала почти беспрестанно. Иногда задумчивый, иногда заинтересованный, но чаще всего темный и тяжелый, ощущающий могильной плитой, что не дает дышать.
Такой знакомый.
От него хотелось бежать куда подальше — об этом вопили все мои инстинкты самосохранения. Память услужливо напоминала: ни к чему хорошему он не приведет.
В его голове уже крутятся шестеренки, отмеряющие конец моего спокойного существования. Даже не моего, а двенадцатилетней девочки, что только что почти стала жертвой насилия, а теперь сидит в кабинете отца, глотая горький напиток и его обвинения. На несколько мгновений мне стало ее так жалко, что захотелось найти и обнять. Сказать, что она вырастет сильной и смелой, что не растеряет свою человечность и обязательно справится со всеми проблемами.
Мне хотелось бы, чтобы она меня обняла в ответ и поверила каждому слову. И тогда, возможно, я бы тогда не оказалась в таком дерьме, как сейчас.
В голове лениво крутился план побега, но с какой стороны я бы на него ни смотрела, неудача казалась самым вероятным исходом.
Мне нужна моя сила, а значит, необходимо первым делом избавиться от оков. Ключ у Эйдена, а тот буквально неуязвим от любого моего покушения на жизнь и здоровье. Можно попытаться его соблазнить, но... я перевела взгляд на свои непривлекательные тряпки, потрогала спутанные волосы и мысленно вздохнула. Без вариантов. Не говоря о том, что женщина
— последнее, что он может сейчас во мне увидеть.
И что мне остается? Ждать, когда он сам соизволит придумать мне применение или отпустит? Свои намерения он уже высказал довольно прямо – шансы на это настолько малы, что даже рассматривать не стоит.
Остается последний вариант. Избавиться хотя бы от цепи и бежать в лес, молясь, что по пути не встретятся инквизиторы, а то и добрые селяне, желающие лицезреть горящую на костре девку с неправдоподобно-черными глазами. Моя тьма явно что-то против меня имеет, раз забросила именно в это время.
Я пока не до конца понимала свою силу, хотя после исчезновения чудовища, знала о ней гораздо больше. Мне повезло пройти инициацию после восемнадцати лет: до этого момента у меня не было и малейшего шанса остаться собой. Тело недостаточно зрелое, чтобы вынести открытие магических каналов, а сознание не готово к слиянию.
Чудовище стремится к главенству, но, как это случилось со мной, может уступить, если посчитает, что носитель подходит для цели. Какой? На этом месте в моем разуме зияла такая беспросветная пустота, что я даже не представляла, что и думать.
Я только знала, что если собрать все