Ночи беглеца - Джозеф Уэмбо

— Это с той стороны квартала, — сказал полицейский. — Прямо и направо.

Беглец не решился даже его поблагодарить. Он только помахал ему рукой и поекал туда, куда указал полицейский. Его так и подмывало умчаться прочь, но вместо этого он поставил машину на стоянке у почты.

Это был обычный торговый центр, каких он уже много здесь видел. Тут же находился полицейский участок, что его почему-то успокоило: в его стране полицейский участок тоже всегда втиснут между почтой и каким-нибудь кабинетом мануальной терапии, принадлежащим человеку с армянской фамилией.

Когда беглец в конце концов решился снова выехать на Перес-роуд, откуда-то из-за полицейского участка вихрем вылетела патрульная машина и понеслась на восток — не иначе как по вызову Марты. А беглец повернул на запад, в сторону Палм-Спрингса.

Только теперь он окончательно успокоился и вытащил из-под рубашки пачку накладных. Они насквозь промокли от пота, как и красивая розовая рубашка. Ему не терпелось добраться до гостиницы и заказать кружку пива. Нет, две кружки.

Интересно, что подумают полицейские, когда узнают о краже накладных? Наверное, решат, что это сделал какой-то сумасшедший. Всякий нормальный человек так подумает.

Беглеца внезапно охватила слабость. Он вспомнил их полицейские машины и улыбнулся. Все как одна — «шевроле» с широкой голубой полосой и эмблемой на дверце: гора, пальма и ярко-красное солнце. «Даже полицейские машины у них красивые», — восхищенно подумал беглец.

Отвозя Линна назад, в «Пекло», Нелсон все еще никак не мог прийти в себя.

— Линн, ну скажите, что мы хорошо поработали. Пусть даже след пока потерян.

— Но ведь мы так и не узнали, кто такой этот Франсиско В.Ибаньес с Канарских островов. Может быть, он и есть твой контрабандист… виноват, террорист, а может быть, и нет.

— А чутье у нас на что, Линн? Я буду копать дальше. Завтра обзвоню или объеду все до единой конторы по прокату автомобилей в Палм-Спрингсе. Сдается мне,

I му нужен кто-то из важных персон, что приехали сюда на Кубок Боба Хоупа.

— Ну, желаю успеха, — сказал Линн — Узнай, не будет ли там играть Доналд Трамп'. Если будет, то не мешай этому типу. Знаешь, иногда от террористов тоже бывает польза.

— Между прочим, — сказал Нелсон, — когда этот Франсиско В.Ибаньес приехал в мотель, он посигналил, чтобы его обслужили, верно?

— Ну и что?

— Ав Калифорнии сигналить не принято. Только туристы так делают.

— Ну и что? Он и есть турист, разве нет?

— В арабских странах все сигналят на каждом шагу. Даже целые сонаты исполняют, я про это где-то читал.

Тут Нелсон заметил, что по Перес-роуд едет машина местной телекомпании со съемочной группой, и так резко повернул за ней направо, что Линн чуть не оказался у него на коленях.

— Что ты делаешь? — возмутился Линн.

— А вдруг там случилось что-нибудь серьезное? На до выяснить!

— Выпусти меня! — завопил Линн, но Нелсон прибавил скорость и помчался вслед за машиной, которая собиралась свернуть к какому-то складу и пережидала встречный транспорт. Нелсон остановился рядом и предъявил полицейский значок.

— Что там такое? — спросил он.

— Какая-то странная история, — ответил телерепортер. — Кто-то ограбил старушку из мастерской памятников, отнял у нее накладные. Будем делать интервью — «Чего только не воруют!».

— Ладно, вечером посмотрю, — сказал Нелсон.

Телевизионная машина свернула и остановилась у входа в «Вечный покой. Монументы и надгробия».

Известный американский магнат, крупный торговец недвижимостью, владелец большого числа гостиниц и казино.

— Неплохо придумано, — сказал Нелсон Линну, продолжая двигаться на запад. — «Чего только не воруют!»

— У нас один патрульный попробовал снять видеофильм про всякие необычные преступления, — сказал Линн. — Уйму денег ухлопал на аппаратуру, а получилось два часа сплошной скуки, и следовало из всего этого только то, что каждому и так известно: все люди воры.

Вдруг Нелсон воскликнул:

— Надгробия!!!

Он изо всех сил нажал на тормоз и одновременно так резко повернул руль, что машину занесло. Линн обеими руками вцепился в поручень и не отпускал его, пока они не подъехали к «Вечному покою». Когда Нелсон остановил машину, Линн монотонным голосом маньяка-убийцы произнес:

— Ты лучше объясни, в чем дело, а то у меня теперь шея болит сильнее, чем колени, и жить тебе осталось минуты две, не больше.

Но Нелсон уже вытащил из кармана 571-ю страницу телефонной книги, расправил ее и сунул Линну под нос.

— Помните Чистосердечного Карлтона? Что он сказал про надгробия и памятники? Вот оно, Линн! Вот зачем Франсиско В.Ибаньес вырвал эту страницу!

Толстый короткий палец Нелсона упирался в список — в то самое название фирмы, которое красовалось на вывеске под крышей здания.

— Прежде всего осторожность! — зашептал Нелсон, брызгая слюной прямо в лицо Линну. — Сидим тихо, пока не отвалят репортеры. Нам повезло, Линн, и мы никого к этому делу не подпустим!

— Ну, все, — покорно сказал Линн. — Я не знаю, чем это кончится, но мне точно крышка. Лежать мне лапками кверху на мраморном надгробии.

— Знаете, что я заметил там, в мотеле? — спросил Нелсон.

— И знать не хочу.

— В той комнате, где ночевал Франсиско В.Ибаньес, я видел провода! В ведре для мусора, с которым ходила горничная, лежали обрывки.

— Я боюсь даже спросить, что это означает.

— А вдруг это провод от часового механизма? От пластиковой бомбы?

— Ну, а если там просто чинили кондиционер? — отозвался Линн тоном обреченного на смерть.

Когда телевидение уехало, Линн и Нелсон зашли в контору и увидели там Марту — с синяком на локте, в порванных колготках и с радостной улыбкой на лице. Еще бы: теперь ее покажут в одиннадцатичасовых новостях!

Марта ничего не имела против того, чтобы побеседовать еще с двумя полицейскими. Она давно не была в центре внимания — с тех самых пор, как догадалась записать номер фургона с пьяным шофером, который разбил на стоянке четыре автомобиля и вдобавок успел разнести угол дома, прежде чем гнавшийся за ним полицейский прострелил ему колесо. Тогда ее показывали на экране целых тридцать секунд.

— Я так и сказала тем полицейским, в форме, и репортерам: он псих, — сообщила она. — Говорил, что ему нужно надгробие для тетки. С ним Майк разговаривал, а когда Майк ушел, он забрал накладные. Ну разве не псих?

— Как он выглядел? — спросил Нелсон.

— Мексиканец, лет сорок, крепкий такой.

— Лысый? — спросил Нелсон.

— Не могу сказать. Он был в шляпе вроде панамы.

— Усы у него были?

— Нет.

— А какое надгробие он хотел? — спросил Нелсон.

— С орхидеями. Заказное