Теодор Бун расследует: Обвиняемые - Джон Гришэм

Тео опустился на стул и начал шепотом совещаться с Мэй и мисс Петунией.

Судьи Йека на месте не было. По другую сторону прохода тоже ждали люди, и среди них Бак Боланд, он же Бак Балони, в своей тесной темно-коричневой форме охранника. Бак повсюду расхаживал в форме, таскал ее и на службе, и в выходные, как в прошлый понедельник, когда не позволил Тео проехать по своему двору. Сейчас Бак сверлил Тео глазами, готовый его придушить.

Старенькая секретарша судьи Йека сидела в углу за столом, разгадывая кроссворд. Время от времени она сонно клевала носом. Через несколько минут судья Йек вышел из двери позади судейского стола и сказал присутствующим: – Сидите.

Впрочем, никто и так не делал попытки подняться: формальности в «кошачьем суде», как его называли, были упразднены. Судья Йек, явившийся в джинсах, военных ботинках, старой спортивной куртке и без галстука, не скрывал презрения к своему занятию. Когда-то он работал в юридической фирме, но не удержался на должности. Он работал в этом суде потому, что никто другой не хотел этим заниматься.

 – Так-так, – начал он с улыбкой. – И снова мистер Бун!

Тео встал: – Здравствуйте, ваша честь, всегда приятно вас видеть.

 – И мне тебя. Кто твой клиент?

 – Мисс Петуния Планкмор, владелица животного.

Судья Йек взглянул в бумаги и посмотрел на Бака Балони: – Кто тут мистер Боланд?

 – Это я, – ответил Бак.

 – Очень хорошо. Стороны могут выйти вперед. Попробуем выяснить обстоятельства дела.

Тео знал порядок, и они с мисс Петунией через маленькую дверцу прошли в отгороженную зону и сели за стол перед судьей. Бак устроился как можно дальше от них.

 – Мистер Боланд, вы подали жалобу на мисс Петунию, – сказал судья Йек. – Говорите первым. Не вставайте, просто расскажите, что произошло.

Бак нервно осмотрелся и кинулся с места в карьер: – Значится, так. Я работаю в «Суперпрофессиональных секьюрити», у нас контракт с фермерским рынком.

 – Почему вы с пистолетом? – спросил судья.

 – Я охранник.

 – Мне все равно.

 – У меня разрешение есть.

 – Мне все равно. Я не позволяю сидеть с оружием в этом зале. Снимите его.

Бак схватился за кобуру, отстегнул с ремня и положил на стол.

 – Сюда. – Судья Йек показал на свою скамью. Бак неловко подошел и положил пистолет, куда было сказано. Пистолет был очень большим. – Продолжайте, – сказал Йек, когда Бак вернулся на место.

 – Ну в общем, моя работа – обеспечивать безопасность на фермерском рынке. Нас там двое, я и Фрэнки. Он работает в западном конце, а я уже несколько месяцев наблюдаю за входом. У мисс Петунии прилавок рядом со входом, она там травки и цветочки продает, а рядом с прилавком открытое место, где она держит свою ламу.

 – Эту самую Люси? – уточнил судья.

 – Да, сэр. Два недели назад я, как обычно, проходил мимо ее прилавка, просто выполнял свою работу,

и тут эта лама подошла и уставилась на меня. Ее морда пришлась на уровне моей, и сперва я подумал, что она хочет меня поцеловать.

 – Лама целует людей? – перебил судья Йек.

 – Люси очень милая лама, она любит людей... Почти всех! – выпалила мисс Петуния.

Судья Йек, посмотрев на нее внимательно, решительно остановил: – У вас будет шанс высказаться. Прошу вас не перебивать.

 – Простите, ваша честь.

 – Продолжайте.

Бак втянул свое внушительное брюшко и продолжил: – Да, сэр, лама целует людей, особенно детей. Помоему, гадость, но народ обычно собирается поглазеть на ламу, и она иногда нагибается и целует кого-нибудь.

 – Ясно. Мы уже поняли, что лама Люси любит целоваться. Дальше.

 – Да, сэр. Как я сказал, лама подошла ко мне, несколько секунд мы смотрели друг на друга, затем лама сморщила нос в знак того, что ей что-то не нравится, откинула голову и плюнула мне в лицо. Слюны было много, это вам не пара капель. Мерзкая слюна, липкая и вонючая...

 – Лама и плюет на людей? – явно забавляясь, спросил судья Йек.

 – Да-да, ваша честь, и делает это совершенно неожиданно. Я и сообразить ничего не успел.

Мамаша Эйприл, Мэй Финнимор, шумная дама со свободными манерами и редким прямодушием, громко рассмеялась.

 – Соблюдайте порядок, – строго сказал судья, едва сдерживая смех. – Продолжайте, мистер Боланд.

 – На нас смотрели дети. Они, по-моему, знали, что лама плюется, и, когда она харкнула мне в лицо, все стали смеяться. Оказавшись в такой неловкой ситуации, я утерся, подошел к мисс Петунии и сообщил о том, что произошло. А она мне: «Да, Люси вас не любит». Я ей говорю: «Мне все равно, нравлюсь я ламе или нет, она не имеет права плевать на людей, особенно на охранников». Но мисс Петуния извиниться не пожелала, а, наоборот, развеселилась, по-моему.

 – А что, эта лама