Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
Я останавливаю поцелуи, отстраняясь, чтобы посмотреть на Уэса.
– Это ты рассказал Аннике, что отец Эшера бьет его? – спрашиваю я.
– Гм? О, э, думаю, да, типа один раз в средней школе. Удивлен, что она вообще это запомнила.
Я сажусь.
– В средней школе? Ты знал об этом со времен средней школы?
Уэс вздыхает, переворачиваясь на бок и подпирая голову рукой.
– Эм, нет, это продолжалось гораздо дольше.
У меня приоткрывается рот, и Уэс наклоняется, чтобы поцеловать его, но я отстраняюсь.
– Уэс, – говорю я. – Как ты мог никому не рассказывать об этом?
Он снова вздыхает:
– Слоан, ты не понимаешь.
– Я как раз таки понимаю, я своими глазами это видела.
– Нет, я имею в виду, все знают. Мой отец говорит, это не наше дело.
– Как он мог так сказать? Это его племянник.
– Все не так просто. Мой отец попытался предложить приютить Эшера и Кару, когда их мама скончалась, но в результате разгорелась крупная ссора, так что мой отец сказал нам просто держаться от всего этого подальше. Эшер не рассказывал тебе об этом во время ваших притворных отношений?
Я уж начала думать, что Уэс не поднимет эту тему. Думала, возможно, это просто заметут под ковер.
– Я собиралась рассказать тебе об этом, – говорю я.
– Ну, если мы рассказываем друг другу правду, есть еще что-нибудь, о чем ты хочешь мне рассказать?
Твое имя в том дневнике. Твое имя в дневнике, и именно ты умрешь последним, если мы не поймаем того, кто за этим стоит.
– Нет.
Когда Уэс засыпает, я пишу Эшеру:
«Мне жаль».
Он не отвечает.
Идет середина февраля, когда Грейндж возвращается в Пембрукский кампус, чтобы снова поговорить со мной.
– Я рассказала вам все, что знаю, я сдала вам образцы ДНК, я не знаю, что еще я вообще могу сказать, – говорю ему я, когда мы садимся в «Бобе».
– У меня просто есть еще несколько вопросов, – говорит он, и я вижу, что он устал.
– Что ж, у меня тоже есть к вам вопросы. Вы арестовали Майлза после того, как он ко мне приставал? Вы проверили Кейт?
– Вы знаете, что я не могу поделиться этой информацией, как я уже говорил вам почти каждую неделю.
– Ну, должно быть, нет, если вы все еще ведете следствие. Тристан возвращается из Европы через две недели – вам нужно ускорить процесс.
– Процесс идет так быстро, как это возможно. Нам пришлось сотрудничать с отделениями в Норт-Уинуике и Пембруке, чтобы заново открыть другие дела, провести анализ записей камер видеонаблюдения, опросить свидетелей. Дело это не быстрое.
– И вы поговорили с Холландами?
Он вздыхает:
– Они оба чисты.
– Вы обыскали их дома?
– Слоан.
Ему не нужно ничего больше говорить: тон его голоса такой же, каким пользуется моя мама, когда разговор окончен.
Я все равно не успокаиваюсь.
– Как насчет Мариссы Уайлдер? На нее есть что-нибудь?
– Мы обо всем позаботились. Теперь вопросы, которые у меня есть для вас…
Я подробно рассказываю ему обо всем, что могу вспомнить, но этого немного, поскольку я была в отключке почти каждый раз, когда кто-то умирал. Отсутствие прогресса заставляет меня волноваться за Тристана и Уэса. Они не в безопасности. Пока еще нет.
Глава 26. Март
– Угадайте, кто вернулся! – говорит Тристан Брент, когда заходит в двери «Кантины» дождливым мартовским вечером, держа в руках пакеты с подарками.
О нет.
– Эй! – говорю я. – Как прошла твоя поездка?
Он пробыл в Европе на месяц дольше, чем я ожидала. Что означало дополнительный месяц покоя для меня.
– О, все было изумительно. Жаль, что пришлось вернуться, – говорит он, шлепая пакеты на барную стойку.
Мне тоже, думаю я про себя.
– Ну, – говорю я. – Расскажи мне все про нее.
Тристан рассказывает мне все про рождественские рынки в Германии, про то, как Эйфелева башня в Париже сверкает ночью, и про руины Рима. Когда мы не заняты с посетителями, мы просматриваем миллионы фотографий у него в телефоне. К тому времени, как он завершает рассказ обо всем этом, наша смена заканчивается. Я запираю дверь, и мы начинаем уборку.
– Как тут были дела, пока меня не было? – спрашивает он. – Ты вообще разобралась с этой ситуацией со странной запиской, про которую ты мне рассказывала?
– На самом деле забавно, что ты спросил. Мне нужно с тобой поговорить кое о чем.
Я следую за Тристаном к холодильному помещению, в то время как он проходится по списку задач перед закрытием. Он проверяет даты на стейках и курятине, записывая новые даты на том, что привезли сегодня. Я захожу внутрь вместе с ним, позволяя двери закрыться позади меня.
– Итак, эм, дай-ка подумать, как бы мне это объяснить…
Тристан выжидательно поднимает на меня взгляд.
– У меня есть дневник, и каждый раз, когда кто-то разбивает мне сердце, я пишу для него выдуманную надгробную речь, как будто бы он умер. И кто-то забрал мой дневник, и теперь он убивает всех в нем и оставляет страницу из моего дневника на месте преступления, пытаясь подставить меня. И, э… ты в дневнике. На самом деле твое имя следующее, так что…
Он смотрит на меня некоторое время в