Антирейдер. Незаконные корпоративные захваты. Проблематика и защита - Александр Владимирович Аронов

указано, что арест может быть наложен на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия[41]. Однако здесь возникает проблема, если незаконный корпоративный захват только готовится или временно не завершен. В таких случаях имущество, подлежащее аресту для его сохранности, по-прежнему принадлежит законному владельцу, а подозреваемых или обвиняемых по делу, как правило, еще нет. Более того, личности потенциальных участников захвата следователю могут быть неизвестны по различным причинам.

Таким образом, существующее законодательное положение фактически ограничивает процессуальные полномочия следователя по наложению ареста на имущество, подвергшееся незаконному корпоративному захвату.

Оптимальным вариантом решения этой проблемы видится небольшое дополнение части первой статьи 115 УПК РФ с указанием, что арест может накладываться не только на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, но и на имущество иных лиц, ходатайствующих о его аресте[42].

Что касается отнесения расследования незаконного корпоративного захвата к подследственности следователей Следственного комитета Российской Федерации, это предложение уже неоднократно высказывали руководители силовых ведомств[43]. Они аргументируют его важным обстоятельством, на наш взгляд, весьма убедительным: почти во всех случаях рейдерам оказывают помощь чиновники органов государственной власти и местного самоуправления – должностные лица, на которых распространяется особый порядок уголовного преследования.

К этой же категории относятся представители выборных органов, которые в интересах рейдеров направляют депутатские запросы или выполняют иные поручения. Например, выступая в средствах массовой информации, они иногда намеренно искажают действительный ход событий. При этом их цель при незаконном корпоративном захвате может быть не связана с желанием получить фактическое или юридическое господство над юридическим лицом и его имуществом. Корыстная цель таких лиц зачастую состоит в передаче похищенного имущества третьим лицам, в обогащении которых они заинтересованы по разным причинам[44].

Еще одним убедительным аргументом является то, что дела о незаконных корпоративных захватах, как правило, имеют повышенную сложность. Для реализации схем захвата создаются многоуровневые структуры, обладающие высококвалифицированными юристами и финансовыми ресурсами для подкупа должностных лиц. Примером может служить «Инвестиционная компания «Россия»», преступная деятельность которой отличалась строгой иерархической организацией и высоким уровнем конспирации. Несколько лет эта компания считалась одной из крупнейших и опаснейших преступных организаций в России, специализирующихся исключительно на незаконных корпоративных захватах[45].

Следствием установлено, что в ее структуре функционировали разведывательные, контрразведывательные, юридические, финансово-экономические, вербовочные, силовые и другие подразделения. Лишь 10 апреля 2009 года суд вынес приговор, осудив четырех руководителей (Карпача, Седова, Широкова и Коркина) к длительным срокам лишения свободы; трех подсудимых, не принимавших активного участия в преступлениях, – к условным срокам; семь обвиняемых объявлены в международный розыск[46].

Таким образом, следственная и судебная практика, изучение и обобщение которой относится к предмету криминалистики, является веским аргументом в деле решения проблем правового обеспечения расследования преступлений, нацеленных на незаконные корпоративные захваты, в частности, в части допустимости и порядка применения криминалистических методов, средств и рекомендаций.

Расследование незаконного корпоративного захватакриминалистическом аспекте представляет собой последовательный и целенаправленный процесс создания информационной модели каждого отдельного события преступления. Этого можно достичь только при наличии массива относимых, допустимых и достоверных сведений, основу которых составляет достаточная совокупность криминалистически значимой информации, сконцентрированной в материалах уголовного дела. Как показала практика, ее недостаточность во многих случаях объясняется некачественным информационным обеспечением предварительного расследования подобных фактов.

Информационное обеспечение, являясь неотъемлемой частью системы криминалистического обеспечения, представляет собой разноаспектную деятельность, тесно связанную с организационным, правовым, техническим и методическим обеспечением расследования[47]. Учитывая объемность данного вопроса, сосредоточимся здесь на проблемах формирования и ведения криминалистических учетов в целом, а также на использовании содержащихся в них сведений для раскрытия и расследования преступлений, нацеленных на незаконные корпоративные захваты.

Особое внимание этому направлению необходимо уделять и в настоящее время, поскольку развитие и дальнейшее совершенствование системы криминалистических учетов способствует повышению эффективности информационного обеспечения правоохранительной деятельности в целом[48].

Однако эффективность любых информационных систем будет существенно ниже ожидаемой, если одновременно не уделять должного внимания пользователям (потребителям) криминалистически значимой информации.

В связи с этим криминалисты справедливо подчеркивают необходимость повышения уровня их профессиональной подготовки и информированности о возможностях технико-криминалистического обеспечения в целом[49].

Иными словами, пользователей следует постоянно обучать работе с информацией, что позволит «…преодолеть бытующий среди практиков пессимизм и неверие в пользу и необходимость применения регистрационной информации»[50].

Параллельно с подготовкой потенциальных потребителей регистрационной информации предлагается пересмотреть действующую систему криминалистической регистрации с точки зрения эффективности каждого вида учета, научной обоснованности и практической значимости каждого регистрационного признака[51].

В основе информационного обеспечения раскрытия и расследования преступлений лежат материалистическое понимание окружающего мира и теория отражения. Организация и ведение криминалистических учетов невозможны без знания законов диалектики, отражающих объективные связи предметов и явлений окружающей среды, а также индивидуальность и относительную устойчивость объектов материального мира.

Развитие системы криминалистической регистрации тесно связано как с общей теорией криминалистики, так и с частными криминалистическими теориями: теорией криминалистической идентификации и диагностики, учением о механизме следообразования, способе совершения преступлений и др. Особое значение имеют научные положения, касающиеся механизма преступных действий и их повторяемости. Из этого следует, что информационное обеспечение раскрытия и расследования преступлений, учитывая достижения различных отраслей научного знания, в первую очередь криминалистического, должно разрабатывать и внедрять в следственную и судебную практику эффективные методы накопления, обработки и дальнейшего использования криминалистически значимой информации[52].

Для решения этой задачи в правоохранительных органах Российской Федерации созданы и ведутся более тридцати различных видов учетов. В зависимости от особенностей учитываемых объектов и характеризующих их признаков они объединены в следующие группы:

1) оперативно-справочные учеты;

2) экспертно-криминалистические учеты;

3) оперативно-розыскные учеты;

экспертно-криминалистические коллекции и картотеки;[53]

5) справочно-вспомогательные учеты.

Оперативно-справочные учеты аккумулируют информацию, имеющую косвенное отношение к преступлению. Они предоставляют справочные данные: установочные сведения, местоположение субъектов, ранее попавших во внимание правоохранительных органов.

Такие учеты ведутся на федеральном уровне – в Главном информационно-аналитическом центре МВД России, на региональном уровне – в информационных центрах МВД России субъектов федерации.

Оперативно-розыскные учеты содержат информацию, находящуюся в прямой связи с конкретным преступлением. Они характеризуют лицо, совершившее преступление, способ его совершения, орудие и объект посягательства.

Экспертно-криминалистические учеты требуют специальных знаний в области судебной экспертизы и криминалистики. Информация, сосредоточенная в этих учетах, используется органами расследования для установления личности преступника и орудия совершения преступления.

Справочно-вспомогательные учеты позволяют осуществлять идентификацию объектов (человека, предмета, материала), а также устанавливать их родовую и видовую принадлежность в процессе производства судебных экспертиз.

Для хранения учетной информации применяются локальные