Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
— Он рассказывал о путешествиях?
— Нет. Всегда говорил, что его интересует только будущее и что фабрика Бэнкрофта должна стать частью этого будущего. Насколько я понял, отец графа не был столь разумен в делах, как сын, и ему пришлось распродать участки поместья, не связанные майоратом. Лорд Бэнкрофт хотел восстановить семейное состояние. Очень честолюбивый человек.
— Честолюбие среди знати не редкость.
— Верно, но дворяне обычно женятся ради продвижения своих амбиций. Впрочем, его светлость, кажется, именно так и поступил, когда отправился в Лондон искать невесту. По деревне тогда ходили слухи, что у будущей графини было солидное приданое.
Сэм спросил:
— Как вы ладили с графом?
Мистер Мюррей явно удивился вопросу.
— Так же, как человек обычно ладит с теми, кто выше его. Его светлость был человеком глубоким, но мысли держал при себе. Нас связывали деловые отношения, не дружба. — Он бросил ткань обратно в миску, положил руки на стол, переплёл пальцы и наклонился вперёд. — Прошло много лет, но меня удивляет, что человек с амбициями лорда Бэнкрофта позволил фабрике прийти в упадок. Конечно, сегодня текстильных фабрик больше. Конкуренция сильнее. Это непростой бизнес.
— Насколько я понимаю, мистер Стоун был не лучшим управляющим.
Мистер Мюррей слегка улыбнулся, блеснув новыми зубами, и тут же поморщился от движения.
— Как я уже сказал, отрасль всё равно достаточно тесная, несмотря на новые фабрики. У мистера Стоуна есть... была репутация негодяя.
Сэм нахмурился.
— Такая репутация была у него всегда, ещё до фабрики Бэнкрофта?
Мистер Мюррей пожал плечами.
— Полагаю, да. По моему опыту, люди не меняются. Но всё, что я знаю, — это разговоры в кофейнях, куда заходят поставщики и перевозчики, да рассказы рабочих, уехавших из Ист-Динглфорда в Манчестер. Никто из них доброго слова о мистере Стоуне не говорил.
Сэм нахмурился ещё сильнее.
— Зачем же вы рекомендовали его, если всегда считали негодяем?
— Простите? — Мистер Мюррей непонимающе посмотрел на него. — Для чего, скажите на милость, я мог его рекомендовать?
Сэм пристально смотрел на квакера и долго молчал.
— Вы не дали лорду Бэнкрофту имя и адрес мистера Стоуна, когда ушли с фабрики? — наконец спросил он.
Мистер Мюррей покачал головой. Карие глаза за круглыми очками сузились.
— Вас дезинформировали, мистер Келли. Я не уходил по собственному желанию и мистера Стоуна не знал. Более того, никогда с ним не встречался. Всё, что мне о нём известно, как я уже говорил, — отраслевые слухи.
— Значит, лорд Бэнкрофт вас уволил? За что, если можно спросить?
— Спросить можно... но ответить я не сумею. Через шесть лет после открытия фабрики граф вызвал меня в Фалкон-Корт и уволил. Должен признать, разговор прошёл вполне учтиво, а мне выплатили щедрое выходное пособие и дали рекомендательное письмо.
— Вы совсем не ожидали увольнения?
— Нисколько. Он велел освободить дом, предоставленный мне как управляющему, и покинуть Ист-Динглфорд в течение двух дней. Тогда я решил, что неприличная поспешность объясняется желанием его светлости убрать меня прежде, чем он поселит на моём месте нового управляющего. — Мистер Мюррей откинулся на спинку кресла, нахмурившись. — Зачем кому-то понадобилось говорить вам неправду?
Сэм медленно улыбнулся.
— Вот это превосходный вопрос, мистер Мюррей.
Глава 31
Теперь слёзы Флоры полились по-настоящему. Кендра подошла и осторожно усадила женщину на один из стульев у стола. Закрыв лицо руками, Флора опустилась на сиденье; тонкие плечи сотрясались от душераздирающих рыданий. Кендра быстро оглядела кухню. В двадцать первом веке она принесла бы расстроенной женщине стакан воды или предложила сварить кофе, может быть, чай. Но эта кухня была настолько архаичной, что здесь не имелось даже водяного насоса с раковиной, а оставлять Флору одну в таком состоянии не хотелось.
Кендра пересекла комнату и начала заглядывать в шкафы.
— Ч-что вы д-делаете?
Она оглянулась через плечо.
— Пытаюсь понять, где вы держите бренди. Или любой другой алкоголь.
Флора взяла лежавшую рядом тряпицу и промокнула слёзы.
— Я... я в порядке.
— Кто сказал, что это для вас?
Флора удивлённо посмотрела на неё — и на губах мелькнула слабая улыбка, исчезнувшая так быстро, что Кендра могла её вообразить. Женщина поднялась, подошла к низкому шкафчику и достала глиняный кувшин. Кендра взяла его и направилась к шкафу, где заметила чайные чашки. Вынула пробку и щедро плеснула пахнущую бренди жидкость в две чашки. Никто не любит пить в одиночку. Она снова усадила Флору и протянула ей чашку.
— Я... я прошу прощения, мисс Донован, — прошептала Флора, смущённо глянув на Кендру. Тонкие черты распухли, лицо после плача пошло пятнами. — Что вы, наверное, обо мне думаете, когда я так хнычу?
— Думаю, у вас очень многое накопилось. — Кендра выдвинула стул и села напротив. — Выпейте, Флора.
Она подождала, пока женщина сделает глоток и слегка закашляется от обжёгшего горло бренди.
— Расскажите мне, что происходит, Флора, — мягко предложила Кендра. — Иногда становится легче, если выговориться.
Флора издала влажный смешок, полный такой горечи и отчаяния, что тот прошёл по нервам Кендры словно ржавое лезвие.
— Мне ничего не поможет.
Кендра внимательно посмотрела на неё.
— Ваш муж узнал, что у вас роман